Каждый новый учебный год начинается для казахстанских пап и мам уже знакомой головной болью. Неизвестно, придется ли в этом году покупать учебники, покупать ли их в магазинах и на рынках уже летом, пока все не расхватали, или подождать прояснения ситуации. В минувшем году родители второклашек приобрели для своих детей целый новенький комплект учебников, на которых значилось: “Атамура”, 2002 год.
Однако, как оказалось, мучения их только начинались… Вскоре удивительный, поистине новаторский подход авторов к составлению учебников заинтересовал не только учителей и их воспитанников, но не оставил в стороне и родителей. Теперь в каждой семье (более или менее благополучной) наблюдается одна и та же картина: мама или папа бьется над задачей или упражнением, благополучно ее решает и отправляет на проверку учителю, после чего тот вызывает родителей в школу (поскольку “домашняя работа” сделана неправильно) и объясняет смысл задания. Иногда преподаватель сам не знает, что хотели сказать составители. Третьей стороной, то есть наблюдателями, при этом являются семилетние малыши, которые никак не могут понять условия игры, в которую играют взрослые.
Взять хотя бы “Математику”. Второклассникам предлагается решить следующую задачу: “Из каких двузначных чисел можно вычесть число 7, используя равенство 16-7=9? Запиши разности этих двузначных чисел и числа 7. Найди их значения”. Родители смогли понять, что же от них требуется, только после консультации с классным руководителем… Об убогом оформлении книг нечего и говорить. А ведь в таком возрасте у детей в первую очередь нужно развивать фантазию, смекалку, делать условия заданий как можно разнообразнее и интереснее, желательно – в виде игры. Вместо этого им преподносят сухие стандартные задачи, причем довольно часто в условиях пяти-шести задач подряд используется одни и те же мотки проводов, причем сначала идет просто “провод”, потом “тонкий провод”, потом “толстый” и так далее. Более того, одни только иллюстрации к задачам вызывают тоску. Подсчитав, из профессионального интереса, сколько и чего нарисовано в учебнике, обнаружила, что на шести разворотах подряд не было ничего, кроме морковных пучков да сплошного текста, в разных задачах малышам предлагалось посчитать морковки и произвести с ними какие-то вычисления. Потом морковный поток иссяк, вместо этого появились такого же цвета стандартные луковицы, они безраздельно господствовали на четырех разворотах, дальше пошли почему—то погремушки, их тоже надо было посчитать, сложить и вычесть.
Вообще, сложилось устойчивое впечатление, что составлял учебники завскладом или, в крайнем случае, директор магазина. К этой мысли склонило абсолютное отсутствие у авторов фантазии, а также довольно часто повторяющиеся в условиях килограммы муки и мешки с картошкой, которые надо вывезти со склада в магазин.
Но немалое удивление вызвало не это, а задачи на составление фигур из лучей и прямых. Например: “Составь фигуру из двух лучей. Как можно ее назвать? Почему? Рассмотри возможные варианты”. Сначала я пролистала весь учебник, думая, что, может быть, современная система подразумевает знакомство с геометрией уже во втором классе (мы, помнится, приступали к ней только в пятом), но никаких определений геометрических фигур не нашла. Тогда обратилась непосредственно к владелице учебника – очаровательному голубоглазому созданию семи лет от роду:
— Юля, что такое луч, как ты думаешь?
— Это от солнца луч…
— А угол?
— Это у дома угол…
— Ну, а что такое вариант?
Молчание…
Таких задач в учебнике на самом деле множество, и я не ставила себе целью отобрать самые глупые из них, просто перелистывала страницы наугад. Есть здесь и квадраты, и прямоугольники, и незамкнутые ломаные линии, и углы, прямые, тупые и острые… Многие условия заканчиваются предложением ребятишкам самим составить две задачи, обратные данной, и решить их. Видимо, чтобы не утруждать лишний раз составителей.
“Русский язык” ненамного лучше. Здесь есть даже “неправильное правило”, на которое преподаватели посоветовали не обращать внимания. Звучит оно так: “Если имя существительное оканчивается на твердый согласный, то это существительное мужского рода. Если имя существительное оканчивается на –а(-я), то существительное – женского рода, если на –о(-е), то среднего рода”. Но тогда к какому роду нужно отнести слово “папа”, или огромное количество слов мужского рода, оканчивающихся на мягкий согласный (журавль, муравей, учитель и т.д.), а существительные женского рода тишь, гладь, ширь и т.д.? Не говоря уже о существительных общего рода: умница, молодчина… Подобное правило есть в программе старших классов, но в совершенно другом виде, зачем составителям понадобилось ломать стройную систему и забивать головы детям ненужными экзерсисами, это, очевидно, и есть самая главная задача, на которую следует обратить первостепенное внимание. Родителям и учителям, а также всем нам уже сейчас надо решать задачу, условиями в которой являются условия тендеров на составление и производство учебников, а неизвестными – те люди и предприятия, которые эти тендеры выигрывают, не то в Казахстане вскоре не останется даже начального образования.