Когда судьба по следу шла за нами,
Как сумасшедший с бритвою в руке.
Арсений Тарковский
Отмечать памятные даты, связанные с периодом сталинских репрессий, на государственном уровне уже как-то вышло из моды. В дискуссионном клубе “Политон”, чье заседание было приурочено к 31 мая – дню памяти политически репрессированных – тоже было немноголюдно. Вторым информационным поводом стало тридцатилетие со дня смерти писателя Юрия Домбровского, чьи жизнь и творчество перипетиями судьбы крепко связаны с бывшей столицей Казахстана.
Докладчиком выступил Аркадий Арцишевский, который много лет занимается изучением разнообразного наследия Юрия Домбровского. В Алма-Ате писатель первый раз оказался весной 1933 года в качестве административно высланного из Москвы. Его товарищей посадили за “антисоветчину”, а его подобным образом наказали “за недоносительство”.
Для своих 24-х лет молодой человек отличался огромным багажом знаний. Причина тому в необыкновенном природном даре, любознательности, воспитании и образовании. В частности, Юрий Домбровский окончил высшие литературные курсы. В силу этих обстоятельств, ему, человеку “с темным прошлым”, доверили пост директора школы №2 для взрослых.
Алма-Ата в каком-то смысле дискриминируемый литературой город. Аркадий Арцишевский считает, что писатель Домбровский, как представитель редкого исключения, с интересом описывал Алма-Ату в силу его необычности. Это своего рода “взгляд путешественника на некое экзотическое место”.
“Да будет ведомо, да неповадно будет”, — это одно из жизненных кредо Юрия Домбровского. Будучи человеком, подвергавшимся незаконному аресту несколько раз, он не только написал роман “Факультет ненужных вещей”, который во многом правозащитный, но и в период хрущевской оттепели отправил письмо “товарищу Аристову” в январе 1956 года.
Из множества правовых нарушений, совершавшихся работниками НКВД, г-н Домбровский выбрал шесть и написал о них уполномоченному лицу. Среди них были самооговор; безличность в формулировке преступления; произвольная запись показаний свидетеля; навязывание свидетелю криминальной характеристики личности подследственного; фальсификация материалов очных ставок; выбор свидетелей. Судя по воспоминаниям лиц, реабилитированных в последующее время, информация была принята к сведению. С выпущенными из лагерей перед освобождением беседовали и интересовались нюансами сфабрикованных против них дел.
Среди алматинских зданий, фигурирующих в произведениях Юрия Домбровского, особое место занимает учреждение НКВД на Дзержинского – Виноградова. В его подвале уже в новейшее время организовали Музей жертв политических репрессий. При всех недостатках экспозиции, само ее существование в таком здании было наполнено символизмом. Однако в 2006 году этот музей выгнали на улицу, лишний раз продемонстрировав государственное отношение к подобным событиям в истории страны.
“Вольный слушатель с Факультета ненужных вещей” — по выражению Аркадия Арцишевского – своей жизнью и творчеством показывает, что сопротивление возможно. И даже подсказывает технологию. Такой опыт и его осмысление остаются востребованными и через десятилетия.