Продолжение статьи “Настало время возвращать”, опубликованной здесь и здесь. Это окончание, первая часть здесь
***
Как же обстоят дела с инвестиционными обязательствами самого “Hurricane”? “Hurricane” должен был вложить 280 миллионов долларов США с 1997 по 2002 годы (6 лет). “PetroKazakhstan” (бывший “Hurricane”) утверждает, что выполнил инвестиционные обязательства. Сомнений у меня почти нет, так как после 2002 года, уже не имея никаких инвестиционных обязательств, компания сама (я бы даже сказал, добровольно) вложила более 300 миллионов за два года. Говорю “почти”, так как есть один вопрос, возникающий из-за незнания условий контракта с правительством. Своим акционерам “PetroKazakhstan” действительно рапортует о выполнении всех инвестиционных обязательств. Вот только что подразумевается под инвестициями?
Если речь идет о чем-либо, не относящимся к производству (например, строительство дорог общего пользования или строительство школ), все ясно: инвестору ставят условие вложить средства не в свой бизнес, на развитие общественной инфраструктуры. Но таких обязательств у компании не было – обязательства относятся к основной деятельности “PetroKazakhstan”. В таком случае может возникнуть вопрос: если инвесторы пришли “делать деньги”, а для этого им необходимо инвестировать в производство, зачем это прописывать в соглашениях с государством? Ведь вложение средств с целью расширения производства в их же интересах. Есть, по-моему, следующая причина подобных обязательств в мировой практике: инвесторов обязывают вносить капитал, а не выкачивать богатства. Хотя бы на определенный период времени. То есть, речь идет о “нетто-инвестициях” — принимающая сторона получает гарантию того, что инвестор сначала вложит средства, а уж потом будет получать дивиденды, проценты и т.п.
Не имея возможности определить, выполнил ли инвестиционные обязательства ШНОС или “Hurricane”, мы можем очень грубо оценить выполнение ими вместе взятых обязательств, пользуясь информацией самого “PetroKazakhstan”: за 1997-2002 г.г. компания должна была вложить 430 миллионов долларов (“Hurricane” — 280, ШНОС — 150). Инвестиции компании (capital cash outflow) за 1997-2002 г.г. составили 465 миллионов долларов – на первый взгляд компания действительно выполнила свои обязательства. Однако чистый доход компании за этот же период составил около 300 миллионов долларов. Соответственно, из 465 миллионов долларов только 165 миллионов (465-300) были вложены компанией из своих средств. Остальная сумма обязательств (265 миллионов) — за счет чистой прибыли, то есть реинвестирована. Итак, нетто-инвестиций было не более 165 миллионов. Есть ли в контракте правительства с “PetroKazakhstan” определение нетто-инвестиций? Без этого инвестиционные обязательства теряют смысл – инвестора не нужно заставлять инвестировать (даже на словах каламбур получается). Однако это же требование приобретает очень четкий экономический смысл, если речь идет о нетто-инвестициях (не знаю, есть ли четкое определение такому понятию, но приблизительно – “превышении суммы инвестиций над чистым доходом”). В таком случае обеспечивается реальный приток дополнительных средств, а не реинвестиций. Если именно так понимать термин “инвестиции”, инвестиционные обязательства компания не выполнила (хотя данный расчет довольно груб). Если же их понимают иначе (например, просто вложения без учета реинвестиций), компания полностью выполнила свои инвестиционные обязательства. В таком случае необходимо хотя бы в будущем предусматривать точность определений, используемых в контрактах. Но, не дожидаясь будущих контрактов, необходимо проверить выше приведенные соображения. Это бы помогло хотя бы оттянуть время до совершения сделки купли-продажи “PetroKazakhstan”.
Время идет, остался месяц. Более-менее понятно молчание правительства – эта сделка неподконтрольных для них компаний. Чтобы вмешиваться, нужно четко осознавать государственные интересы, у правительства такого понимания нет. Но почему молчит оппозиция? Ведь подними они вопрос о защите национальных интересов от китайцев, повышение их рейтинга обеспечено. Я не могу объяснить никак их упорное молчание. Неужели факт владения части пакета акций структурами, связанными с “Казкоммерцбанк”, их останавливает? У своих рыльце в пушку? Любят они важно позировать и кичиться заботой о народе. Докажите же на деле, что все эти слова – не пустой звук!
Почему молчат Туякбай, Жакиянов, Абилов, Жандосов, Байменов? Даже коммунист Абдильдин молчит. Если они начнут возмущаться только после совершения сделки, ответ ясен – их интересует только власть сама по себе (хотя я в этом не сомневаюсь). Только количество избирательных бюллетеней, проголосовавших “за”. Наплевать им на государственные интересы, безопасность.
Где оппозиционный аналитик умница П.Своик, которому всегда есть, что сказать по любому вопросу государственной важности?
Если не хотите поднимать шумихи по этому вопросу, подскажу вам еще один, седьмой, аргумент, достаточно реальный вариант мирного решения вопроса. Не обязательно проводить митинги у посольств и консульств Китая, Канады, офисов CNPC и “PetroKazakhstan” (хотя это наиболее логичный способ выражения своего недовольства). Судя по сообщениям в Интернете, чтобы заключить сделку, требуется 67% голосов акционеров. Не знаю, как на сегодняшний день, но у казахстанской фирмы CAIH было когда-то 30% акций “PetroKazakhstan”. Думаю, такой же процент за казахами сохранился. Вам это выяснить должно быть не сложно. Заставьте же их за кулисами этой сделки проголосовать против! Не хватит только 4% до отмены сделки. Так пусть уговорят еще кого-нибудь из акционеров, заплатив больше, чем предлагают китайцы. Это наиболее быстрый, мирный и эффективный способ!
Если же 18 октября более 67% процентов акционеров “PetroKazakhstan” проголосуют “за”, знайте, читатели, и помните, что есть конкретные лица казахской национальности, которые были участниками сделки и виновны в продаже казахских интересов!
Почему молчат журналисты, гордо называющие себя независимыми? Нет заказа на подобные статьи?
Почему молчат поэты и писатели, переквалифицировавшиеся в дипломатов, парламентариев, культурологов и кого еще там, по совместительству? Где вы, Мурат Ауэзов, Олжас Сулейменов, Мухтар Шаханов? Можете только восторженно обсуждать древность, спорить до хрипоты о значении Чингизхана, рассуждая по-детски только в черно-белых определениях: “плохой – хороший”?
Не вам ли, Мурат Ауэзов, сын Мухтара, принадлежат следующие слова (извините за длинную цитату):
“О тех же гуннах известны слова китайского сановника: \»они ценят богатства и с пренебрежением относятся к земле\». При этом он с сарказмом разъяснял, что под \»богатствами\» варвары имеют в виду золото, яшму, полотна и шёлк.
Не легко было бы нашей национальной гордости примириться с таким свидетельством своеобразных ценностных предпочтений предков, если бы не извлечённый и пересказанный Л.Н.Гумилевым другой случай из истории гуннов, способный служить подлинным образцом для подражания и заветом на все времена: \»…в 3 в. до н э… узнав о междоусобице в племени Хунну, соседнее племя Дунху решило воспользоваться моментом и потребовало замечательного коня — сокровище Хуннов и любимую жену шаньюя Модэ. Старейшины в негодовании хотели отказать, но Модэ сказал: \»К чему, живя в соседстве с людьми, жалеть для них одну лошадь и одну женщину?\» и отдал то и другое. Тогда Дунху потребовали полосу пустыни, неудобную для скотоводства и необитаемую. Старейшины Хунну сочли, что из-за столь неудобной земли незачем затевать спор: \»Можно отдавать\». Но Модэ заявил: \»Земля есть основание государства, как можно отдавать ее!\» — и всем, советовавшим отдать, отрубил головы\».
Посмотрим, как на этом фоне выглядят действия МИД РК в решении пограничных вопросов с Китаем. По поводу \»спорных\» участков было заявлено об их ничтожном хозяйственном значении. И это вопреки известным документам, подтверждающим наличие на участке Сарышильде запасов золота и свинца. Парламент (ох, уж эти гуннские старейшины!) единодушно ратифицировал Соглашение по границе. Тем временем Цзян Цзэминь, воодушевленный несомненным успехом в пограничных вопросах, дал указание руководству СУАР ускорить работы по использованию трансграничных рек в интересах Китая. По каналам народной дипломатии в Казахстан поступили тексты этой его установки и документов, подготовленных в СУАР на её основе. В них нет ни слова о водноресурсных проблемах Казахстана в ареале трансграничных рек. Устанавливается жёсткий график поворота Чёрного Иртыша и подведения его вод к г. Карамаю к 1 октября текущего года с обязательным решением возникающих технических проблем \»в 24 часа\». Аналогичные документы подготовлены по рекам Или и Текес. Дано указание провести идентичные работы по остальным тридцати трем рекам, связывающим Синьцзян с центральноазиатскими государствами. Во всех документах говорится о \»благоприятном времени\», в котором инициатива принадлежит китайской стороне, и срочной необходимости решить в свою пользу все вопросы трансграничных рек до подписания Китаем соответствующих международных соглашений.
Китай решает свои проблемы хладнокровно, жёстко, менее всего утруждая себя подтверждением добрососедских чувств к Казахстану. Допустимо ли было в отношениях с таким соседом полагать, что сдачей спорных участков мы закрываем пограничные вопросы? По существу, они только начинаются. Отворот, планируемый китайской стороной, значительной части пограничных рек, грозящий тяжёлыми экологическими и экономическими последствиями обширным территориям Семиречья, Восточного и Центрального Казахстана, и есть одна из первых серьезных форм китайской экспансии.
В согласии с элементарной логикой, проблему \»спорных\» участков следовало решать в комплексе с проблемой трансграничных рек. Этого не произошло, и Казахстан лишился сильных аргументов в отстаивании своих пограничных интересов. Разумеется, с самого начала к переговорному процессу следовало привлечь Россию, Кыргызстан и Таджикистан, другими словами, участников Шанхайского соглашения 1996 г. Не только потому, что Россия естественно заинтересована в судьбе Иртыша, а реки Кыргызстана и Таджикистана, текущие в Китай, традиционно являлись фактором, сдерживающим гидротехнические планы Китая в период до образования суверенных государств ЦА. Главное — для того, чтобы сделать, наконец, выводы из факта бесспорной выигрышности Шанхайского соглашения лишь для китайской стороны”.
Президент, члены правительства, наслаждающиеся властью, забыв об обязанностях, оппозиционеры, ею обделенные, интеллигенты, надменно провозглашающие себя “совестью нации”!
Знаете ли вы, что покупка “PetroKazakhstan” — крупнейшая зарубежная китайская покупка? В этом можно легко удостовериться, просмотрев англоязычные интернет-новости. Страна, для которой жизненно важно не допустить прихода Китая на нашу землю, которая должна всеми возможными средствами первой сопротивляться китайской экспансии, лидирует в обратном! До этого крупнейшей китайским приобретением был недавний выкуп структуры IBM Corp за 1.25 долларов США. Экспансия Китая, которую так долго предсказывали, началась! И началась прежде всего с нас! Кроме “Актобемунайгаз”, говорят, что Китай уже владеет контрольным или существенным пакетов акций следующих предприятий: “Норс-Бузачи”, “KuatAtlonMunai”, “МунайТас”, “Aйдан Мунай”, “Казахско-китайский нефтепровод”. В перспективе – выкуп еще нескольких компаний (см. предыдущую статью). Также говорят, что поддержка Китая за сомнительную честь вступления в ВТО тоже не бесплатна…
Нефть кончится через 25-30 лет. На большее ее не хватит. Но территория нашей страны будет интересовать Китай всегда. И не только наша территория, и не только Китай. Теоретики геополитики еще с XIX века назвали территорию от Восточной Европы до Китая осью, сердцевиной Земли. Контролирующий эту территорию будет контролировать всю Евразию. Мы являемся одним из ключевых звеньев на этой оси. Помните это. Вспомните также казахскую народную мудрость: “каракытай келсе, орысынды акендей коресiн” (если придут китайцы, русский покажется родным отцом).
Чтобы быть значимым, заставить с собой считаться, мы должны отстаивать свои интересы во всем. Нельзя быть равнодушным. Особенно когда это касается наших взаимоотношений с Китаем. “Самое страшное в мире – это равнодушные. Это с их молчаливого согласия совершается все зло на свете”, — так или примерно так говорил Бауржан Момышулы, по праву считающийся нашим героем.
Сейчас предотвратить сделку еще можно. Потом время может быть упущено…