Когда-то женщины смогли освоить механизм под названием “автомобиль”. Возможно, через какое-то время кто-то из числа женщин сможет стать полноценным политиком. Но для этого им надо еще много трудиться. Над собой.
Как-то проходя через контрольно-пропускной пункт одной из воинских частей, заметил большое число женщин, служащих здесь. На мои расспросы об этом наблюдении встречавший меня офицер привел следующие аргументы. Оказывается, женщина, как существо более боязливое и уязвимое к внешней угрозе сохраняет бдительность в течение всего дежурства на КПП. Далее офицер, размышляя об особенностях бытия, высказался в том духе, что в других сферах дело лучше иметь с мужчиной. Выяснилось, что капитан в тот день ходил к нотариусу и имел возможность сравнить подход женщины и мужчины в этой сфере жизнедеятельности. Женщина-нотариус, по его мнению, уперто стоит на одной точке, боясь даже сделать попытку найти выход из юридической ситуации. Мужчина поступает наоборот.
А ведь прав офицер. Женщина — политик – явление из этого же ряда.
Была у меня знакомая из пресс-службы НП ДВК, госпожа М. Неоднократно призывал ее покинуть эту организацию. На что она приводила классический контрдовод: мол, после суда над лидерами ДВК она публично выразила недовольство главой государства. То есть, по ее логике, она уж не может идти на попятную.
О странном поведении другого деятеля НП ДВК, сенатора З.Батталовой на съезде молодежного крыла ДВК, газета “Туркестан” писала 8 апреля текущего года. Госпожа сенатор публично унижала делегатов, выступавших на казахском языке. Впрочем, это будет выглядеть логичным, если внимательно рассмотреть ситуацию внутри самой НП ДВК. Тема эта большая и требует отдельного исследования.
А как обстоят дела на государственной службе? Не ставлю задачу углубляться в анализ общественно-политических достижений нашего правительства, но ценю мудрость персон, которые назначили женщин на посты, которые соответствуют их качествам. В самом деле, министерства труда и экологии – это те сферы, где нужно просто стоять на статичных позициях, периодически отбиваясь от запросов депутатов и нападая на представителей иностранного капитала, вроде “AGIP KCO”.
Есть еще позиция председателя ЦИК, но всем очевидно, что госпожа Балиева не потрудилась создать даже видимость своего профессионализма. Наблюдая за ее российским коллегой, господином Вешняковым, ощущаешь неприятный контраст. Что ж, как известно, античные боги тоже иногда ошибались.
На “земле”, то есть в акиматах разного уровня, число женщин — руководителей близко к нулю. И это не показатель мужского шовинизма, а скорее, индикатор того, что в политической сфере эволюция женской психологии не претерпевает прогресса. Женщины, которые работают на уровне среднего звена, понимают, что они достигли своеобразного “карьерного” потолка. Ибо если ранее критерием карьеры была преемственность по уже упомянутой, общественно-комсомольской, активности то сейчас – это принять “мужские” правила игры.
Именно неспособность принять правила этой игры является особенностью отечественных женщин – политиков.
Другая причина – неразвитость, собственно, женского бизнеса. Все, что называется “женским предпринимательством”, — это “офшоры” бизнеса мужского.
Оппоненты могут возразить: а как же РПП “Асар”, “Руханият”? На это можно возразить, что возникновение этих партий есть подтверждение ранее сделанного вывода. Об особенностях РПП “Асар” уже сказано немало. Добавлю лишь казахскую пословицу: “айель баскарган кош онбайды”, то есть, “караван, возглавляемый женщиной, обречен на неудачу”.