Каков коэффициент полезного действия нынешнего состава парламента? Пожалуй, на этот вопрос не дадут ответа даже сами депутаты. Однако, по мнению аккредитованных в парламенте журналистов, мягко говоря, он не дотягивает до уровня ожидавшихся прогнозов. Судите сами.
В повестке дня пленарного заседания мажилиса от 26 декабря 2007 года значилось 18 вопросов. По 14 из них обсуждались сроки подготовки заключения по законопроектам. На пленарке от 12 декабря из 15 вопросов 11 были посвящены тем же срокам. Причем сроки эти оттягиваются как можно дальше.
Не редкость, когда те или иные законопроекты принимаются даже без обсуждения. На последнем в уже ушедшем году пленарном заседании депутаты единогласно проголосовали за проект закона “О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам применения меры пресечения в виде ареста”. Докладчику – заместителю министра юстиции Марату Бекетаеву был задан всего-навсего один вопрос. Обсуждения не последовало.
Другая сторона той же медали. С начала работы мажилиса действующего созыва прошло четыре месяца. И за все это время некоторые депутаты, как говорится, и рта не раскрывали. Помнится, какой смех в пресс-зале вызвали слова благодарности одного из депутатов работникам аппарата мажилиса, которые помогли ему в составлении запроса. Дело в том, что свой первый депутатский запрос он озвучил спустя почти три месяца работы нынешнего состава нижней палаты. Воистину, не было бы так смешно, если б не было так грустно. А потому действующий созыв журналисты окрестили “не говорящим парламентом”, депутатские запросы – местечковыми, потому что, несмотря на то что депутаты избраны не по регионам их проживания, а по единому округу от партии “Нур Отан”, в подавляющем большинстве их запросов в правительство, генпрокуратуру, КНБ и пр. превалируют проблемы, которые годами не решают местные исполнительные и правоохранительные органы.
И последний легкий штрих к портрету мажилиса. Как-то, будучи депутатом еще предыдущего созыва, Мухтар Тиникеев, обращаясь к коллегам, в сердцах произнес: “Когда же нам этот законопроект обсуждать, если в понедельник на работе нас еще нет, а в пятницу уже нет?”. Оно понять можно, депутаты — народ занятой. Однако, даже будучи на работе, участвуя в работе пленарного заседания, некоторые мажилисмены позволяют себе вольность молча покидать зал еще до его завершения. Как, например, это случилось 26 декабря. Еще не закончилось обсуждение ответа министра труда и социальной защиты Бердибека Сапарбаева, прибывшего лично в нижнюю палату, на депутатский запрос Розакула Халмурадова, а зал пленарных заседаний был уже полупуст. Хотя разговор шел очень важный во всех аспектах – о судьбе оралманов, демографических процессах, о том, как сделать так, чтобы в Казахстан больше приезжало, чем выезжало. Одним словом – о национальном достоинстве и патриотизме. Но депутатам не хватило даже уважения к своему коллеге.
Кстати, в соседней России, точнее в Московской городской думе, в 2008 году намерены принять закон, согласно которому народные избранники будут наказываться за свою бездеятельность. Одна из мер наказания ленивых депутатов – в лишении их депутатских полномочий. Работа над законопроектом идет тяжело, у него немного сторонников, признается спикер Московской гордумы Владимир Платонов. Аналогичную инициативу (девятую за последние 14 лет) в январе 2007 года пытались выдвигать и в российской Госдуме, когда там обсуждали вопрос о материальной ответственности депутатов за прогулы пленарных заседаний. Попытки не увенчались успехом.
Подобные законотворческие инициативы нашим депутатам и в страшном сне не приснятся. Ни за какие коврижки они не согласятся на роль унтер-офицерской вдовы. Хотя за примерами элементарных прогулов депутатов на работе и у нас далеко ходить не надо. Всего лишь один пример из недавнего прошлого. Месяцами не посещал пленарные заседания один из эпатажных депутатов третьего созыва. Однако зарплату получал сполна. А когда вопрос о дисциплине своего коллеги поднял тогдашний председатель комитета по законодательству и судебно-правовой реформе Сергей Жалыбин, то в ответ прозвучало: я – публичный политик и не обязан работать над проектами законов.
О КПД действующего состава мажилиса не лестного мнения даже некоторые из тех сотрудников мажилиса (кстати, тоже избирателей), кто никакого отношения к законотворческой деятельности не имеет, но зато имел возможность наблюдать за работой депутатов прошлых созывов. Хотя на роль эксперта ни они, ни автор этих строк не претендуют.