***
— Петр Владимирович, о чем Вы мечтаете (в мечтах присутствуют, в том числе, женщины)?
— Дайте мне помечать об этом после ответов.
— Считаете ли вы, что государство заинтересовано в снижении цен на недвижимость и какая казахстанская монополия (экономическая) является самой опасной и деструктивной для Казахстана.
— Ситуация с жильем (стройки, дольщики, ипотека, сносимые, банки и т.п.) – всерьез обеспокоила наши власти. Снизятся цены – “просядет” бизнес очень серьезных людей, включая и государственных, не снизятся – тоже большая проблема, и тоже для них. Есть политический аспект, информационный, – кругом проблемы, которые непонятно, как решать.
Конечно, оптимальным было бы снижение цен до реальной строительной стоимости-рентабельности, причем саму эту стоимость надо бы опустить раза в два (есть способы). Но это – некая теория, тогда как конкретные заинтересованные лица сейчас озабочены иным: как выкрутиться, потеряв как можно меньше.
Насчет самой опасной экономической монополии: самое опасное сейчас – то, что политическая и экономическая власть у нас в стране не разделены.
— Петр Владимирович, когда Вы в последний раз никого не стесняясь, в том числе, без оглядки на соседей, крыли матом? А когда последний раз нажирались, аки свин? То что Бутя, это дело не приемлет, для Вас хорошо или плохо?
— Я по жизни никогда не матерился, даже по молодости, когда “окружающая среда” этого требовала (например, когда служил в армии). Где-то лет двадцать назад пришлось работать рядом с управляющим одной энергосистемы, — вполне интеллигентный человек, он как-то здорово умел изредка и к месту употреблять нужные слова. На меня это произвело впечатление – очень уж у него вкусно получалось. И, может быть, два-три десятка раз, за последние двадцать лет, я тоже вставлял слово-два, когда мне казалось – надо. Впрочем, боюсь, у меня это получалось не столь убедительно.
— Как оппозиционеры зарабатывают на жизнь? Где вы работаете и сколько зарабатываете? Советник президента в этом плане был откровенен…
— Я работаю в политике. Сколько получаю уже сказал – чуть больше Советника. В смысле – реально зарабатываю в пределах той суммы, что он назвал. А насчет откровения… мой ответ — откровенен.
— Вот президент говорит что нас мало — в смысле по численности населения… И оказывается поэтому мы плохо живем…Что вы скажете по этому поводу? Если согласитесь, то как можно увеличить население до 20 млн к 2015 году? Про токалок можете не говорить, хотя это ведь тоже один из вариантов, не так ли?
— По территории и желательности ее освоения (с точки зрения устойчивого развития во всех его смыслах) оптимум для Казахстан – миллионов 50-60, как минимум. Но это – голая теория. Если же практически, то всерьез надо говорить не о токалках, о вложениях “нефтедолларов” в социально-экономическое развитие регионов, начиная с казахского аула. Дайте населению ощущение стабильности, перспективы и развития, остальное приложится.
— Какие основные финансовые источники \»оппозиционной деятельности\» — публикации, конференции, дискуссионные клубы, выставление кандидатур и т.д. — всё это стоит деньги… Ощущаете ли Вы нехватку средств? Думаете оппозиция была бы более успешна если бы ее лучше финансировали?
— Я уже сказал: основа нашей политической системы это слияние государственной власти и бизнеса. Оппозиция – часть той же системы (несмотря на формальное отсутствие ее представительства во власти). Спросите у “Нур Отана” — каковы источники ее финансирования, думаете – партвзносы загнанных туда учительниц?
— Почему оппозиция избегает \»национального\» вопроса?
— А почему США и Россия до сих пор не начали взаимные атомные бомбардировки?
— Почему в оппозиции такие разношерстные люди от радикальных националистов типа Арона Атабека до западников либералов типа Дуванова? Может быть, проблема оппозиции в том что она не смогла занять \»центристкую\» позицию, которую твёрдо держит власть?
— Что за компот в голове, способной ставить такие вопросы?
В оппозиции к режиму личной власти все, кто не вписан в этот режим. Следовательно, практически все. Основная масса – молча, кое-кто – в открытую. А все те, кто способен сделать это в открытую – штучны.
— Во власти вокруг Назарбаева происходит \»смена\» поколений, на место \»младотюрков\» приходят \»Гарвардские\» мальчики? Происходит ли такая смена поколений в оппозиции? На сегодняшний день (если честно) кто более прогрессивен? где Вы видите \»прогрессивную\» элиту?
— Естественная смена происходит везде. Насчет большей или меньшей прогрессивности, — все просто. Понятно, что перспектива Казахстана не в том, чтобы воспроизвести режим личной власти в исполнении того или иного его же продукта, а в институализации политических и государственных механизмов. Кто это осознает, и вслух говорит – уже прогрессивен. А кто еще и пытается реально двигать процесс в эту сторону – прогрессивен вполне.
— Как Вы оцениваете успехи Казахстана в построении государственности?
— Рискну ответить остро. Мы – состоявшееся государство, но – государство-колония. С той только разницей, что раньше такой статус мы имели в составе СССР, сейчас – в масштабе глобализации. Эта разница подарила нам неизмеримо большие возможности, но и поставила перед еще большими вызовами.
(Продолжение следует)