В прошлом Synoptykos мы говорили, что проведение или не проведение Всеказахстанского собрания демократов станет определяющим событием всей политической перспективы Казахстана. Этот наш прогноз оправдался с лихвой.
Впечатляюще удачной для объединенных демократов оказалась не только суббота 19 января, но и следующий воскресный день, когда на митинг лидеров старо-новой оппозиции пришло не менее пяти тысяч горожан.
Теперь время извлечь из происшедшего уроки.
Урок первый – для оппозиции, или “Гуртом и батьку бить легче”.
До тысячи участников собрания, в том числе, как минимум, по тридцать пять – сорок делегатов из всех областей и Астаны, остальные – алматинцы (арифметика важна не просто для описания количества, а еще и с точки зрения перекрытия требований Закона “О референдуме”) осознали себя единой силой. И они действительно были таковой все несколько часов под куполом цирка, а потом — на ступенях театра Ауэзова.
Впервые общая беда всей казахстанской оппозиции – разобщенность спеклась в один слоеный пирог. Получилось три слоя.
Нижний, как основа – это униженное и оскорбленное большинство. Большую половину зала составляли делегаты Компартии и “Поколения”, что примерно одно и тоже. Средний, менее толстый, но самый насыщенный слой — это демократы всех мастей, сгруппированные в три прослойки. Первая – радикальная оппозиция, собравшаяся под знамена РНПК. Вторая – оппозиция, до недавнего времени называемая конструктивная – “Азамат” и Народный конгресс, ныне объединяющиеся с кажегельдинцами. Третья — это оппозиция опосредованная, она же – грантовая, то есть посланцы правозащитных, информационно-образовательных и других неправительственных организаций, существующих за счет донорских денег.
К этой же прослойке, между прочим, примыкают и журналисты – практически все. Что есть важная примета времени: идеологически режим защищать уже некому, разве что по служебно-меркантильной обязанности вся пишущая и показывающая братия – душой в стане оппозиции.
Верхний же, мизерно тонкий слой, явился как раз самым необходимым для выпечки готового к употреблению оппозиционного пирога. Выход “младодемократов” из власти принес в оппозицию не только деньги, хотя и это – важно. Еще важнее с точки зрения перспективы настроенческий аспект. Жакиянов, Аблязов, Абилов, Джандосов, Ертлесова и др., все они – символы личного успеха, успешного бизнеса, успешной госкарьеры или того и другого вместе. За счет личных талантов или родственных связей – не столь важно. Важно, что такой личный успех является жизненным ориентиром, образцом для подражания для молодежи, только вступающей в жизнь, или начинающих карьеру. И если уж такие люди ушли из власти в оппозицию!
Урок второй – для власти, или “Не уверен – не обгоняй!”
Если попытаться ответить, почему так беспомощно и смешно выглядели попытки властей помешать акциям оппозиции 19 и 20 января, приходишь к очень серьезным выводам.
В областях людей пытались не отпускать с работы, не продавали билеты на самолет, мешали ехать поездом, но – народ приехал. Запланированный под собрание драмтеатр им. Ауэзова отказался от заранее оплаченного договора, письменно сославшись по простоте душевной на отсутствие разрешения акимата, хотя ничего подобного не требовалось. Акиматовское же начальство по этому поводу исчезло, будто ушло в партизаны.
В результате оппозиция собралась в цирке, где было гораздо больше мест, и то вышел аншлаг. Цирк отрубили от горэлектросети, будто спецслужбы не знали (на самом деле не знали?) о наличии автономного питания. Отключили отопление, а зачем оно тысяче людей, плотно сидящих вместе? Пытались глушить прямую телетрансляцию “Тана”, картинка действительно шла с помехами, что только усиливало эффект.
Потом для гарантированного соблюдения процедуры собрание пошло еще раз проголосовать решение о референдуме уже под сводами театра Ауэзова. Имея в карманах, между прочим, полностью выкупленные билеты на вечерний спектакль. (Под названием, заметьте, “Сто лет без любви”!) Так к театру сначала зачем-то пригнали ОМОН, а потом не придумали ничего лучше, как просто закрыть “по техническим причинам”. Результат? Все чин-чином переголосовано на ступенях, являющихся тоже частью театра, да еще с шикарными сценическими эффектами: кромешная темнота, подсвеченный памятник Мухтару Омаровичу с лидерами оппозиции на постаменте, вокруг сотни лиц и голосующих рук, освещаемые прожекторами телекамер!
Тоже – и на следующий день. Один только дородный полковник ЧС, попытавшийся в самый разгар митинга сообщить о заложенной бомбе, чего стоит! Да за такой пиар большие деньги и ордена давать надо!
Если бы такое “противодействие” было делом рук некоего Штирлица, засевшего в акимате, тогда понятно. Но ведь на самом деле власти пытались мешать, чем только помогали! Несолидно получилось: власть должна быть властью, а не партизанским подпольем.
Получается: власть уже лежит под ногами, просто пока некому ее поднять!
Урок третий – на будущее, или “У каждого президента свой Форос”.
Наш президент уехал в отпуск из одного Казахстана, а вернулся уже в другой. История повторяется, но на каждом витке она дает шанс действующим лицам делать новый выбор.
Может быть, здесь к месту будет вот это:
“У каждого человека бывают в жизни моменты, когда он внезапно оказывается перед проблемой серьезного выбора, заставляющего порывать с чем-то привычным и удобным, сулящего непредсказуемые сложности или испытания. Выбор этот чаще дает только одно преимущество: человек, не подстраиваясь под обстоятельства, вопреки им, остается самим собой. Когда собравшийся на площади народ устремился в город, я понял, что стою перед таким выбором: или я должен решиться на поступок, или спокойно вернуться в здание ЦК. Второе представились мне непростительной изменой людям – они были правы! Я пошел с ними, в голове колонны”.
Нурсултан Назарбаев, “Без правых и левых”,
Москва, “Молодая гвардия”, 1991 г., стр. 180.