“…Ергалиева же сотворила себе кумира в лице ее нового хозяина – Жакиянова, внушив себе и читателям своего “боевого листка”, что он не иначе как “новый Иисус Христос”, который спасет “разграбленный, несчастный, лежащий в руинах Казахстан”. Но я не хочу полемизировать на эту тему. К политике он никакого отношения не имеет. Это медицинский случай.
…Не стоит, наверное, объяснять, что политика на таком уровне – очень крупный бизнес. Вложить, скажем, 50 миллионов долларов в “Ак Жол” и заработать миллиард — через парламентское большинство и акжоловского премьера. Таковы первоначальные планы, а на президентских выборах – и того больше. Игра стоит свеч, но это опасная игра. Потому что Путин в соседней России выгнал Березовского и Гусинского, а Ходорковский вообще в “Матросской тишине”. Отличие казахстанской ситуации от российской заключается в том, что в Казахстане нашим нуворишам и олигархам позволили создать политическую партию, которая активно и действует.”
Ермухамет ЕРТЫСБАЕВ, “Что такое “друзья народа” и как они воюют против Президента”, сайт “НАВИгатор-II” от 14.05.04 .
…А на втором кресте был распят разбойник…
Но давайте теперь зададимся вопросом: как определить этот второй крест? Между двух разбойников, вина которых была доказана и вынесен справедливый приговор, был распят Спаситель, как называют христиане всего мира Ису, сына Марьям (мир ему!). А если мысленно пересчитать кресты: первый… второй… третий. Это слева направо. А теперь справа налево — та же картина: на втором кресте распят разбойник. Ни в коем случае не пытаясь задевать чувства верующих христиан, я просто хочу определить – где же второй крест? Для христианина, крест на котором был распят Спаситель, конечно же, является первым. И для него, христианина, поиск второго креста не представляет проблемы.
…А на втором кресте был распят разбойник…
В нашем советском атеистическом прошлом символ креста не был символом веры. А был символом страданий, по мнению атеистов – абсолютно бесполезных. И восшествие на крест более ассоциировалось с мучениями во славу ложной идеи. В веке нынешнем, в нашем неомифологизированном сознании, муки на кресте стали приобретать некую поэтическую окрашенность. И фильм Мэла Гибсона возвращает нас к истокам: чудовищные страдания Человека, которому очень больно. И на это больно смотреть.
…А на втором кресте был распят разбойник…
И вновь вернемся в нынешнее тысячелетие, чтобы взглянуть на наши новые мифологемы: оппозиция пытается внедрить в общественное сознание новый миф… о втором кресте. И кто на нем – Аблязов, Жакиянов, Дуванов – не суть важно. Для оппозиции важно то, что это именно второй крест. А из этого следует, что вышеперечисленные господа будут когда-нибудь “сняты с креста”, а, следовательно, политически воскреснут. Но вот только… Были ли они “спасителями нации”? И достойны ли они хотя бы в глазах собственных соотечественников места на втором, срединном кресте?
…А на втором кресте был распят разбойник…
События в России все больше убеждают меня в мысли, что на нашем евразийском пространстве существует и наше общее с Россией неомифологизированное сознание. И там оппозиция, называющая себя “либеральной”, пытается протолкнуть в массовое сознание миф о “втором кресте”. Да вот только со срединным крестом – неувязочка. А как, по-вашему, распределить этих трех господ – Березовский, Ходорковский, Гусинский? Если тот, кто удостоится второго, срединного креста, и будет считаться страдальцем зарождающегося российского неокапитализма, то тогда двое остальных, соответственно…
…А на втором кресте был распят разбойник…
И здесь самое время всем нам задаться вопросом: а нужен ли нам этот самый “второй крест” в наших палестинах? Или кто-то из ныне действующих политиков и бизнесменов уже хочет забронировать себе место? Что ж, не самое глупое решение. Сам по себе объявляешь себя “спасителем либеральной идеи и защитником либеральных ценностей”, и за эти светлые идеалы восходишь на…
На Филиппинах экзальтированные христиане сами, по своей воле, идут на распятие. Их действительно приколачивают к кресту, устанавливают его и по секундомеру в руках – прибитый таким образом человек не выдерживает более шести минут – завершается акт искупления грехов. Но что это имеет общего со страданиями Спасителя? Какая-то садо-мазохистская выходка в порыве религиозной экзальтации. Шесть минут – и готово дело, очистился от грехов. Шесть лет – и выходишь из тюрьмы в терновом венце мученика. Так что господ олигархов просят не толпиться у подножия…
…А на втором кресте был распят разбойник…
…Тогда, на Голгофе, второй крест можно было отличить по стону:
“Элои! Отец мой небесный! – воззвал он с креста…”
…А на втором кресте был распят разбойник.
«Асар-Казахстан», №6, 17 мая 2004 г.