“Тяжелая ошибка часто приобретает значение преступления”.
Сенека
“Стало больше или меньше – сказать трудно, но говорят о них сейчас больше”, – заметила о врачебных ошибках Бахыт Туменова, президент ОФ “Амансаулык”. “Виновное противоправное причинение вреда здоровью”, – так определяет врачебную ошибку Таир Назханов, председатель Форума адвокатов.
Аида Мясоедова на встрече в пресс-клубе “Амансаулык” рассказала о том, как потеряла свою маму. В начале января женщина заболела простудой. Пришел лечащий врач, поставил воспаление легких и прописал антибиотики. Температура не спадает. Два раза на 10 дней бабушку клали в стационар и ничего не смогли сделать по улучшению. Последовательно ставились диагнозы пневмония, желтуха, онкология. Когда женщина 18 марта умерла, то вскрытие показало, что сдвинулся желчный камень и закрыл проток. Римма Мансузова, врач высшей категории, отметила по этому поводу, что “нет сложности при диагностировании” имевшей место проблемы.
“На мой взгляд, здесь не только возмещение ущерба, а есть признаки уголовно наказуемого деяния, – подчеркнула Альмира Жаппарова, кандидат юридических наук. – Ошибки учителя мы можем откорректировать наняв репетитора, тогда как с врачом такое невозможно: человека не вернешь”. В праве нет понятия “врачебная ошибка”. Надо их разделить на добросовестные и недобросовестные. Г-жа Жаппарова считает, что в Казахстане объективные факторы во врачебных ошибках играют меньшую роль, чем субъективные. “Моему отцу поставили диагноз “изжога”, а он через четыре часа умер от острой сердечной недостаточности”, – сообщила Альмира Жаппарова свой пример врачебной ошибки.
“Полное расхождение диагноза – это и есть та самая врачебная ошибка”, – акцентировала Бахыт Туменова. То есть, люди обращались, просили направления на госпитализацию, платили, следовали рекомендациям, но женщина умерла. Причем произошло это в Алматы, где общий уровень медицины заметно выше, чем на селе.
“Надо каждое такое дело доводить до конца. Речь идет о преступной халатности. Люди идут туда не лечить людей, а зарабатывать деньги”, – изложил свою позицию Роман Богданов, председатель Комитета поддержки программы президента РК по борьбе с коррупцией. Алия Рустемова, директор департамента контроля медицинской и фармдеятельности по г.Алматы, заступилась за медицинских работников. Она считает, что добросовестных врачей в системе здравоохранения больше. В Алматы за 2010-ый год отзыва лицензий у медицинских учреждений не было.
Таир Назханов обратил внимание на проблему “недобросовестной корпоративной солидарности” со стороны медицинских работников и учреждений. Другой момент: мало специалистов, которые знают медицинское право. Такие дела могут вестись годами. Во время родов скончалась женщина из-за некачественной медицинской помощи, плод тоже погиб. Суд проходил 2,5 года, дважды дело доходило до Верховного суда. В конце концов решение было вынесено в пользу истца. Рахима Дуйсекова, менеджер по проектам “Амансаулык”, подтвердила, что медицинское право пока находится в зачаточном состоянии.
Журналист газеты “Караван” сообщил, что к ним в редакцию часто обращаются пострадавшие от врачей-стоматологов. Люди особо боятся попасть в больницу в праздники. Бахыт Туменова отметила, что в “Амансаулык” хотела выступить мама ребенка, пострадавшего от врачебной ошибки. Однако ее ребенок сейчас находится в больнице и она опасается медицинской мести, поэтому от встречи с журналистами отказалась.
“Не кладут в стационар до тех пор, пока пациент не напишет бумагу, что у него нет претензий к лечащей организации”, – рассказала о практике оказания медицинских услуг в Алматы Наталья Тукалевская, президент ОЮЛ “Диабетическая ассоциация РК”. “Огромный пласт врачебных ошибок в результате халатности, равнодушия, коррупции”, – обратила она особое внимание. Из-за того, что люди не верят в судебную систему, пострадавшие часто не обращаются с исками в суд. Да и сама независимая медицинская экспертиза может стоить 250-300 тыс. тенге, что для большинства граждан сумма просто неподъемная.
“Должна быть грамотность пациента, нужны честные суды”, – указала на путь исправления ситуации Бахыт Туменова. Пока же судебная практика просто шокирует. В случае с Дмитрием Даниловым, которому хирург не полностью вырезал желчный пузырь, пациент в суде оказался виноват в том, что болеет.
“По характеру жалоб видно, что основной фактор проблем – человеческий фактор”, – подытожила г-жа Туменова. Пострадавшие от врачебных ошибок могут обращаться по телефонам “горячей линии” “Амансаулык” – 2-32-08-51; 2-32-08-52. Таир Назханов порекомендовал в таких случаях звонить 102 и требовать дежурного прокурора. Подобные звонки всегда записываются и находятся на контроле.
***
© ZONAkz, 2011г. Перепечатка запрещена