Самое большое впечатление за последние несколько лет на меня произвели три теоретика — Бурдье, Кастелс, Хабермас (которых я не читал), а также Марат Тажин, который (оказывается) коротает рабочее время в их компании вместо того, чтобы конкретно разгребать завалы во вверенной ему внутренней политике.
А поскольку при таких соратниках нашему Президенту другой оппозиции не надо, особо интересно было посмотреть, как Ел басы напрямую пообщался с народом.
В былые годы намерения регулярно отвечать на вопросы телезрителей анонсировались Нурсултаном Абишевичем неоднократно, однако фактически такое случалось считанное число раз. Причем всякий раз достаточно легко прочитывалась конкретная надобность, к которой привязывались вопросы “простых” телезрителей и ответы на них главы государства.
На этот раз неотложная надобность, к которой был “привязан” тiкелей “Хабар” Президента, угадывается (казалось бы) тем более легко: сам выбор сакраментальной даты, – 14 мая, дает прямую наводку. Однако именно это уж чересчур откровенное наложение дат как раз и показывает, что все не так просто…
Вспомним, что совсем недавно Президент уже использовал возможность обратиться к народу – с ежегодным Посланием. Причем в тот раз и дата обращения была выбрана необычно ранней, и объявление об этой дате было сделано буквально внезапно (даже уже раз перенесенный ПДС опять пришлось переносить), и содержание Послания вплоть до его оглашения оставалось тайной даже для Правительства (вспомните демарш первого вице-премьера Марченко). То есть, по всему видно, что готовилось Послание какого-то иного назначения-содержания, но в последний момент Президент предпочел озвучить месседж: экономика вместо политики.
И… не сработало!
Сначала хулиганистый Гриша саданул из рогатки ласточку жилищной ипотеки прямо под хвост бюджетного финансирования, а вслед за ним уже и сами министры во главе с Премьером Ахметовым, банкиры и подрядчики повыщипывали у нее оставшиеся перышки под названиями “квадратный метр не дороже 350 долларов” и “кредитные ставки не выше 12 процентов”. В результате Послание-2004 с единственной “фишкой” в виде новой жилищной политики, не успев выпорхнуть из рук Президента, улетело сразу туда, где благополучно пребывает “Программа Казахстан-2030”.
Итак, шанс как бы своевременно огласить позиции главы государства по накопившимся до критической массы политическим проблемам, доведшим уже почти до точки кипения, переволновавшим и перессорившим всю властную элиту, использован не был. По сути, Послание-2004 стало вершиной-апофеозом выказанной публично неадекватности верховной власти реально вставшим перед нею же политическим вызовам. А при достижении любой вершины, как известно, следует либо откат назад, либо – перевал на другую сторону, либо … срыв в пропасть.
Поэтому телеэфир Президента на “Хабаре” — это Послание-дубль-два, осознание, в последний момент, принципа “лучше поздно, чем никогда”. То есть, лучше уж сказать про “Казахгейт” 14 мая, чем после этой даты.
(Курьезно, что буквально накануне из Нью-Йорка пришло известие о переносе начала предварительных слушаний по делу Гиффена на 3 июня. Впрочем, чуть раньше, или чуть позже, – суть не в этом!)
Как бы то ни было, а главный итог прямого телеэфира: “Казахгейт” все-таки существует!
Впервые сам Президент дал стране официальную формулу. Если еще вчера ни Генпрокурор Республики, ни “Казправда” ничего не знали о каком-то американце Джеймсе Гиффене, то теперь они не только знают, но и могут нести эти знания-разъяснения в массы. Формула же такова:
Казахгейт – есть. Но это: а) американский суд над американским гражданином, к которому ни один казахстанский гражданин не привлечен, а потому он для этих самых непривлеченных граждан даже и неинтересен; б) происки “беглого Премьера Кажегельдина”; в) способ внешних сил давить на руководство Казахстана для извлечения неких (вредных народу Казахстана) выгод. И еще: Гиффен был советником не Президента, а — Правительства.
Формула, надо сказать, разумно адекватная моменту. Если с судом в США как-нибудь “пронесет”, то она таковой и останется. Подтвердив конечную мудрость, принципиальность и честность Первого Президента. Если же “не пронесет” (а, судя по всему, не проносит!), то время (собственно суд назначен на 4 октября) для следующих объяснений народу еще есть.
(Ну не каяться же, в самом деле, уже сейчас!)
Второй по значимости содержательный момент телеобщения Президента с народом – впервые объявленное им самим намерение переизбраться в 2006 году.
Но если за формулу по “Казахгейту” Президенту (его помощникам?) можно ставить “твердую четверку”, то отметка за это заявление – “явно неудовлетворительно”. Для пояснения же такой нашей оценки требуется небольшое отступление. Вот оно:
Все мы знаем, конечно, что Нурсултан Абишевич будет нашим Президентом до 2030 года. И уж, во всяком случае (будучи в здравом уме и твердой памяти) никакого “наследника” на свое место не допустит. Но: одно дело — реально строить политику власти на “вечности” властвующей персоны, и совсем другое — выстраивать некую публичную версию, основывающуюся на неуклонно-поступательном движении Казахстана к правовому и демократическому государству.
Известно: чем лучше актер, тем длиннее пауза. Одно дело, когда Дочка сообщает всем, что до 2013 года все соперники Папы “могут отдыхать”. Ей – положено так говорить (хотя “Асар”, по секрету говоря, — проект не “про”, а “анти” Папин). Или вот, допустим, когда мой вредный друг Ермухан сообщал, что Президент, по-прежнему, “в отличной форме”, что он (Президент), дескать, ему лично поведал о намерении баллотироваться в 2006 году, и что он (Ермухан) не сомневается в отсутствии равных соперников и убедительной победе, – все это политически продвинутая публика воспринимала адекватно. Поскольку вся такая публика знает, что ценность Советника Президента вовсе не в том, что он что-то кому-то советует, а в том, что он, единственный в Администрации, способен выступать на публике, и при этом все его публичные выступления — исключительно отсебятина (удобная еще и тем, что в нее иногда прячутся “пробные шары” реальных вариантов).
То есть, Окружение может (и должно) изощряться в любых утверждениях, но Сам (если бы он действительно был уверен в превосходстве над претендентами) по законам жанра должен был бы “держать паузу” вплоть до октября-2006, после чего только должен был бы уступить настойчивым требованиям уважаемых аксакалов и писем трудящихся.
И, смотрите, как не здорово получилось: уже и верный Ермухан поторопился обнадежить публику уверениями, что останется с Президентом и после того, как тот перестанет им быть, а тут вдруг сам 01-й взял да и дезавуировал своего Советника!
То ли чуть-чуть поздновато, то ли чересчур рано, но — ой, как не вовремя!
И что характерно: при всем том, что сейчас любое уважающее себя оппозиционное (да и не только!) издание ни одного номера не выпустит, не посвятив хотя бы половину материалов разбору творчества Ертысбаева, как раз этот его пассаж, – что ему с Нурсултаном Абишевичем скоро предстоит переход в оппозицию, особых комментариев не вызвал. В самом деле: что здесь комментировать? В кои-то веки изрек этот противный Советник мысль дельную, где-то даже уже и банальную, совершенно для всех очевидную и возражений не вызывающую…
Следующий момент, кажущийся мне показательным: это когда Президент, говоря о пользе многопартийности, пожелал партиям собраться в некий “кулак”, тогда он мог бы с ними встречаться, вместе двигать вперед демократию…
Может быть, я чего-то недопонял, но понял это так: ПДС – провалено, про него даже и сказать нечего. Мухамеджанова – побоку, и теперь уже и сам Президент подумывает о выходе на прямой разговор с партиями. Глядишь, еще чуть-чуть, и из Астаны эхом откликнется старинный боевой клич “радикальной оппозиции” насчет “Национального диалога”. Или мне только померещилось?
А вот разъяснения Президента насчет того, почему он, представляя, по Конституции, весь народ и имея конституционный запрет на принадлежность к какой-либо партии, открыто руководит “Отаном”, меня, честно сказать, огорчили.
Не в том смысле, что он выбрал для себя “Отечество”, а не “Демвыбор”. (Как раз это, честно сказать, даже радует.) Огорчает то, что очень уж неубедительно прозвучали президентские объяснения, хоть с правовой, хоть с политтехнологической, хоть с чисто бытовой точек зрения.
Здесь советники явно подвели главу государства.
Впрочем, я несправедлив к ним: поручи мне составить по этому поводу убедительное разъяснение, да хоть озолоти при этом, — боюсь, тоже не смогу выдать ничего путного…
Еще что мне не понравилось: это как Президент опять выслушивал жалобы с мест и тут же раздавал прокурорам и министрам поручения разобраться и поправить. Помнится, лет уже эдак десять назад некий “мер” радовал алма-атинцев тем, как лихо драл своих заместителей перед телекамерами. Времена меняются, вот уже и Заманбек Калабаевич выдвинулся в лидеры демократической оппозиции, а подчиненные Нурсултана Абишевича так и не научились работать без того, чтобы талды-курганским предпринимателям и пенсионерам-металлургам не приходилось бить челом прямо Президенту.
А когда Казахстан станет барсом-2030, упитанным и поджарым одновременно, тоже будем искоренять недостатки через прямой эфир с Первым Президентом?
Впрочем, я, пожалуй, излишне придирчив. На самом деле: что в человеке главное?
Главное – не изменять самому себе. Выбрал стиль – держи до конца!
А стиль нашего Президента – руководить всем и всеми. У нас даже сельские акимчики (без бюджета и без печати), согласно Конституции, олицетворяют Главу Государства. Так было, и так будет.
Пока…
И последнее из того, что показалось мне примечательным. Это уже из области личного:
Насчет того, что фигура у нашего Президента — стандартная, а потому он сам покупает себе костюмы в магазине, и они на нем хорошо сидят. А также про то, как ради того, чтобы поддерживать в Саре Алпысовне (не освоившей пока банковские карточки) светлые воспоминания начала супружества, он специально обналичивает половину президентской зарплаты и отдает ей, как когда-то.
Прост как правда, — так некогда было сказано про другого великого человека…
Впрочем, дело серьезное. Самым показательным в этих трогательных бытовых деталях мне представляется вот что:
При всем том, что политический кризис президентского режима носит именно системный характер и имеет много составляющих, субъективных и объективных, внешних и внутренних, один из самых важных его “разломов” – это кризис внутри самой правящей элиты. Поэтому самыми внимательными и заинтересованными телезрителями Президента были не “рядовые избиратели” (электоральный-то кризис как раз в том и состоит, что вера во власть подорвана), а — административный, политический и бизнес-истеблишмент. Главный же вопрос, который волновал именно эту аудиторию, как я думаю, стоял так: НАСКОЛЬКО ПРЕЗИДЕНТ АДЕКВАТЕН?
И главный ответ на этот вопрос прозвучал, на мой взгляд, именно в том, что не прозвучало:
Кроме Джеймса Гиффена в Нью-Йорке, есть еще Заманбек Нуркадилов в Алматы и Галымжан Жакиянов в Кушмуруне. И они — выставленные на публичное обозрение — главные политические проблемы персонально Президента Назарбаева. На которые он, если на самом деле собирается бороться за президентский пост, не может не дать четких ответов.
Рассуждения же насчет судьбы Христа, у которого был свой Иуда и апостол Петр, — это не ответ, а уход от ответа. Повторного же 14-го мая, между прочим, может уже и не быть…
Ну вот: прямой эфир состоялся, каждый может делать свои выводы…