В развитых странах занятие политикой – это деятельность профессиональная. В условиях демократических порядков человек, который посвятил ей свою жизнь, считай, всю жизнь участвует в выборах. Иными словами, предвыборные кампании и выборные процессы становятся для него проверками или, если угодно, экзаменами на профессиональную пригодность. Поэтому на Западе никто не удивляется тому, что некоторые успешные политики едва ли не всю свою сознательную жизнь проводят в парламентах, вновь и вновь переизбираясь туда.
У нас же, в Казахстане, наилучшим образом проявившие в качестве народных избранников лица зачастую получают приглашение занять должность в системе исполнительной власти. И потом такие политики уже больше не возвращаются в лоно власти законодательной. Быть может, поэтому трудно сейчас навскидку назвать хотя бы одного отечественного парламентария, который бы беспрерывно обладал бы мандатом народного избранника со времен обретения Казахстаном государственной независимости до момента недавнего роспуска нижней палаты парламента РК. Затруднительно сказать даже то, был ли такой члена Мажилиса, который бы участвовал в его работе в течение трех последних созывов. Может, такой человек и есть, но имя его нам все равно не известно. То есть получается, что у нас образ профессионального парламентария еще не ассоциируется с конкретными лицами и их примерами.
Впрочем, удивляться этому, наверное, не надо. Потому как у нас еще не такая уже длительная история парламентаризма. По историческим меркам, все только начинается. И надо, видимо, надеяться на то, что рано или поздно у нас тоже сложится когорта профессиональных парламентариев с длительным опытом работы.
А в странах с достаточно долго существующей традицией парламентаризма вам могут назвать много примеров того, когда законодательство становится делом всей жизни человека. Вот всего лишь один случай.
Некоторое время тому назад, когда мы находились по журналистским делам в Вашингтоне, нам неоднократно приходилось слышать от своих местных собеседников о сенаторе, который занимал эту выборную должность до тех пор, пока ему не исполнилось 100 лет.
А позже, приехав в Южную Каролину, узнали новые подробности биографии Строма Термонда, этой примечательнейшей в политической истории США личности. Оказывается, он долгие годы представлял в сенате именно этот штат. В редакции местной газеты “Стейт” Ли Бэнди, сотрудник с 36-летним стажем работы в этом изданий, считающийся “старейшиной политических репортеров Южной Каролины”, рассказывая о С.Термонде, то ли в шутку, то ли всерьез заметил, что он и его коллеги последние 20 лет находились в режиме ожидания того, что сенатор вот-вот уйдет из жизни, оставив им задачу засесть за подведение итогов его жизненного пути. И когда это, в конце концов, случилось, поверить было, мол, уже трудно…
По словам этого журналиста, который также долгие годы провел в столице США в качестве шефа вашингтонского бюро своей газеты, С.Термонд был педантичным человеком. Поскольку он представлял в сенате Южную Каролину, ему было небезразлично то, как освещает его деятельность “Стейт”, главная газета его штата. И С.Термонд в течение нескольких лет периодически направлял Л.Бэнди материалы о своих делах. Причем его офис их отдельно регистрировал.
Таким образом, сенатор добивался от журналиста-земляка того, чтобы тот использовал и его данные в своих публикациях. Но Л.Бэнди, как он сам утверждает, отправлял всю эту сенаторскую корреспонденцию прямиком в корзину. Кончилась эта история тем, что С.Термонд однажды пожаловался шефу “Стейта” на журналиста, который за столько времени не удосужился использовать ни один из полученных им от сенатора материалов. После этого он прекратил свои попытки повлиять на Л.Бэнди…
Стром Термонд, родившийся 5 декабря 1902 года в графстве Эджфилд (штата Южная Каролина) и ушедший из жизни более века спустя, 26 июня 2003 года, там же, менее чем полгода не дожил до своей 101-годовщины. А впервые был избран сенатором свыше полувека тому назад, в 1954 году.
И потом переизбирался на эту должность еще целых семь раз: 1960, 1966, 1972, 1978, 1984, 1990 и 1996 г.г. Но такое завидно долгое пребывание в сенате явно не означало, что для его политических амбиций пост сенатора был пределом. Это был весьма честолюбивый политик, умеющий добиваться своих целей. Замахивался он и на пост президента США. Правда, еще задолго до того, как впервые был избран сенатором. В 1948-м. То есть он как бы спускал свой выбор с самых высоких ставок на меньшие до тех пор, пока у него не пошла игра.
В президентскую гонку он вступил в качестве кандидата правого крыла демократической партии. Получил голоса 39 выборщиков. Одержал верх в Алабаме, Луизиане, Миссисипи и, естественно, у себя дома, Южной Каролине. Спустя пару лет, в 1950-м он, поумерив свои политические амбиции, вступил в борьбу уже за пост сенатора от своего штата. Но и тут ему не повезло.
Тут примечательно то, что при выдвижении своей кандидатуры как в президенты, так и в сенаторы, а именно в 1947-1951 г.г. Стром Термонд являлся действующим губернатором Южной Каролины. То есть, по принятым нынче у нас в Казахстане понятиям, обладал наибольшими у себя в штате административными ресурсами. А в 1950-м, когда пытался стать сенатором, он к тому же являлся президентом конференции губернаторов южных штатов. Тем не менее, в обоих случаях успеха не добился. Пришла же удача к нему лишь тогда, когда он уже не был губернатором. То есть она повернулась к нему лицом после того, как у него уже не было, так сказать, прежних административных ресурсов.
Причем после этого удача его в том, что касается выборов в сенат, можно сказать, не покидала. За ним там числятся такие из ряда вон выходящие достижения. В 1957 году снискал славу обструкциониста, державшего наиболее долгую речь в верхней палате Конгресса США. Он поставил этот свой рекорд, споря против законодательства по гражданским правам 24 часа 18 минут. В 1997 году Стром Термонд побил уже сразу 2 рекорда сената США. Он сделался самым старым (94 года) и дольше всех служащим (43 года) сенатором.
А за год до этого, в 1996-м на очередных выборах в сенат кандидат от демократов Эллиот Клоуз, пытаясь одержать над ним верх, напирал на обстоятельство, что его соперник (С.Термонд еще в 1964 году перешел из демократической партии в республиканскую) уже слишком стар. Но избиратели не вняли такому аргументу и в очередной раз избрали престарелого республиканца сенатором. Оставил же он этот пост лишь тогда, когда ему пошел сотый год. В 2002 году. Заместил его товарищ по партии — республиканец Линдсей Грэм.
Показателем того, сколь долго С.Термонд просидел сенатором, является тот факт, что этого самого Л.Грэма еще и на свете не было, когда он уже появился в сенате. У него была отмечена удивительными фактами не только политическая биография, но и личная жизнь. Вторично женившись на 67-м году жизни, он сделался после этого отцом четверых детей: двух сынов и двух дочерей. Последний ребенок, младший его сын родился в 1976 году, когда С.Термонду уже исполнилось 73 года.
Некоторые примеры из жизненного пути этого человека в качестве профессионального политика для нас, по всей видимости, могут быть не совсем понятны. Например, как человек столь долго может заниматься активнейшим образом политической деятельностью? Был у нас один депутат в ходе работы Мажилиса второго созыва, который пришелся на 1999-2004 г.г. Он сам — 1932 года рождения. Когда его избрали в Мажилис, ему было 69 лет. Накануне парламентских выборов, состоявшихся осенью 2004 года, журналисты задали ему вопрос: не станет ли он выдвигать свою кандидатуру еще раз? Ответ был таков: “Я вполне мог бы. Тем более что поддержка со стороны избирателей хорошая. Но в моем возрасте уже будет неприлично баллотироваться”. Этому экс-мажилисмену тогда было всего 72 года.
А С.Термонд в таком возрасте отрабатывал всего лишь третий свой сенаторский срок. В 1978 году в 76-летнем возрасте он в очередной раз баллотировался на пост сенатора. И после этого он еще 4 срока находился в Сенате США. Каждый срок – это целых 6 лет.
В Казахстане же попытка сохранить свою позицию даже в системе законодательной власти в 72-летнем возрасте считается неприличным поступком. Потому что в условиях происходящего у нас тотального омоложения кадров государственного управления не то что семидесятилетний, но и даже пятидесятилетний человек уже сплошь и рядом не воспринимается как перспективный политический деятель.