КНБ против газеты “СОЗ”

Что-то в последнее время вошло в моду судиться в межрайонном экономическом суде г. Алматы. Хотя, по идее, само название учреждения предполагает лишь решение экономических или иных имущественных споров между участниками процесса. Только при чем тут честь и достоинство? Оказывается, эти понятия тоже стали экономическими: они также имеют свою расценку в денежном выражении.

24 января в межрайонном экономическом суде состоялось четвертое по счету судебное заседание: “КНБ против редакции газеты “Соз”.

Оскорбленные чекисты заявили, что не вели слежку за лидерами партии “Ак жол”, поздно ужинавшими в пиццерии, — как утверждает оппозиционное издание. И требуют в своем исковом заявлении публичного опровержения этих ложных сведений и компенсацию за нанесенный вред имиджу государственного учреждения в размере 10 миллионов тенге. (Для сравнения: сумма, выплаченная за моральный вред семьям детей, пострадавшим от некачественной противотуберкулезной сыворотки, составила по приговору суда порядка 70 тысяч тенге).

Кстати, о детях. Если на одном из прошлых заседаний адвокат КНБ г-н Гинзбург ходатайствовал перед судом, чтобы сумма морального ущерба была перечислена в детский дом г. Астаны, то на последнем судебном заседании КНБ уже запросил эту сумму перечислить на счет самой организации.

В свою очередь адвокат собственника оппозиционной газеты “Соз” — “Актас ЖСШ” — г-н Уткин выдвинул встречное исковое заявление в отношении адвоката КНБ Гинзбурга в том, что он неоднократно распространял сведения, не соответствующие, по мнению собственника издания, действительности.

— В частности, речь идет о том, что мы пытаемся оказать воздействие на истца и на суд путем различного вида пиар-кампаний, и что организация различных пиар-кампаний явно свидетельствует о нашем стабильном материальном и коммерческом положении ответчика, — комментирует в своем выступлении г-н Уткин. — Другими словами, КНБ РК распространяет сведения о том, что наша организация оплачивает присутствие СМИ на судебных заседаниях, а также подготовку, распространение в эфире и в печати репортажей, материалов, телепередач, новостных сюжетов о ходе судебного процесса с явным акцентом на правоту нашей организации, а не на правоту позиции КНБ РК. Именно в этом состоит суть организации пиар-кампании. Распространенные сведения Комитета национальной безопасности не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию ТОО “Актас-ЖШС”. То есть КНБ обвинил нас в скрытой рекламе, которая оказывает влияние на потребителя, чтобы тот покупал газету “Соз”. Учитывая это, на основании статьи 143 Гражданского кодекса РК, требую признать недействительными эти сведения и обязать КНБ опровергнуть эту информацию и возместить нам моральный вред в размере… ста тенге! В отличие от КНБ, мы не такие уж кровожадные!

Такое заявление возмутило адвоката комитетчиков г-на Гинзбурга. Он попросил судью рассмотреть этот иск только в отношении него самого, а не комитета в целом. И в случае проигрыша обязался возместить лично этот стотенговый ущерб.

Еще одним сюрпризом во всей этой судебной истории явилось второе встречное исковое заявление г-на Уткина о признании государственной регистрации юридического лица КНБ РК недействительной. По его утверждению, во время регистрации комитета было допущено грубейшее нарушение действующего законодательства, в частности ст. 6 Закона “О государственной регистрации юридического лица”. В органы юстиции, по словам г-на Уткина, не были представлены учредительные документы этого учреждения. В связи с этим адвокат “Актас ЖШС” попросил судью признать госрегистрацию КНБ… недействительной. Но суд отклонил исковое заявление, ссылаясь на специальный указ президента о создании Комитета национальной безопасности.

Прения адвокатов с каждой минутой все больше превращались во взаимные оскорбления и в экзаменационные тесты по знанию Закона “О национальной безопасности” страны. Судье то и дело приходилось одергивать каждого из них, как школьников.

В конце концов, после взаимных упреков адвокатам ничего не оставалось делать, как приступить к опросу свидетелей ночного инцидента — тех самых двоих полицейских, которые были “пойманы” лидерами партии “Ак жол” в момент “слежки” за посетителями ресторана.

По словам свидетелей, в тот день они вовсе не подозревали, что в ресторане находятся лидеры партии “Ак жол”.

— Мы вели наблюдение за членами криминальной преступной группировки, которые по поступившей к нам оперативной информации, должны были находиться в одном из ресторанов на проспекте Достык, — рассказывает один из оперуполномоченных по борьбе с организованной преступностью ГУВД г. Алматы. — Вначале мы вели наблюдение за присутствовавшими в ресторане “Лайтс”, но там они так и не появились. После мы решили понаблюдать за соседним рестораном “Патио-пицца”. В это время трое неизвестных подбежали к нашей машине и стали дергать за ручки дверей автомобиля, а после потребовали у нас документы, но мы не стали показывать им удостоверения.

— Интересно, для чего тогда вам выданы удостоверения: для жены или для тещи, что ли? — поинтересовался судья.

— Возможности у нас такой не было. “Акжоловцы” блокировали все наши действия: держали за руки, не давая позвонить по телефону. После приехала патрульная машина вместе с начальником нашего управления. Тогда мы и показали им свои удостоверения.

По словам свидетелей, никакую видеосъемку лидеров партии “Ак жол” они не проводили. Да и вообще, как оказалось, эта видеокамера является личной собственностью одного из полицейских и по чистой случайности оказалась в машине.

Всю вину за произошедший ночной инцидент полицейские-свидетели возложили на “акжоловцев”, обвиняя их в срыве операции по задержке членов организованной преступной группировки, которая на суде оказалась вовсе не группировкой Рыжего Алмаза, а не менее опасной бандой, принадлежащей некоему Адамбаеву.

На этом вопросы адвокатов и судьи к полицейским закончились. За кадром осталось лишь одно “но”: во время ночного инцидента наряду с “пойманными” полицейскими фигурировал еще один человек, также проводивший свое наружное наблюдение. Но во время шумихи он неожиданно куда-то исчез. Является ли он сотрудником Комитета национальной безопасности либо просто случайным “сам себе режиссером-видеолюбителем”, так и осталось неизвестным.

Через неделю судебное заседание продолжится.