В тот самый злосчастный день у меня с утра болела голова. В висках стучали молотки, а я, лежа в постели и еще окончательно не проснувшись, представлял себе тот древнегреческий миф, когда Зевс, мучимый похмельем, повелел Гефесту разрубить собственную венценосную голову, дабы демоны боли вылетели наружу. Гефест повеление Зевса исполнил, и после точного удара из головы Громовержца появились никакие не похмельные демоны, а богиня Афина, которую еще не скоро назовут Палладой, но сразу же признают мудрой – шутка ли, из головы самого Эгидодержавного вышла.
Вспоминал я этот миф и жалел, что нет у меня собственного Гефеста, который взмахом топора лишил бы меня головной боли. В это самое время моя Смерть готовилась к нашей встрече.
Моя Смерть в этот день тоже тяжко мучилась с похмелья – накануне Она с друзьями бурно отметила чей-то юбилей. Смерть заедала не выветрившийся за ночь перегар семенами подсолнуха, мятными конфетками и жевательной резинкой. Я стоял у зеркала и брился, стараясь не порезаться. Смерть плескала себе в лицо холодной водичкой, чтобы прийти в чувство. Я гладил брюки, а Смерть натягивала засаленные джинсы и майку в бензиновых пятнах. В тот момент, когда я выходил из дома, моя Смерть садилась за руль своего грузовичка, вполголоса матеря дорожную полицию – на удачу, чтоб не встретились.
Наша встреча произошла в пятистах метрах от моего дома. Я переходил дорогу по пешеходному переходу, когда Смерть на своем грузовике переехала меня, размазав мои кишки по грязному асфальту на протяжении всего тормозного пути. Когда приехали полицейские, а минут пять спустя и “скорая помощь”, моя Смерть – похмельный небритый мужичок – спала за рулем. Мне уже помочь было нечем. Мои внутренности соскребли с асфальта, мое тело сожгли в крематории, моя душа попала Сюда…
Журнал прибытия/отправления, запись № 4 548 674 531
Душа, порядковый номер 87 654, прибыла в Пункт Назначения. Время прибытия: 09.54, 2002 от р.Х. Нынешнее местонахождение – Нижний Уровень.
Беседа
…Здесь оказалось премилым местом, заселенным массой духов различных полов, возрастов и национальностей. Это место напоминало помещение аэропорта, где все в ожидании своего рейса занимаются всякими разностями. Кто-то читает купленный здесь же на лотке журнал или карманную книжку с бестолковыми детективами или любовными романами, которые забываешь тут же, как только закрываешь последнюю страницу, кто-то перебрасывается ничего не значащими фразами с соседом по сиденью, резвятся детишки, гоняясь друг за другом между креслами. В-общем, идиллия да и только. Сходство с залом ожидания усилилось, когда я обнаружил несколько выходов наружу, похожих на таможенные посты. У входов стояли вереницы душ, ожидая своей очереди. Строгие охранники, лиц которых разглядеть не представляло никакой возможности из-за обрамлявшего их головы яркого света, проверяли каждого, кто должен был покинуть зал ожидания. Прошедшая контроль душа исчезала в открывавшемся, как только охранники выдавали пропуск, дверном проеме.
На одной из стен висело цифровое табло, на котором периодически загорался какой-нибудь номер. В тот момент одна из душ с соответствующим номером присоединялась к тем вереницам, что ожидали выхода. Долгое время я с нетерпением глядел на табло, надеясь, что вот-вот загорится мой номер, и мне наконец удастся покинуть изрядно надоевший зал. Однако время шло, номера моего не было, и я решил подробнее ознакомиться с этим местом.
— Это Чистилище, молодой человек, — обратился ко мне седой мужчина, сидящий в кресле напротив.
— А выходы куда?
— На Землю, неужели непонятно, — седой мужчина фыркнул, намереваясь отгородиться от меня газетой, лежащей у него на коленях.
— А как насчет Ада или Рая? – припомнил я библейскую мифологию.
— Молодой человек, Ада и Рая не существует, так как не было еще Страшного Суда. Вспомните Библию – пока не будет Суда Господня, не будут и отделены грешники от праведников, потому и Рая с Адом нет…
— Понятно, понятно, — замахал я руками, потому что подобные разговоры всегда наводили на меня скуку. – Стало быть, все мы ждем нового перерождения, так что ли?
— Увы, молодой человек, не все. Я, например, жду перевода на Верхний Этаж. Мои перерождения кончились.
— А что там, на Верхнем Этаже?
— Этого я вам сказать не могу, — проговорил мужчина и уставился в газету, явно не намереваясь больше беседовать со мной…
Дерево
Нет, так нет – решил я про себя. Поскольку время моего ухода отсюда не пришло, можно попытаться что-нибудь разузнать самому. Даже если меня поймают, что они могут сделать? Казнят меня, что ли?
С этими мыслями я начал обход зала ожидания. Он оказался огромен! Прежде я не обращал внимания на его размеры, но теперь… Для того, чтобы добраться до ближнего его конца, мне пришлось потратить несколько часов. И везде я встречал праздно проводившие время души.
Впрочем, не все. Добравшись-таки до удаленных от центра мест, я обнаружил крохотный (по сравнению с остальным залом – а так это место было больше моей трехкомнатной квартиры) закуток, откуда доносились вопли, бряцанье, грохот. Заглянув туда, я увидел несколько сотен душ, облаченных в какие-то грязные лохмотья. Души бродили по закутку, воздевая руки к невероятно высокому потолку, стенали, потрясали руками, на которые нанизаны были устрашающие своими размерами цепи. Сами души отличались бледностью лиц и пустотой взгляда. Стены закутка были расписаны различными граффити, в которых частенько повторялось известное всем слово из трех букв. Выдержав несколько секунд в гвалте и лязге закутка, я покинул мятущиеся души. На выходе, столкнувшись с одним из безлицых охранников, я поинтересовался, что это за привидения. Охранник коротко пояснил мне, что сии люди умерли от чрезмерного пристрастия к алкоголю и наркотикам. Цепи, что на руках их, — это те самые пристрастия, крепко привязывающие души к давно умершим телам. Покуда не избавятся они от цепей – не будет им перерождения во веки веков. Машинально пробормотав “аминь”, я удалился прочь от закутка.
На Верхний Этаж меня не пустили. Грозный охранник в розовом мундире с генеральскими погонами погнал меня прочь от широченной лестницы, ведущей вверх. Генерал размахивал каким-то скипетром и несколько раз больно заехал им мне по затылку. Я спешно ретировался под дружный хохот других охранников.
Эта потасовка разогрела во мне еще большее любопытство. Я решил узнать, нельзя ли проникнуть на Верхний Этаж какими-нибудь другими путями. Изучив с безопасного расстояния лестницу и подходы к ней, я заметил в углу неприметную дверцу. Стараясь не привлекать внимания розового генерала и прочих охранников, я проскользнул к этой дверце. “Служебный вход” гласила табличка на дверце. Поколебавшись, я нажал на ручку. Дверца оказалась незапертой. Я нырнул внутрь.
Поднимался я по крутой винтовой лестнице около часа, покуда не уперся в дверцу – близнеца той, что осталась внизу. Эта тоже оказалась незапертой. За ней обнаружился сад, благоухавший почище того сквера, который я посещал при жизни. От дверцы вела тропинка вглубь сада. Поколебавшись секунду, я двинулся по тропинке.
Она привела меня к огромному раскидистому дереву, на ветвях которого висели странные плоды. Выглядели они настолько аппетитно, что я – душа без плоти – почувствовал необоримый голод. Протянув руку, я сорвал один плод и впился в него зубами. Почувствовать вкуса я не успел, потому как налетел вдруг сильный ветер, прямо-таки ураган, небо почернело, начало сыпать молниями, дождь хлестанул меня по лицу. Ветер сорвал с дерева все листья и плоды, и, завывая, умчался прочь. И вдруг из ниоткуда раздался голос, от которого мне захотелось завопить и загреметь цепями, как те привидения в закутке, – настолько сильна была горечь в том голосе. Голос сказал:
— Я же предупреждал тебя, чтоб не ел ты плодов от сего дерева! Почему не послушал ты меня?..
Отделение Охраны Верхнего Уровня. Запись в командном журнале № 665
В секторе “Эдем” обнаружен посторонний. Принять все возможные меры к поимке и экстрадиции. Найти причины проникновения постороннего в запретную зону.
Отделение Охраны Верхнего Уровня. Запись в командном журнале № 666
Посторонний выдворен на Нижний Уровень, содержится под стражей. Ожидаем приказа от Верховного. Проникновение осуществлено из-за халатности работников Внутреннего Контроля, оставивших незапертым служебный вход. Виновные понесут наказание в виде одного перерождения.
Девушка
Да уж, влип. Как только умолк тот голос, в сад сразу набежали охранники. Плод у меня изъяли, да еще и удалили все то, что я успел проглотить. Процедура, доложу вам, премерзкая. Теперь вот сижу в какой-то кладовке, ожидаю неизвестно чего. Хорошо хоть со мной нормально обращались – это не наши земные органы правопорядка. Сапогами по почкам не били, хотя, судя по роже розового генерала, было такое желание.
Держать меня будут наверняка до перерождения. Чтоб еще куда-нибудь не залез. А чего – сами виноваты, лучше охранять надо было. Вот только невдомек мне – если таким же душам (с истекшими перерождениями) можно в том саду находиться, то почему остальным нельзя? Чем они лучше?
Сидел я взаперти недолго. День-два, наверное. Потом меня вытащили из кладовки и сопроводили до эвакуатора – до выхода, то бишь. Поставили в очередь. А очередь движется медленно, так что я сразу заскучал. Мне и там, на Земле, в очередях стоять не нравилось, а здесь, в Чистилище, и вообще тоска. Короче, начал я от скуки по сторонам вертеться, и обнаружил, что рядом с нашим эвакуатором проход открылся – и оттуда как повалили души. Человек сорок-пятьдесят. Сам-то я через другой проход в зале появился, поэтому сразу и не смекнул, что постоянного входа нет, – они в разных местах открываются.
Открылся, значит, этот вход, и повалили сквозь него новоприбывшие. Я от нечего делать на свежепреставившиеся души глазею. И тут меня вдруг как в сердце кольнуло – среди возбужденно переговаривающихся меж собой духов увидел я девушку красоты неописуемой. Была она в белоснежных одеяниях, и свет, бивший из открытого входа, казалось, просвечивал сквозь нее. Бледна была эта девушка и белокура, и не чувствовалось в ней того оживления, которое свойственно душам, попавшим в Чистилище. Ее спутники моментально разошлись по залу, она же присела тихонько на ближайшее кресло и как будто погрузилась в себя, отрешилась от суматохи зала ожидания.
Говорите, что хотите, но мне показалось, что я влюбился в нее в ту же секунду, как увидел. Влюбился без памяти. Тут меня в бок пихнул охранник, подталкивая к выходу из Чистилища. Рассвирепев, я отшвырнул охранника, перепрыгнул через поручни, огораживающие эвакуатор, и бросился к девушке. Она взглянула на меня нежно-голубыми глазами, и я потерял всякое благоразумие, которое еще оставалось во мне.
— Сударыня, — ляпнул я благородным штилем девятнадцатого века. — Я вас люблю…
Она не ответила, лишь расширенными от ужаса глазами уставилась за мое плечо. Я обернулся и увидел того самого розового генерала, во весь опор мчащегося ко мне и размахивающего дурацким своим скипетром. Я ухватил девушку за руку и бросился бежать…
Докладная Верховному от Начальника Охраны Нижнего Уровня
Настоящим докладываю, что душа, порядковый номер 87 654, отказалась уйти на перерождение и скрывается на территории Нижнего Уровня. Предположительно, в Зале Беспамятных. Как вы знаете, в мою юрисдикцию не входит оный сектор Нижнего Уровня. Жду приказа.
Докладная Верховному от Начальника Электронно-Вычислительного Центра
Настоящим довожу до Вашего сведения, что в нашей работе произошел досадный сбой. Возможно, это свидетельствует о наличии в системе вирусов. Душа за номером 87 654 не переместилась в готовое земное тело, отчего на Земле появился Бездушец. Сам по себе этот факт не является катастрофическим, но
есть опасения, что подобное может повториться. Жду приказа.Опять в саду
— Где мы? — девушка нервно огляделась по сторонам.
— Не беспокойтесь, они хоть шумные, но безобидные, — я успокаивающе погладил ее по руке. Мы сидели с ней на полу, прислонившись к стене в том самом закутке, где обитали духи наркоманов и алкашей. Стенания и грохот цепей действовали мне на нервы, однако здесь, кажется, мы были в безопасности. Охранники почему-то сюда не наведывались.
— А они всегда такие громкие? – как видно, не одному мне действовал на нервы этот бедлам.
— Нет, наверное. Не знаю точно, — признался я в своей некомпетентности.
— И что мы будем делать дальше?
— Надо будет прорваться наверх. Там есть чудный садик, вот только фрукты с деревьев рвать не рекомендуется.
— И как мы туда попадем?
— Не боись, я чего-нибудь придумаю, — бодро сказал я и начал придумывать.
Понятно, что через служебный вход мы в сад не попадем. Не думаю, что охранники настолько тупые, чтобы не закрыть ту дверь. Парадная лестница отпадает тоже – розовому генералу лучше вообще на глаза не показываться. Что же делать?
Ответ пришел сам собой. Я увидел как один из местных призраков, гремя цепями и вопя во весь голос, вдруг начал резво карабкаться на стену. Приглядевшись, я увидел, что он лезет не по стене, а по некоему подобию пожарной лестницы. Лестница поднималась до самого потолка, где упиралась в прямоугольное отверстие. Люк! Тем временем призрак благополучно сверзился с этой лестницы, а я бросился к девушке.
— Пошли!
И мы пошли.
Карабкание по узкой лестнице отняло несколько часов. У меня уже порядком затекли руки и заболела спина, однако девушка не показывала признаков усталости. Вниз я смотреть опасался, достаточно того, что голосов призраков уже давно не было слышно. А значит, мы забрались так высоко, что и подумать страшно.
И вот наконец потолок с прямоугольным отверстием, накрытым деревянной крышкой. Незаперто. Я уже засомневался в умственных способностях местной администрации. Оказались мы в знакомом саду, только тропинки никакой не было, а был самодовольный ленивый ручеек, вальяжно несший свои воды, переваливаясь с валуна на валун.
На берегу сидел абсолютно голый мужик и сокрушенно качал головой, что-то бормоча себе под нос.
— Здравствуйте… — нерешительно приветствовал я мужика. Тот бросил на меня мимолетный взгляд.
— Хомо сапиенс, человек разумный, — пробормотал он. На берег выскочил гнедой жеребец, громко заржал, вставая на дыбы.
— Нареку тебя лошадью, — молвил человек и утер пот со лба. Ему на плечо спикировал огромный ворон, каркнул во все горло, взмахнул крылами и улетел.
— Будешь называться вороном… — прошептал ему вслед мужик.
— Естествоиспытатель какой-то, — хмыкнул я, пытаясь избавиться от неприятного холодка и чувствуя, что где-то такое уже слышал. В этот момент из воды выпрыгнула рыбина, сверкнула на солнце чешуей и упала обратно в ручей, обдав брызгами нас и человека.
— Имя тебе – окунь, — мужик стиснул пальцами виски и вдруг завопил. – Когда же вы все закончитесь?!
— Извините, мы тут немного заплутали, — решился я обратиться к мужику. – Вы не могли бы нам помочь?
— Кто? Кто вы такие? – человек вскочил.
— Мы – души умерших, — стараясь не делать резких движений, проговорил я. – Вы бы прикрылись, тут дама все-таки…
— Дама? – голый мужчина выглядел полным идиотом.
— Ну да. Дама, синьорина, вумен, женщина. Понимаете?
— Она – человек?
— Вообще-то уже нет, поскольку мы мертвы. Но, в принципе, да.
— А зачем нужна женщина?
— А вы не знаете, — если честно, я полагал, что голый просто издевается надо мной. – С ними жить интересней.
— Да?! Мне нужна женщина! Отец! Отец! Мне нужна женщина! – с этими идиотскими воплями голый мужчина унесся вглубь сада.
— Ну вот, сейчас вся охрана здесь будет! – я повернулся к своей девушке и увидел, что она прямо-таки задыхается от смеха. – Что вам показалось смешным?
— Вы знаете, кто это был? Вы что – и впрямь не догадались? — раскрасневшаяся, с блестящими глазами она казалась мне еще прекрасней.
— Нет, не представляю. Разве что душа какого-нибудь психа.
— Это же был Адам – первый человек, наш праотец, которого Бог сотворил из глины!
— А-а-а… — вот и все то умное, что я смог выдавить из себя.
— Значит, мы — в Эдемском саду… — заключила моя спутница…
Донесение Верховному. Срочно
Мятежный дух вновь обнаружен в секторе “Эдем”. Он не один – с ним душа за номером 478 905. В любой момент мы готовы к задержанию. Души слишком много увидели, кроме того номер 87 654 ел запретных плодов. Так что в земной жизни вряд ли забудет то, что происходит сейчас. Есть опасения, что номер 478 905 тоже вкушал плоды. Какие будут распоряжения?
Верховный – Начальникам Охраны Верхнего и Нижнего Уровней и Начальнику ЭВЦ
Аз есмь сущий!
Мятежные души схватить и в самый кратчайший срок совершить перерождение в тварей земных, неразумных, неговорящих.
Одновременно с этим начать свертывание проекта “Чистилище”, в связи с чем перевести персонал в секторы “Ад” и “Рай”. На Земле же начать акцию под условным названием “Апокалипсис”, цель которой – подготовка к операции “Суд”. Заблаговременно удалить оттуда наших агентов. Задача: непременно уложиться в заранее оговоренные сроки.
Жизнь
…Единственное, что я запомнил, – яркая вспышка и боль. Боль в обваренном боку. Потом яростно начали зудеть укушенные блохами места. Я открыл глаза.
Мир поразил меня всевозможными оттенками серого цвета. Я поднялся с земли и обнаружил, что стою на четырех ногах. Нет, не ногах – лапах. Собачьих лапах с грязной свалявшейся шерстью. И чешутся блошиные укусы, и болит обваренный бок.
Рядом со мной заворочался теплый урчащий комок. Грациозная черная кошка потягивалась, касаясь меня шелковым бочком. Глаза были – те же. Той самой девушки, встреченной мною в Чистилище, той, ради которой я вновь вкусил запретных плодов, той, ради которой я не побоялся нарушить извечный порядок небес.
Внезапно в глубоких синих глазах мелькнул ужас. Кошка вскочила на лапы и оглядела себя. Потом поглядела мне в глаза – и в них не было той любви и нежности, какую видел я в Эдеме, под раскидистым древом с запретными плодами. В них была ненависть, и голубой лед обжег мне душу.
— Это все – из-за тебя! – прошипела кошка, — Вместо нормального перерождения – кошачья судьба.
— Но… — попытался возразить я, виляя хвостом.
— Пошел ты. Знать тебя не хочу, — и кошка легко запрыгнула на мусорный ящик, с которого перепрыгнула на крышу сарая и была такова.
Я почесал укушенное место, обтряхнулся и побрел в другую сторону.
Жизнь продолжалась…