Вениамин ИЛЯСОВ: “Я как слепой котенок — снимаю интуитивно. Иногда – бац, и получается!”

На открытом фестивале кино стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии “КиноШок-2013” маститые кинематографисты и критики заприметили 20-летнего казахстанца Вениамина Илясова…

Алматы. 29 октября. КазТАГ – Вера Ляховская. На открытом фестивале кино стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии “КиноШок-2013” маститые кинематографисты и критики заприметили 20-летнего казахстанца Вениамина Илясова. Он представил на конкурс короткометражку “ Тая Миша Лариса ”, на съемки которой затратил всего 500 рублей. На днях студент 3-го курса Московского государственного университета культуры и искусств (МГУКИ) заезжал на огонек в родной Алматы, где дал эксклюзивное интервью корреспонденту КазТАГ.

***

— Приза на фестивале я пока не получил, но реакцию вызвал, — рассказывает Вениамин Илясов. – Многие поздравили меня с дебютом, сказали, что работа хорошая, что за нее голосовали. Я даже растерялся от того, что мне уделили столько внимания. Наверное, мэтрам моя картина приглянулась из-за того, что я ее сделал полностью сам. Денег не было вообще, и я был оператором, режиссером, монтажером и художником. А 500 рублей я потратил на бензин. Играли в фильме непрофессиональные актеры, неиспорченные никакими штампами.

— Расскажите, чем вы еще занимаетесь, помимо учебы?

— Пытаюсь подрабатывать и набираться опыта везде, где только можно. Помогал известному художнику и культурному деятелю Владу Мамышеву-Монро. Я работал бы с ним и дальше, но он, увы, погиб. Сейчас многому учусь у режиссера Кирилла Серебренникова в театре “Гоголь-центр”. Он пригласил меня на должность ассистента художника по костюмам спектакля “Пробуждение весны”. До чего мне интересно там! Сначала я просто сидел на других спектаклях, смотрел, присутствовал на читке ролей, прогонах, изучал техническую часть. Потом приступил к закупке тканей, объезжал торговые точки. На всех примерках бегаю, наблюдаю — ага, у актрисы задирается платье, значит, нужно купить телесное белье, а для такой-то ткани такая-то подкладка нужна, чтобы костюм лучше сидел…

— Вы что, и шить умеете?

— Да. Юбку вот недавно сшил и блузку. На швейной машинке. А что вы смеетесь?

— Вас с вашей брутальной внешностью меньше всего можно представить сидящим за швейной машинкой.

— Ну а что, пошел, купил габардинчику и склепал юбочку из двух клиньев, тесьмой отделал (смеется). У меня есть машинка с ножным управлением, а еще я попросил родителей, чтобы они мне подарили на день рожденья машинку электрическую. Мне она необходима. Меня пригласили в Грузию работать художником по костюмам на короткометражном фильме.

— Вы хотите одновременно на нескольких стульях усидеть: режиссируете, сценарии пишете, снимаете, рисуете, шьете. Не боитесь распылиться?

— (смущенно) Я же горю всем этим… И как раз, когда я молод, мне все интересно, а там уже определимся.

— Вам 20 лет, но вы выглядите гораздо старше. Наверное, много думаете о жизни?

— Это так, и это обидно. Я все-таки внутренне еще не вырос, но общаюсь с людьми, которым за 30, и они относятся ко мне как ко взрослому человеку. Никто не делает мне скидки на возраст. А работать мне надо много, потому что хочу после МГУКИ поступить на высшие курсы сценаристов при ВГИКе. Мне нужно три миллиона тенге, чтобы заплатить за учебу. Одно я точно знаю: никогда не буду зарабатывать, снимая свадьбы.

— Почему бы и нет? Между прочим, это тоже искусство.

— Один раз снял свадьбу брата, и уже год монтирую (смеется). Я держу ориентир на профессиональное кино. Лучше буду листовки на улицах раздавать.

— Так, а как же деньги?

— Противно…

— В вас говорит юношеский максимализм?

— И он тоже. Мне неинтересно. Я не могу снимать так, чтобы это было красиво: молодые в вальсе кружились, кольца надевали, прочую фигню. Зато мне интересно снимать, как гости выпивают, как пьяные люди дерутся, как невеста заходит в пышном платье в узкий туалет и не может там развернуться.

— Вы – циник, Вениамин. Поэтому и выглядите старше своих лет.

— Да. Но я такой!

— О чем будет ваш следующий короткометражный фильм?

— Об аульной девочке, которая хотела стать певицей, но родители ей не позволили. Таких самородков на просторах страны тьма, и выхода у них нет. Обреченность полнейшая. Девочки, даже если и получат образование, все равно будут домохозяйками, а мальчики — баранов пасти.

— Эта тема очень актуальна. В советские времена культурные деятели ездили по селам и станциям, искали талантливых детей и привозили в город.

— Да, занимались ликбезом, культпросветом. А сейчас кто в этом нуждается? Ну кому интересно искать детей с хорошей растяжкой или музыкальностью и толкать их вперед? Смешно. На все нужны деньги, а государству все равно. Те же Бибигуль Тулегенова, Роза Рымбаева – талантливые девушки из народа, которых просто заметили. Вот об этом и будет мой фильм. Кстати, я снял документальный фильм о Бибигуль Тулегеновой. Познакомился на “КиноШоке” с Натальей Аринбасаровой, она мне помогла наладить контакт с Бибигуль Ахметовной. Правда, доволен только одним процентом от того, что снял. Когда я только пришел, она была очень естественная, супом меня накормила. Но как только я начал съемку, она очки надела, бусы, причесалась, села, начала со мной на вы разговаривать. И все – она уже как в телевизоре… Не то.

— Вы сами можете сказать о своих слабых сторонах?

 — Я не могу снимать реалистическое кино. Обязательно нужны детали, нюансы, которые бы выбивались из общей картины. В короткометражке “Тая Миша Лариса” выделяются некрасиво накрашенные губы и странные люди. Я не могу снять диалог. Если я его и снимаю, мне нужно, чтобы на дальнем плане росли розы. Без них неинтересно. Мне откровенно не хватает знаний, академизма. Я, как слепой котенок, тыкаюсь везде, снимаю интуитивно. Иногда, бац, и получается!

— Опасный подход. Так можно остаться дилетантом.

— Я читаю, смотрю фильмы. Учусь ведь я! А дилетантов много, вы правы. И конъюнктурщиков тоже много. Но в МГУКИ я могу снимать все, что хочу, а во ВГИКе был бы зажат в рамки. Захочу – сниму похороны чьи-нибудь, а сериалы снимать не буду ни за что!

— Вениамин, все-таки какая ипостась искусства вам ближе?

— Однозначно – кинорежиссура. Ведь режиссер – это господин 45-ти — 50-ти лет, о чем можно говорить в мои 20? Я могу пока работать художником на фильмах, ассистентом художника по костюмам. Так и говорят мне: “Веня, сиди, учись”. Вот посмотрю спектакль Кирилла Серебренникова и неделю хожу в трансе: не фигней ли я занимаюсь?

 — У вас все впереди. Спасибо за интервью!

***

© ZONAkz, 2013г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...