— Почему, по-вашему, в Новом Орлеане власти США допустили гибель людей, мародерство? Почему не были приняты меры по эвакуации жителей этого города, хотя о приближающемся урагане “Катрин” знали заранее?
— Прежде всего, надо сказать, что какие-то неожиданные и очень серьезные испытания, которые обрушиваются на человека, они всегда показывают его истинное лицо, и мы привыкли, что обычно люди проявляют героизм именно в таких ситуациях, человек проявляется всегда в экстремальной ситуации. Не то, что он изображает, а то что на самом деле представляет. И во всех великих трагедиях люди проявляют не только образцы величайшего мужества, достоинства и чести, но и подлости, трусости, эгоизма. И в той же самой мере это относится к экономической и политической системе, как и к человеку. Вообще странно было бы ждать, чтобы самая устойчивая, самая образцовая общественная система, вдруг начала показывать образцы организованности и чудеса выдержки именно в таких катастрофических ситуациях. Это общие соображения.
Что касается Нового Орлеана и Америки. Я много лет назад еще молодым депутатом приехал в Америку, и у меня было очень много ярких и свежих впечатлений. И одно из них было такое: это, конечно, великая страна, но она вся построена на противоречиях, и эти противоречия сглаживаются, просто вот таким ее могуществом, и таким преимущественным положением во всем мире. Уже тогда, много лет назад, я вернулся домой и сказал, что не дай Бог Америке попасть в действительно серьезные испытания, она их, не хочу произносить этого, но может не выдержать. Там, не дай Бог, начнется что-то серьезное, она вся будет сыпаться на кусочки. Я далеко не предсказатель и не хочу ей такой судьбы, наверняка любая общественная система, а американцы-то уж и тем более, всегда имеют запас прочности, но тем не менее Новый Орлеан кое-что показал — что не все так благополучно.
В завершении этой мысли, хочу сказать вот что: в Америке вообще, а тем более в таких городах, как Новый Орлеан, ближе к югу, очень много всего “намешано”. То есть в каком-то смысле — это некое подобие Казахстана, там все “намешано”: и этносы, и языки, и религии, и привычки. Так вот эта огромная масса противоречий, она до сих пор в Америке сглаживается очень хорошим экономическим положением, которое обеспечивается не только работоспособностью американского народа или его частью, но и тем, что туда стягиваются ресурсы со всего мира, и очень часто отнюдь не от заслуг собственной экономики Америки, а из-за того, что у нас кое-где очень сильно воруют. И ресурсы идут туда, и за счет этих ресурсов многое сглаживается, то, что надо бы решать, оно там не решается, а просто сглаживается. И все это нерешенное вылезает в периоды таких катастроф.
— А что вы можете сказать по поводу Казахстана? Возьмем, к примеру, Алматы, город в сейсмоопасной зоне, не дай Бог, что-то случится…
— Здесь все гораздо проще и понятней. Казахстанские власти при всем том, что они сейчас, особенно во время выборов, ну просто “сладчайше” рассказывают сказки про наше замечательное экономическое положение, активно пиарят мощнейший строительный бум и в Астане, и в Алматы, тем не менее надежно и прочно доказали населению, что на них надеяться ни в коем случае нельзя, что верить их гарантиям нельзя и что все определяет доллар, а вовсе не забота о населении и о безопасности граждан. И в этом смысле, алматинцы находятся под таким перманентным ожиданием катастрофического землетрясения. Это все отдано на самообеспечение самих алматинцев. Если власти что-то и делают в части подготовки к землетрясению, то только дополнительно портят настроение горожанам. Вот, например, пришел Тасмагамбетов, и весь “храпуновский” “Элитстрой” буквально несколькими словами подверг сомнению, он назвал целые районы домов, которые стоят на сейсмических разломах. Можно, наверное, представить, какое самочувствие теперь должна иметь жена мужа, который “вколотил” в эту квартиру 300-400 тысяч, а может и полмиллиона баксов, и вот теперь она живет там с детьми и знает, что дом построен неизвестно с каким цементом, хоть и при всех евроремонтах, простоит ли он благодаря комерциализации нашей власти на сейсмическом разломе…
Алматинцы, в этом смысле, вынуждены относиться к угрозе землетрясения, как к чему-то фатально неизбежному, и в этом смысле невозможному. Вот есть такой интересный “сплав”, и я по себе это чувствую. Я — коренной алматинец, у меня здесь дети и внуки, я понимаю, что если, не дай Бог, произойдет серьезное землетрясение, то оно без последствий не останется, и с другой стороны, я отгоняю от себя полностью эту мысль, потому что у меня никакой надежды нет ни на городские власти, ни на что другое. Я совершенно точно знаю, что они сами будут в еще большей панике, чем население, и что они-то сами себя здесь обезопасили, то есть все большие начальники, которые отвечают за безопасность населения, они обеспечили личную безопасность, и они совершенно ненадежные для меня. Я про них даже и не думаю. И, соответственно, я успокаиваю себя только тем, что ничего не случится.
***
Материал подготовлен на основе телефонного опроса