![](\"Valera.jpg\")
|
|
Валерий СУРГАНОВ |
Наметившаяся в последнее время коалиция между когда-то непримиримо-радикальной НП “Алга!” (ДВК) Асылбека КОЖАХМЕТОВА и послушно-оппозиционной ДПК “Ак Жол” Алихана БАЙМЕНОВА уже вызвала в казахстанской прессе массу пересудов. А, на первый взгляд, казалось бы, непостижимые намеки лидера первой на возможность сотрудничества с партией “Асар” совершенно деморализовало сторонников принципиальной политической оппозиции. Выстраивающийся союз Кожахметова с Байменовым, готовый распахнуть двери и более реакционным силам, был окрещен “пятой колонной” действующей власти, по аналогии с известными событиями в Мадриде, во времена военных действий 30-х годов в Испании.
Конечно, нынешняя власть в Казахстане отличается от Испании тех годов, а Асылбек Кожахметов, Алихан Байменов и Дарига Назарбаева не похожи на бравых франкистских мачо, однако не мешало бы понять логику их действий. Особенно первых двух: что или кто движет этими партийными менеджерами?
Так как некоторые политики, стоявшие у истоков “ДВК” стесняются, открыто сказать правду о том, что происходит с когда-то грозной демократической партией, мы для начала решили обратиться за компетентным мнением к политологам.
***
Досым САТПАЕВ, политолог:
![](\"interview110506a1.jpg\")
|
|
Досым Сатпаев |
— Давайте исходить из того, что оппозиция является таким же живым организмом, как и другие политические силы. И как любой другой организм оппозиция должна адаптироваться к изменяющимся политическим условиям. Внутри оппозиции и в отношениях между отдельными оппозиционными силами и другими политическими группами могут происходить изменения. Это, во-первых.
Во-вторых, не секрет, что никогда казахстанская оппозиция не была монолитной. Она всегда состояла из разных политических группировок, во главе которых стояли разные политические лидеры, зачастую достаточно амбициозные. И, честно говоря, данный процесс консолидации двух партий не удивляет.
Если помните, не так давно, было собрание оппозиционных сил Казахстана, главной целью которого была более или менее объективная оценка совершенных ими ошибок и разработка новой стратегии. По некоторым моментам на этом собрании было достигнуто общее соглашение, а по некоторым – каждый остался при своем мнении. И я думаю именно из-за этого сейчас и начинается новая волна внутриоппозиционных конфликтов.
Что касается перспектив партийной коалиции “Алга!” и “Ак Жола”, то давайте исходить из того, что это не будет естественным полноценным объединением. Скорее всего, это будет тактическая консолидация для достижения вполне конъюнктурной цели. И “Алга!” и “Ак Жол”, вероятно, исходят из того, что такое объединение позволит повысить их политический статус. “Ак Жолу”, например, необходимо установить мостики доверия между собой и оппозицией. Особенно после того, как Алихана Байменова стали обвинять в том, что он участвовал в развале “Ак Жола” и играл на поле власти. Разумеется, сейчас “Ак Жол” стремится реабилитироваться в глазах оппозиции. А что касается “Алга!”, то Асылбек Кожахметов заинтересован иметь альтернативу в случае, если его партию не зарегистрируют. В этом случае он, как политический деятель, хочет остаться на плаву. Поэтому-то и намеревается консолидироваться с партией, которая имеет мостик в сторону власти. Получается взаимный интерес: “Ак Жол” хочет иметь выход на оппозицию, а “Алга!” выход на власть. Насколько я могу понять, тот пункт в их совместном заявлении, где говорится о том, что в случае нерегистрации “Алга!” “Ак Жол” в рамках Госкомиссии будет представлять интересы двух партий, по сути, говорит, что внутри оппозиции наблюдается раскол касательно того, в какой форме необходимо участвовать в работе ГСК.
— А Кожахметову мостик в сторону власти нужен только для безболезненного участия в работе Госкомиссии или еще зачем-то?
— Здесь нужно немного в целом взять, не только касательно “Алга!”. Возьмем всю оппозицию. У нее самый основной вопрос, который возник после президентских выборов, звучал так: “Что дальше?”. До следующих парламентских выборов ведь три года, то есть достаточно длительный срок. Необходимо, во-первых, удержаться на плаву и не растерять свой электорат. А во-вторых, сохранить принципиальность своих взаимоотношений с властью. Но в тоже время многие в рамках оппозиции понимают, что те ошибки, которые они совершали касательно полного игнорирования контактов с властью, бумерангом вернулись в их сторону. Хоть какие-то, по их мнению, контакты с властью все-таки должны быть. Однако убийство Алтынбека Сарсенбаева очень сильно притормозило этот процесс. Допустимо предположить, что если этого убийства не было бы, в Госкомиссии уже сидели бы представители оппозиции. Желание же Асылбека Кожахметова посредством Алихана Байменова попасть в ГСК, можно расценивать, именно, как потребность политика оставаться на плаву и на виду.
— Все же, если цель Байменова поправить свой пошатнувшийся имидж в глазах оппозиции относительно ясна, то непонятно, почему не опасается его испортить Асылбек Кожахметов, цепляющийся за политика с неоднозначной репутацией?
— Объяснения этому могут быть следующие. Либо Кожахметов и его “Алга!” вступили в очень жесткую конфронтацию с другими оппозиционными силами. Как, следствие, поле для маневров этой партии очень сильно сократилось. И они посчитали, что для достижения политических целей можно объединиться с кем угодно. Либо “Алга!” по-своему решила дать оценку тем ошибкам, которые оппозиция совершила в прошлом. То есть, элементарно, борьба идет за собственное политическое будущее.
— А, значит, ЗСК подталкивается к развалу?
— Не надо забывать, что любая партия входящая в ЗСК вправе иметь самостоятельную политическую стратегию. Конечно же, в идеале, эта стратегия должна согласовываться с общей демократической концепцией всего объединения. Но “Алга!” решила выбрать не жесткую конфронтацию с властью, не уход в подполье, с тем, чтобы в последующем выскочить, как чертик из табакерки, а легитимные основания своего существования. Даже если она не будет зарегистрирована.
Ведь Асылбек Кожахметов понимает, что если “Алга!” не пройдет регистрацию, то ему, как политическому деятелю необходимо опираться на какую-нибудь легально действующую политическую структуру. Либо идти под крыло “Настоящего Ак Жола”, либо под крыло Компартии, но, учитывая его амбиции, я не думаю, что ему захочется быть на вторых ролях. Либо начать свою игру, используя партию Алихана Байменова в качестве инструмента собственного политического влияния.
— Выходит, что регистрация “Настоящего Ак Жола” и не регистрация “Алга!” имеет тайный смысл. Из трех партий ЗСК одна остается нелегальной, и ее руководитель начинает испытывать комплекс неполноценности?
— Вот именно. Политический деятель без политической партии, без собственной политической структуры, он, мягко говоря, не очень силен. Получается один в поле воин.
Еще раз повторю, что слабым местом казахстанской оппозиции всегда было то, что это была оппозиция отдельных личностей. Только сейчас стали появляться непосредственные политические организации, которые активно работают в электоральных группах, но все-таки эта болезнь еще не прошла. И понятно, что любой политический деятель, тем более амбициозный, если он хочет видеть себя в качестве перспективной политической фигуры, ему необходимо удерживаться у каких-то серьезных политических организаций. Учитывая то, что “Алга!” может не пройти регистрацию, у Асылбека Кожахметова, как политика с определенным стажем, возникает вопрос: “А как я дальше буду?!”, “С кем?!”, “На каких условиях?!” и т. д.
В этих условиях, а также учитывая прецеденты прошлого, нельзя исключать возможность раскола ЗСК. Хотя, положа руку на сердце, я скажу, что это было бы самым нежелательным сценарием для оппозиции. Ведь как показывает история суверенного Казахстана, раскол оппозиции всегда был на руку власти. И если начнется новая волна конфронтации и внутренних обвинений, оппозиция может дискредитировать себя окончательно. Тем более, что нужно смотреть в политическую перспективу: не за горами парламентские выборы, нельзя исключать и досрочные президентские. В таких условиях, оппозиция должна приложить максимальные усилия для заблаговременной подготовки к ним. Если же они опять начнут внутренние разборки, добром для нее это не кончится.
— А как вам версия движения старшего зятя и дочери президента в сторону оппозиции и сигнала со стороны Асылбека Кожахметова, что он не прочь обсудить кое-что с партией “Асар”?
— Я думаю, что здесь пока еще нет 100-процентной вероятности. “Асар” слишком неоднозначная политическая сила со слишком одиозными фигурами во главе. Кожахметову придется взвесить все “за” и “против” прежде чем принять окончательное решение. “Асар” для большей части оппозиции не удобный партнер. Особенно после убийства Алтынбека Сарсенбаева. Но здесь очень интересный момент. Ведь саму партию “Асар” трудно на 100% отнести к пропрезидентскому полю. Хотя бы потому, что на этом поле доминирует “Отан”. И после поражения на парламентских выборах и Дарига Назарбаева, и ее партийная структура, возникает ощущение, находятся в довольно подвешенном состоянии. Какую позицию занимать по наиболее важным вопросам, как мне кажется, они еще четко не определились. С одной стороны, как дочь президента, Дарига Нурсултановна должна поддерживать своего отца, но насколько я могу понять, возникает тенденция к тому, что и она и ее партия хотят перехватить инициативу касательно разработки программы политического реформирования. Обратите внимание, из всех членов новой Государственной комиссии, только Дарига Назарбаева может предложить какую-то разработанную программу в рамках своей “дорожной карты”. Ну может быть еще “Ак Жол”. Если исходить из этого, то понятно, что “Асар” хочет немножко снизить монополию “Отана”, причем именно увеличением своего доминирования.
Для “Алга!” участие в политическом реформировании на стороне того, кто перехватит инициативу, является важным моментом. Но с точки зрения стратегии, имиджа и репутации, конечно, эта кооперация между “Алга!” и “Асаром” в первую очередь негативно ударит по партии Кожахметова. Потому что “Асар” от этого только выиграет. Эта партия всегда сможет заявить, что у нее есть широкие возможности работы с оппонентами власти. А это повысит статус и вес “Асара” в глазах политической элиты.
— А как вы можете оценить роль такой фигуры, как Мухтар Аблязов в этом процессе?
— Тут можно долго гадать на кофейной гуще. Была ли здесь его инициатива, которая, может быть, изменила позицию Асылбека Кожахметова. Но на этот вопрос более конкретный ответ может дать сам Асылбек Кожахметов. Учитывая, что именно он вызвал широкую бурю разных откликов и комментариев по поводу своих заявлений. Хотя, мне кажется, здесь была его личная инициатива. Потому что не стоит забывать, что Мухтар Аблязов после того, как вернулся в Казахстан, все-таки не хочет опять участвовать в опасных политических играх. Одним из условий его возвращения возможно и был отход от политической деятельности и полная концентрация на бизнесе…
— Тогда кто стоял за информационным ударом по Галымжану Жакиянову впору его освобождения и перспективы усиления его позиций в ЗСК? Неужели тоже сам Кожахметов или все-таки фигура посерьезнее?
— В каком плане, я имел в виду, что Аблязов сейчас не при делах. Если речь идет о его политической позиции, понятно, что он, естественно, будет играть в пользу власти. И даже если у него есть возможности и рычаги влияния на политические силы, то, исходя из этой логики, он также использовал их в пользу власти. Но давайте зададимся вопросом, почему это не произошло раньше. Ведь в период президентских выборов та же самая “Алга!” занимала достаточно радикальную позицию. Если исходить из того, что за ней стоит Аблязов, то, извините, это явная подстава самого себя. Я считаю, что здесь есть определенный стереотип по поводу его роли в деятельности оппозиционных сил. Потому как, если эта роль действительно одна из главных, то мне не ясно, почему он раньше не увел партию Кожахметова и не посадил ее за стол переговоров того же НКВД?