Алматы. 20 декабря. КазТАГ – Тулкин Ташимов. После почти трех лет споров правительство Казахстана и консорциум инвесторов во главе с BG и Eni (Карачаганак) договорились о вхождении государства в проект в обмен на урегулирование взаимных претензий. Соответствующее соглашение подписано 14 декабря в Астане.
Причем 10%-я доля в проекте достанется Казахстану на приемлемых условиях. Инвесторы согласились отдать 5% за снятие казахстанским правительством финансовых претензий к консорциуму, остальные 5% государство приобретет по рыночной цене. Цена пакета составит $1 млрд. На прошлой неделе цену сделки подтвердил министр нефти и газа РК Сауат Мынбаев. Деньги на покупку Казахстан займет у самого консорциума на три года под LIBOR плюс 3%. А погашать долг планируется за счет генерации средств от 10%-й доли в проекте.
Кстати, 14 декабря, как заявил С. Мынбаев, Казахстан рассчитался с консорциумом за 5%-ю долю.
Схема сделки очень напоминает иные схемы, популярные еще 5-6 лет назад на рынке жилья. Человек занимал деньги у банка, покупал жилье на первичном или вторичном рынке, обустраивал, сдавал в аренду, а за счет полученных денег выполнял свои обязательства перед банком. Такая схема весьма выгодна Казахстану: ему не нужно ждать, когда инвесторы отобьют деньги, и начнут платить налоги.
По большому счету, правительство подмяло консорциум. Сначала инициировало наезд, обвинив его в неуплате налогов, а потом, когда инвесторы “созрели”, обменяло финансовые претензии на реально осязаемый продукт – часть доли в проекте. Такие методы не могут не напоминать стиль работы средневековых ростовщиков. Хотя, надо признать, в подобных методах нет ничего криминального: Казахстан остался в правовом поле, не расторг соглашения о разделе продукции.
Вместе с тем нельзя не удивиться изобретательности казахстанской стороны. Консорциум получил от Казахстана $1 млрд за 5%-ю долю, а в виде налогов по сделке вернет ту же сумму. В итоге, стороны остаются при своих интересах, если не брать во внимание 10% доли нацкомпании “КазМунайГаз”. Все это наталкивает на мысль о наличии скрытых от посторонних глаз обстоятельств, вынудивших консорциум раскошелиться.
На самом деле правительство дипломатично, “без шума и пыли” принудило консорциум отдать 1/10 долю в проекте. Правда, и инвесторам, несмотря на видимость сопротивления (иски в международные суды) деваться некуда. Карачаганак — бездонная нефтяная бочка, причастность к которой очень выгодна. А портить отношения с казахстанским правительством сегодня, чтобы получить проблемы завтра – инвесторы не готовы. Пока Карачаганак дает нефть, консорциум будет ласковым и покладистым.
С другой стороны, нельзя недооценивать фактор силы. Казахстан, безусловно, стал сильнее, и теперь он хочет получить свой кусок от большого нефтяного пирога. Раньше, когда Казахстан был слаб, инвесторы принесли с собой деньги, новые технологии, опыт разработки не самых простых в технологическом плане казахстанских месторождений. Сегодня, когда Казахстан окреп, власти хотят сделать из “КазМунайГаза” компанию, способную работать самостоятельно, осуществлять разведку, бурить и добывать нефть. Доля в проекте нужна именно для того, чтобы набраться опыта.
Благодаря доле в проекте Казахстан получит контроль. Ситуация, когда проект полностью контролировали иностранцы, не могла вызывать энтузиазма. Так как по СРП инвесторы начинали платить налоги лишь после того, как возвращали сделанные ими инвестиции, консорциуму было выгодно раздувать смету освоения. Это относится ко всем проектам, осуществляемым по СРП, в частности, по Кашагану. Присутствие в консорциуме казахстанской нацкомпании даст возможность контролировать смету освоения третьего этапа разработки Карачаганака.
Эту мысль подтверждает доктор политических наук, заведующий кафедрой международных отношений Университета Гафгаз (Азербайджан) Ровшан Ибрагимов. “По мере расширения финансовых возможностей нацкомпания будет и в дальнейшем приобретать акции на внутренних, да и международных месторождениях и все активнее участвовать непосредственно в самостоятельной реализации проектов”, — считает он.
Согласно логике, казахстанская доля в проектах в дальнейшем должна увеличиваться. Это должно свидетельствовать об уверенности правительства, и постепенном избавлении от симптома зависимости.
Однако внедрение в проекты “КазМунайГаза” может привести к нежелательным последствиям. Как считает Р. Ибрагимов, к резкому увеличению затрат по проектам и одновременно к снижению вероятности их успешной реализации.
Так, бюджет разведки нефти в Румынии (The Rompetrol Group N.V. – румынская нефтяная компания, контролирует которую “КазМунайГаз”), по экспертным оценкам, сильно раздут. А перспективы разведки тоже непонятны.