На вопросы нашей редакции ответил политолог Андрей Чеботарев
***
— Андрей, Вам кажется убедительным объяснение, что Нурсултан Абишевич дал добро на уголовное преследование своего зятя, потому что оказался сильно расстроен его нетрадиционными методами ведения бизнеса в конкретном случае с “Нурбанком”?
— Нет, я не склонен доверять полностью этим мотивам. На мой взгляд, в обозначившемся конфликте задействовано два существенных момента. Во-первых, история с “Нурбанком” затронула алматинского градоначальника Имангали Тасмагамбетова, состоящего в родстве с бывшим председателем правления банка Абильмаженом Гилимовым. Не исключено также, что ситуация вокруг Гилимова вызвала недовольство не только у его влиятельного двоюродного брата, но и среди общественности Атырауской области. Таким образом, можно предположить, что это противостояние вызвало и межрегиональную, а то и межжузовскую напряженность.
Во-вторых, перестраховываясь, Рахат Алиев допустил во многом ошибочную для себя критику в адрес конституционных новшеств. Масла в огонь подлил и его отец – академик Мухтар Алиев, раскритиковавший идею неограниченного президентского правления. То есть, такие весомые и ответственные фигуры с точки зрения действующей власти, как посол Казахстана в Австрии и при ОБСЕ, а также член политсовета партии “Нур Отан” выступили фактически против разделяемых главой государством поправок.
— Но если смотреть по хронологии конфликта, то Рахат Алиев в течение нескольких месяцев, пока раскручивался скандал вокруг “Нурбанка”, чувствовал себя вольготно. И лишь в первой половине мая, еще до крамольных выступлений относительно изменений в Конституцию, начались повальные задержания его людей. Может, какой-либо разлом произошел именно в начале мая? Допустим, возьми и объяви тогда Рахат Мухтарович о своих политических амбициях президенту, а не в январе, как он пытается убедить в этом общественность?
— Мне, конечно, сложно говорить, что именно послужило линией разлома между Алиевым и Назарбаевым в тот момент времени, о котором Вы ведете речь. Однако я вспоминаю знаменитое интервью экс-посла в Австрии данное им 16 февраля этого года газете “Караван”. Называлось оно: “Да, я медиа-магнат!”. Так вот, в нем ему задавали вопрос насчет того, кого он более всего видит на посту президента страны после ухода Нурсултана Назарбаева. На что Рахат Алиев категорически заявил, что все разговоры о вероятном преемнике, это-де чистой воды политиканство, что глава государства сейчас вне конкуренции и поэтому на болтовню и всяческие гипотезы о ком-то другом не стоит даже тратить время. Не знаю, до какой степени лицемерия надо дойти, чтобы с одной стороны, публично делать подобные заявления, а лично президенту говорить совсем об ином. Поэтому я не особенно-то и верю в то, что Рахат Алиев мог откровенничать с тестем касательно своих политических амбиций. Вряд ли. Тем более учитывая тот шлейф громких дел со знаком “минус”, которые тянутся за ним с незапамятных времен казахстанской независимости. Наоборот, на его месте любой бы сидел тише воды и ниже травы.
— Как Вы думаете, обусловлены ли майские гонения на Рахата определенной активизацией Имангали Тасмагамбетова, пребывавшего как будто в спячке до этого? Может, начавшийся судебный процесс по делу его двоюродного брата окончательно растормошил акима южной столицы, и он набрал-таки номер телефона “01-го”?
— Да, я полагаю, что определенный разговор между Назарбаевым и Тасмагамбетовым состоялся. Вопрос только в том, чем аргументировал последний свою позицию. Хотя, по моему мнению, президент мог насторожиться перспективой ухода Имангали Нургалиевича в оппозицию. Особенно, если учесть, что подобные слухи не уставали муссироваться. Тот же подвешенный вопрос по кандидатуре посла в США. Если верить слухам, то Тасмагамбетов отказался поехать представлять интересы Казахстана за рубежом. То есть, вероятность Тасмагамбетова-оппозиционера, надо полагать, существовала. И Назарбаеву она видно приходилась не по душе.
Поэтому, как я думаю, он вполне мог дать команду приструнить людей своего зятя, но не самого Рахата. А затем в основном в силу черт характера Алиева этот процесс восстановления межэлитного баланса перекорежило. И мы имеем то, что имеем.
— Допускаете ли Вы возникновение определенного кризиса в президентских кругах и если да, то к чему он может привести: к еще большей пугливости бюрократии или, напротив, окружение президента, шокированное его “святотатством” по отношению к близкому родственнику начнет группироваться против Назарбаева?
— В окружении президента очень много личных оппонентов Рахата Алиева. И я уверен, что все они без всякого принуждения, с удовольствием поддерживают действия главы государства.
Что же касается перспективы какого-либо заговора, то она, прежде всего, будет зависеть от того, кто, что и с какой целью замыслит. Но объективно, к этому не видно пока предпосылок, да и вряд ли он к чему-то приведет.