БАК – действующий памятник старины

Большой Алматинский канал удивляет тем, что при любых местных реалиях в самый разгар лета в нем из года в год есть вода. Одно дело, когда его 168 км были встроены в систему советского агропромышленного комплекса и другое – сегодня, когда от помидоров и до свинины в Алматы почти все импортное.

БАК стал решением проблемы трехкратного роста населения в сельских районах вокруг Алматы на одной и той же площади в 160 тыс. га орошаемых земель. Советская система хозяйствования безработицу не подразумевала, а столица Казахской ССР не могла обеспечить избыток аграрного населения работой и (в первую очередь) жильем. Поэтому плановой системе незадолго до своего конца пришлось в очередной раз “напрячься” и за 3,5 года создать незаурядную систему гидротехнических сооружений.

В результате десятки тысяч человек получили работу, а другие десятки тысяч ее сохранили, поскольку истощение почв в “доканальную” эпоху приняло опасный характер. Смысл Большого Алматинского канала в том, что талые воды ледников сохраняются в системе водохранилищ, каналов и гидроузлов, а потом используются в вегетативный период. Без БАКа время таяния ледников и сезон полива на полях не стыковались по времени, критически важным было маловодный или полноводный выдался год.

Предраспадное время в СССР с его кризисом плановой экономики было как минимум странное. От Алматы до Талгара и Иссыка все утопало в возделанных полях, садах и виноградниках, а на прилавках государственных магазинов довольно скудный ассортимент продовольственных товаров. Сейчас там треть в прошлом обрабатываемых земель занята новостройками различного назначения (в основном жилье), а еще треть бурьяном. При этом на прилавках круглый год хоть огурцы с баклажанами, хоть бананы с апельсинами.

С собственно аграрной точки зрения БАК уже вроде как и не нужен. Разумеется, различные сельскохозяйственный производители воду в нем берут и за нее платят, просто любой вид их продукции можно заменить импортом. Но ничем нельзя заменить воду для людей, которые просто живут в тех краях, а работать едут в мегаполис. Всевозможные населенные пункты во многом превратились в дальние спальные районы Алматы. С окружающей инфраструктурой живущие в них люди связаны только местом проживания, магазинами у дома и местами в школах для детей, а так вся жизнь зациклена на мегаполис. Вот только даже такой формат жизни невозможен без наличия воды, а ее во многом обеспечивает именно Большой Алматинский канал.

В летний день БАК представляет собой довольно пестрое зрелище. Одни стирают в нем ковры и коврики для автомобилей, другие распивают на берегу спиртные напитки, из-за чего его изгибы часто напоминают питейное заведение. А третьи купаются. Купание в Канале процесс сложный и своеобразный. Из-за изобилия камней и битого стекла на дне, большинство окунается в воду не снимая сланцев или сандалий. Есть и отчаянные, которые лезут в воду как везде, но это обычно до первого серьезного ранения.

Сами берега БАКа сложные и выбраться на них из воды, особенно при сильном течении, весьма проблематично. Если же человек перебрал алкоголя – тем более. Часто такие купания заканчиваются фатально, но на привычный уклад жизни Канала влияют мало. Разве что родители более бдительно следят за детьми в период всевозможных заплывов.

Публика на БАКе очень разношерстная. Здесь и гламурные девицы с парнями на спорткарах, оставляющие после себя на берегу тару от бутылок, составляющих месячную зарплату у любого из компании, отдыхающей рядом. Жара и прохлада от воды создают своеобразную атмосферу толерантности и лени, благодаря которой дело редко доходит до рукопашной между соседями по отдыху.

Периодически случаются кампании по очистке Большого Алматинского канала от камней, мусора и насаждений, пробивающихся сквозь бетон. Однако случается такое редко и часто вызывает ответную реакцию не в виде поддержания наступившей чистоты, а в форме желания все вернуть назад. В БАК в спешном порядке сыпятся детворой камни (им интересно, как булыжник гремит по дну, когда его тянет течение; потом камней становится много, их движение прекращается и “аттракцион” перестает функционировать), а на берегах появляется прежнее количество битого стекла.

Ситуация чем-то напоминает один из рассказов Игоря Губермана (создатель “гариков”). Ему зэк сталинских лет рассказал, как их перевели в лагерь, где до советских заключенных содержались немецкие военнопленные. В лагере силами заключенных были сделаны открытый бассейн, стулья стилизованы под венские, на обшитых фанерой стенах выжжены высказывания про Бога, честь, семью. Начальник лагеря, приветствуя новых обитателей, особо отметил, что и в заключении можно жить как люди. Наши зэки первым делом изгадили бассейн, в паре-тройке драк все “немецкие” стулья друг об друга разломали. Рядом с цитатами про Бога появились привычные слова и выражения. “И даже как-то легче дышать стало”, – подвел итог бывший заключенный.

Однако еще больше ситуация с БАКом похожа на использование в Хорватии римских прессов для выжимания оливкового масла, сделанных еще в 4-5 веках нашей эры, а потом успешно работавших у новых поселенцев до 13-14 веков. Так и Канал. При любом раскладе есть понимание, прежде всего в органах государственного управления, что без воды в этих краях – конец. Поэтому пусть и в новом формате, но ресурсы для поддержания жизненно важной водной артерии изыскиваются и она продолжает служить людям. Хотя те и не всегда понимают, как много этот Канал значит в реке их жизни.

***