“Независимая газета” сообщает, что Москва форсированными темпами создает новую космическую инфраструктуру на Дальнем Востоке.
“На прошлой неделе тема строительства на Дальнем Востоке нового космодрома \»Восточный\» получила второе дыхание. Сразу два профильных ведомства бросились выполнять указ Владимира Путина разработать и реализовать программу запуска начиная с 2016 года с территории Дальнего Востока ракет-носителей нового типа. В том числе — с 2018 года — пилотируемых людьми космических летательных аппаратов многоразового использования. Осуществление этих планов ставит под вопрос дальнейшее развитие и использование Россией арендованного у Казахстана космодрома \»Байконур\»”.
Издание замечает, что неделей ранее космическую тему на неформальном саммите руководителей СНГ обсуждали главы России и Казахстана. “Как отмечают источники из Роскосмоса, Владимир Путин в очередной раз заверил президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, что, создавая космодром \»Восточный\», Россия не уходит из арендуемого у Астаны до 2050 года за 115 млн. долл. в год космодрома \»Байконур\». Между тем уже очевидно, что принципиально новых прорывных проектов на казахстанско-российском космодроме кроме уже морально не очень свежего и существующего пока на бумаге комплекса \»Байтерек\» уже не будет, а основной космической площадкой РФ уже через 7 лет станет российский Дальний Восток”.
“Российская газета” пишет, что минувшие выходные генеральный секретарь Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) Болат Нургалиев провел в Москве — он возглавлял миссию наблюдателей стран Шанхайской шестерки. \»Российская газета\» не могла упустить случая встретиться и поговорить со столь заметной фигурой.
— В конце августа предстоит саммит глав государств стран — членов ШОС. Что вы ждете от этого события?
Нургалиев: — Это плановое мероприятие, которое проводится раз в год в столицах государств — членов ШОС поочередно и даже в нестоличных городах (например, была встреча в Санкт-Петербурге, а в 2009 году, очевидно, в Екатеринбурге). В этот раз — в Душанбе.
Как известно, в период после Бишкекского саммита, до завершения Душанбинского саммита председательствующей страной является Таджикистан, и основная нагрузка по подготовке саммита ложится, естественно, на него. Со стороны правительственных структур Таджикистана уделяется очень большое внимание подготовке этого мероприятия. С сентября прошлого года функционирует штаб при президенте Таджикистана, в который входят высшие должностные лица, обеспечивающие и содержательную, и организационную сторону саммита, в том числе с точки зрения безопасности. Должен сказать, что опыт у Таджикистана в проведении столь масштабных мероприятий есть. Так, в прошлом году синхронно, в течение трех дней, в Душанбе проходили саммиты трех организаций — ОДКБ, СНГ и ЕврАзЭС.
Как вы знаете, в этом году в Таджикистане была необычно суровая зима, которая привела к перебоям в водоснабжении и в целом оказала очень негативное влияние на экономику. Тем не менее, таджикские власти считают необходимым, несмотря на эти трудности, подготовить мероприятие качественно и на высоком уровне.
“Время новостей” отмечает, что энергичные действия России по реализации двух трубопроводных газовых проектов, призванных насытить растущие потребности рынков Центральной и Южной Европы — Прикаспийского и \»Южного потока\», не смущают западных лоббистов конкурирующего Транскаспийского проекта. “Характерным свидетельством этого оказалось забавное совпадение. 28 февраля, в тот самый день, когда в Кремле при подписании соглашения о присоединении Венгрии к \»Южному потоку\» Владимир Путин, намекая на Транскаспий, высмеивал его проектировщиков (\»Если кто-то хочет ковырять землю и зарывать туда железо в виде труб, пожалуйста, мы не возражаем\»), в Ашхабаде президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов во второй раз за последние несколько недель принимал координатора по энергетическим вопросам Европы и Евразии госдепа США Стивена Манна. А спустя два дня, уже на другом берегу, в Баку американского ветерана каспийской дипломатии принимал президент Азербайджана Ильхам Алиев.
В обеих столицах повестка дня переговоров г-на Манна была практически одной и той же — сопряжение интересов стран-экспортеров и транзитеров центральноазиатского и азербайджанского газа, его покупателей, а также кредиторов строительства будущего Транскаспийского газопровода. Он должен протянуться от туркменского берега Каспия по дну моря, через Азербайджан в Турцию, где, как предполагается, соединится с газопроводом \»Набукко\», идущим в Южную и Центральную Европу. Политический и экономический смысл как Транскаспия, так и \»Набукко\» — проложить транзитный коридор в обход России”.
“Независимая газета” замечает, что постсоветское пространство оказалось под прицелом. “В последнее время проблемы безопасности требуют все более пристального к себе внимания. Условно их можно разделить по географическому принципу — на те, которые влияют на все пространство безопасности России и стран СНГ, или те, которые соотносятся только с проблемами ряда регионов Содружества. К тому же список этих угроз растет. Сегодня едва ли не любое событие политики и экономики можно рассматривать с этой точки зрения”.
“На безопасность России как мирового игрока воздействуют процессы, идущие в Европе, Африке, на Ближнем Востоке, в Центральной, Юго-Западной и Юго-Восточной Азии, Азиатско-Тихоокеанском регионе, Северной Америке.
Примером тому может служить проблема американской ПРО, которую надо рассматривать как элемент передового базирования средств ядерного нападения…
На пространство безопасности на южных рубежах влияет наличие спорных участков границы между Китаем и Казахстаном, Китаем и Вьетнамом, Китаем и Тайванем. Сегодня Вооруженные силы Китая строятся в соответствии с концепцией \»стратегических границ и жизненного пространства\». Рост населения и ограниченность ресурсов вызывают естественные потребности в расширении пространства для обеспечения дальнейшей экономической деятельности государства и увеличения его \»естественной сферы существования\»…
Азиатский фланг СНГ в постсоветское время, особенно в последнее десятилетие, стал объектом активной политической деятельности многих государств и международных органов. На этом направлении параллельно воздействуют несколько мощных разновекторных факторов, где сталкиваются интересы разных межгосударственных структур США, России и Китая, интересы транснациональных энергетических и транспортных компаний Запада и Востока и различных религиозных конфессий и направлений”.
***
При составлении обзора использованы материалы дайджеста \»Центральноазиатские новости\» от ИА \»Фергана.Ру\»