7 октября этого года у семьи жителя села Дмитриевка, что в Алматинской области, Данияра Жанабаева украли 12 овец и одну корову. Кража произошла днем, во время выгона скота. Его сын, пасший скот в тот день, заметил только уезжающий вдалеке грузовик с украденными баранами.
Этот случай сильно огорчил семью и поставил ее членов в очень трудное положение. По сути, скотоводчество для семьи Жанабаевых было единственным способом сводить концы с концами. Тем более, что приближается зима — пора, когда скот покупают особенно охотно, запасаясь на зиму.
“Я хотел продать десять овец и две коровы, чтобы на что-то прожить до весны”, — говорит Данияр. “А теперь у меня только одна корова, которую я могу продать. Осталось еще 30 баранов, но я ведь должен думать и о приплоде. Работы никакой нет, только весной можно будет подработать на полях”, — сокрушается Данияр, не зная, что предпринять его семье в такой трудный момент.
Как уже говорилось, осень — сезон скотокрадов. По официальным данным, только за три недели, в одной только Алматинской области было украдено 53 головы домашнего скота. В целом, за последние восемь месяцев, по сообщению казахстанского еженедельника “Караван”, было совершено 413 краж.
“Сельских скотоводов можно понять, ведь они практически выживают только потому, что держат скот. Это и мясо, и молочные продукты, которые не надо покупать, и деньги, когда можно продать приплод. На одном огороде далеко не уедешь, и поэтому скот — пожалуй, единственный способ не превратиться в нищих”, — говорит социолог из Алматы Светлана Соколова.
Но скотокрадам до этого нет никакого дела. При всей бдительности чабанов (пастухов), они находят весьма хитроумные способы кражи.
Среди наиболее известных способов кражи скота полицейские наблюдатели выделяют простой, но очень эффективный метод.
Полицейские и скотники считают, что воры лучше любых дрессировщиков знают повадки животных и поэтому быстро находят с ними общий язык. Вместе с тем некоторые не исключают возможность использования гипноза в случаях, когда даже очень непослушные животные безропотно становятся жертвами обстоятельств.
Вместе с тем встречаются изощренные, достаточно варварские способы, к которым прибегают преступники в случае необходимости увоза скота далеко за пределы хозяйских полей. Например, многие скотокрады, зажимая язык животного плоскогубцами (металлическими щипцами) или используя другие инструменты, затаскивают жертву в машину.
Другой уловкой скотокрадов можно назвать изготовление специальной обуви для животных. Ее надевают добыче на ноги, чтобы не оставались следы. Это очень затрудняет в дальнейшем процесс расследования совершающихся краж.
По мнению старшего оперативного уполномоченного уголовного розыска одного из местных районных управлений внутренних дел майора полиции Ардака Нысанова, долговременный и затруднительный процесс поиска профессионально украденного скота — “для нас привычное дело”. “Как правило, скотокрады уходят вместе с добычей по скрытым горным тропам”. Поэтому, передвигаясь верхом на лошадях, полицейские осматривают каждую тропинку и каждый куст.
Кроме того, полицейские владеют информацией об уже существующих “воровских” тропах, которые периодически используются скотокрадами.
По мнению майора полиции Жумахана Нурмухамбетова, “для раскрытия кражи важно действовать по горячим следам”. Однако многие чабаны поздно обращаются в полицию за помощью, когда практически не остается шансов найти скот. Это случается потому, что скотовладельцы не верят в состоятельность правоохранительных органов. А когда уже теряются последние надежды найти скот самим, им приходится писать заявления в полицию.
Скотники жалуются, что с каждым годом все труднее пасти животных.
Согласно данным полицейских, занимающихся расследованием дел по случаям скотокрадства, каждая кража всегда тщательно продумывается. Чаще всего преступники-воры работают организованными бандами, находя как тех, у кого можно припрятать украденный скот, так и клиентов для сбыта мяса.
Как удалось выяснить местным полицейским, обычно скотокрады наведываются из других районов. Вместе с тем, как отмечают они, встречаются приезжие воры из южных областей, например, из Жамбылской области и Кыргызстана.
При этом, чтобы перегнать скот к себе на родину, они вначале отсиживаются в укромных местах, а затем перегоняют животных по отработанным маршрутам. Иногда скотину сразу забивают, продавая местным перекупщикам или местным мини-производственным хозяйствам по низким ценам.
Интересно то, что доказать вину преступников, даже в случае признательных показаний, также сложно по причине недостатка вещественных доказательств. При том, что чаще всего единственными свидетелями остаются всего лишь украденные животные. Поэтому привлечение скотокрада к уголовной ответственности, даже при его поимке — большая редкость.
Зная это, скотоводы и пытаются найти скот сами, чтобы устроить самосуд. Недавно, в середине лета, один барымтачи (скотокрад) был пойман хозяином скота и его сыновьями и жестоко избит ими. Жизнь вору спасли в реанимационном отделении 1-ой Алматинской больницы.
На вопрос: Почему его просто не отдали под суд? Хозяин скота ответил следующее: “Его не смогут посадить. К тому же, это не в первый раз. В прошлом году моя семья перебивалась с хлеба на воду из-за таких негодяев! Мне его не жаль”.
Таким образом, воровство скота несет весьма серьезный урон жителям сельской местности. Все жалобы на имя чиновников не приносят должных результатов. Между тем этот и последующие два года объявлены президентом Назарбаевым годами поднятия села. Скажется ли это на работе правоохранительных органов и чиновников в усилении контроля над кражами скота — покажет время.