Казалось бы, “бодрое” и весьма интенсивное начало сотрудничества “Поднебесной” со странами Центральной Азии в настоящее время начинает явно “пробуксовывать”. Более того, в некоторых двусторонних отношениях наблюдается явный спад.
Необходимо отметить, что на фоне попыток Пекина, как говорится, “любой ценой” добиваться достижения своих целей, страны региона начинают все более настороженно относиться к планам долгосрочного сотрудничества с Китаем. Всего за каких-то пять-семь лет китайской стороне “удалось” нарастить уйму проблемных вопросов в отношениях со странами Центральной Азии. Глядя на это, центральноазиатские республики стали все более скептически относиться не только к обещаниям китайской стороны, но и вообще к перспективам сотрудничества с КНР.
Похоже, в последнее время казахстанские парламентарии начали обращать больше внимания на сомнительные действия Китая в отношении Казахстана. Проникновение в страну китайского бизнеса началось в 90-х годах прошлого века в форме торговли дешевым текстилем кустарного производства, игрушками и мелкими партиями бытовой техники низкого качества. В первой декаде нынешнего столетия эта “коммерция” приобрела масштабы настоящей экономической экспансии, которую народные избранники вначале старались не замечать. Однако связанное с этим беспокойство рядовых казахстанских граждан стало достигать критической массы, что заставило депутатов Мажилиса, нижней палаты парламента, выразить озабоченность расширяющимися масштабами присутствия китайских энергетических гигантов в нефтедобывающей отрасли национальной экономики.
Аппетиты небезызвестной CITIC Group хорошо знают во всем мире, особенно в тех частях, где “пахнет углеводородами”. CITIC озвучила свое намерение выкупить нефтедобывающие предприятия у канадской Nations Energy почти за 2 млрд. долларов США. Если китайской стороне удастся договориться об этом с нашим правительством, мы станем свидетелями передачи в руки наших восточных соседей Каражанбасского месторождения. В прошлом году другой конгломерат из Поднебесной — CNOOC Ltd. выложил более 4 млрд. долларов за покупку PetroKazakhstan у тех же канадцев. Таким образом, граждане Казахстана становятся невольными свидетелями “китаизации” основной отрасли отечественной экономики.
Наблюдая за ползучей мирной китайской экспансией на бескрайних просторах Казахстана, логически можно прийти к выводу о том, что наше общество за последние несколько лет уже успело привыкнуть к этой объективной реальности. А перспектива возможного поглощения Мангыстаумунайгаз, после чего в руки Китая отойдет контроль над 40% от общей добычи нефти в стране, судя по “радушному” отношению к этому отцов казахской экономики, не вызывает в правительстве особой тревоги. На общественную же реакцию отечественные политические и деловые круги обращают не больше внимания, чем на зуд после комариного укуса.
Контроль над львиной долей наших углеводородных резервов также позволяет китайцам играть “первую роль” в решении вопросов водных ресурсов. Проблема использования трансграничных рек Иртыша и Илима для развития быстро растущей экономической инфраструктуры приграничного с Казахстаном Синьцзяна в обозримом будущем превратится в экологическую катастрофу. Систематический забор воды в верховьях рек осушит озеро Балхаш, что станет для Центральной Азии, по сути, “вторым Аралом”. Односторонний взгляд китайцев, думающих только о своей выгоде, не предусматривает экосистемного подхода к решению возникающих проблем. Отводной канал от русла Иртыша, который китайцы собираются проложить и ввести в эксплуатацию, лишит Казахстан необходимых объемов воды. Но Пекин, кажется, и не собирается вести диалога по этому вопросу и искать компромисса с казахской стороной.
Протяженная казахско-китайская граница давно стала “проходным двором” для многих тысяч китайских иммигрантов. Приграничные города и аулы, на протяжении последних 15 лет, принимают огромные партии китайских челноков и торговцев. Все это происходит на фоне откровенного бессилия наших иммиграционной и пограничной служб. До 70% нелегальных иммигрантов китайского происхождения беспрепятственно торгуют на рынках Казахстана ширпотребом, и количество “Чайна-таунов” с каждым годом увеличивается.
Приграничная Талдыкорганская область ежегодно отмечает рост китайской диаспоры на своей территории. “Желтая” экспансия превращается в демографическую проблему. Статистика не в состоянии зафиксировать количество смешанных браков между казахскими женщинами и ханьцами. Ведь давно известная всему миру, расхожая, но о многом говорящая фраза о том, что ребенок, рожденный в браке с китайцем, обязательно будет китайцем, в полной мере находит свое отражение в демографии приграничных с Китаем территорий. А если к этому добавить неуемное стремление китайцев вслед за собой перетащить в соседнюю страну родственников, друзей и компаньонов, то не сложно предположить, какие “камни” нашему обществу придется собирать в ближайшие десятилетия.
Схожие проблемы испытывают наши соседи в Центральной Азии. Главными проблемными вопросами являются:
— во-первых, “повисшие” в воздухе обещания КНР выделить странам региона кредиты на сумму 900 млн. долларов;
— во-вторых, “засилье” китайского ширпотреба, оказывающее крайне негативное влияние на развитие производств в государствах Центральной Азии;
— в-третьих, “ползучая” территориальная и демографическая экспансия ханьцев на территорию наших соседей;
— в-четвертых, участие китайцев исключительно в развитии сырьевых проектов в регионе.
Возьмем Таджикистан. От интенсивного проникновения “посланцев дружественного Китая” его не спасают даже высокие пики Памира, “крыши мира”. Административный центр Горно-Бадахшанской Автономной Области — город Хорог на летний период превращается в этакую “сорочинскую ярмарку”, которую открывают оборотистые китайские негоцианты, поставляющие кустарный текстиль и ширпотреб. Фактически, сейчас в Таджикистане идет постепенное освоение, а точнее будет сказать — оккупация памирских просторов. Прорубив в недалеком прошлом “окно на Памире”, китайские бизнесмены вполне комфортно осваиваются на новых территориях. К тому же, Душанбе в 1999 году уступил Пекину более 1000 квадратных километров своей и без того малой и, в основном, не плодородной территории. Как же в этой связи не вспомнить с иронией заявления Китая относительно “мер доверия” и “миролюбивой политики”, которые не раз озвучивались китайскими коммунистами с высокой трибуны ШОС? Обещанные Душанбе китайские кредиты в размере 300 млн. долларов, в основном, остаются обещанием, а пока идет только выкачка валюты из Таджикистана.
Такая же ситуация складывается и в отношениях между Пекином и Ташкентом. Узбекистану, казалось бы, не имеющему общей с Китаем границы, определенным образом повезло. Но Пекин нашел другой способ вести “взаимовыгодное сотрудничество” с нашими южным соседом. Поднебесная, пообещав Узбекистану почти 200 млн. долларов в форме кредитов, не спешит оправдывать данные в прошлом году обещания. Направляемые в Узбекистан средства сосредотачиваются лишь на разработке сырьевых ресурсов этого государства. Естественно, возникает вопрос: товарищи китайские коммунисты, обвиняя Запад в неоколониализме, как вы объясните собственные действия по отношению к соседям из Центральной Азии, которые к тому же являются партнерами КНР в ШОС?
Наш другой южный сосед, маленькая, но гордая Киргизия, с момента обретения независимости, почти низведена Китаем до уровня “сырьевого придатка”. Из этой страны, не обладающей значительными ресурсами, китайские бизнесмены давно уже вывезли, почти за бесценок, все, что только можно было вывезти. Китайские торговцы полностью подмяли под себя Карасуйский базар на юге страны и Дордойский, вблизи Бишкека, превратив их в форпосты экспорта некачественного китайского ширпотреба не только в Киргизию, но и сопредельный Таджикистан, а также через Ферганскую долину в Узбекистан.
Этот фактор тяжелыми гирями ложится на экономику стран региона и препятствует развитию их собственных производств. А уступки акаевского правительства Китаю в вопросах приграничных территорий позволили тому прибрать к рукам в 1998 году прилежащие к хребту Узенге-Кууш горные массивы, хотя киргизам удалось отстоять сам пик.
Наблюдая за тем, как поступательно проникают китайские щупальца вглубь центральноазиатского пространства, невольно задумываешься о смысле истинных замыслов “дружественного Китая”. Казахстан и его соседи по региону могут столкнуться с ситуацией, когда в руках восточного соседа окажутся огромные активы основных отраслей национальных экономик, и частный бизнес окажется под контролем китайских диаспор. Подобные примеры мы видим в Юго-Восточной Азии, где китайские магнаты подмяли под себя более 60-70% частных секторов Индонезии, Таиланда, Малайзии и Филиппин.