Начало здесь.
***
….И опять газеты запестрели давно забытыми красками. Опять радио заговорило после долгого молчания. Народ к тому времени столько музыки наслушался! Такой музыкальный стал! Все люди вокруг поют, насвистывают, пританцовывают. Прямо не жизнь, а сплошная опера! Прибывшее правительство это сразу отметило, похвалило, наградило медалями и орденами. И опять начали выходить приказы, распоряжения. Все вернулось на круги своя.
Несмело начинало деятельность блудное правительство. Боялось ошибиться, поскользнуться ненароком. Повсюду чудились интриги и заговоры. Каждый обзавелся охраной в тысячу человек. На ночь двери подпирали шкафами. Каждый носил при себе пистолет и ампулу с ядом. Для начала всех подозрительных уволили, выслали из страны, посадили в тюрьмы. Нужно было бросить пыль в глаза народу. Начало правительство вести праведную политику и скромную личную жизнь. По утрам все с бидонами ходили за молоком, выстаивали длинные очереди. Ходили в старой, поношенной одежде, объяснялись простым языком, ругались как сапожники. Зарвавшихся взяточников посадили в тюрьмы. Расстреляли пару человек самых обнаглевших. Народ воспрянул духом. Пуще прежнего полюбил он свое правительство. От такой страстной любви многие даже умирали — не выдерживало сердце. Правительству это нравилось. В качестве поощрения, семьям погибших выдавали пенсии, а те, кто стал инвалидом, получали дополнительную жилплощадь и бесплатный проезд в общественном транспорте.
Иногда члены правительства ссорились между собой. После долгой заграничной свободы, кое-кто начал забывать прежние уставные отношения, наглел, не хотел слушать старшего, говорил ему: “Да, ладно! Мы ведь свои люди! Сам знаешь, из одного жуза!”. Старшему это не нравилось. Хотел он всех скрутить, чтобы потом, при дележке большую долю отхватить. К тому же, жены масла в огонь подливали.
В конце концов, не выдержали члены правительства и в один прекрасный день прижали главного к стенке: “Кончай! – говорят ему. — Завязывай, или грохнем тебя сейчас!”. Испугался главный не на шутку. “Ладно, ребята! Больше не буду. Я ведь это так, для понта, чтобы народ видел! Давайте, мы будем на виду у всех ссориться. Пусть думают, что у нас тут демократия. Говорить все, что на ум взбредет! Я разрешаю!”.
Подумали члены правительства, почесали затылки. “А ты не врешь, сука? Дай честное слово!”. Поклялся главный, честное слово дал, горсть земли съел для пущей убедительности. И начались в правительстве бурные дебаты. Народ сначала удивлялся. Что это они там не поделили? Неужто главного хотят обидеть?! “Не дадим главного в обиду!” — раздались голоса. И начали все выстраиваться в колонны, выражать солидарность. Правительству это понравилось.
Только вот игра игрой, а про дела тоже не забывали. Богатств в стране много поднакопилось. Надо бы переправлять их туда, домой… Жены все чаще бранились: “Дети наши на хлеб и воду перешли! В мире инфляция, кризис! Пояса затянули потуже”. Короче, надо было торопиться. Хотели они поставить дело на широкую ногу, чтобы не было риска. Уж больно хлопотно ездить туда и обратно. А нельзя ли как-нибудь по-другому? Чтобы без суеты, без напряга… Думали, может быть, трубопровод проложить? Подсчитали… Нет, не выгодно, да и слишком заметно будет. Ведь придется каждому члену правительства свой отдельный трубопровод тянуть к дому.
“А что если, один общий сделать? — предложил главный. — К моему дому… А там поделим!”. Члены правительства задумались. Решили посоветоваться с женами. Послали курьеров за границу. Те привезли категоричные отказы. “Как это так?! — возмущались жены. — Он будет заправлять всем добром?! Отбирать самое лучшее, а нам остатки?! Нет, так не пойдет! Это не демократично! Не толерантно! Процесс должен быть прозрачным!”.
“Ну, хорошо… — сказал главный. — Давайте вместе думать”. Думают, думают… Ничего придумать не могут. Тогда решили вообще не думать. Кто как может, так пусть и вывозит. А народу скажем, что идет активная торговля с дружественной страной. Вначале членов правительства охватил страшный ажиотаж. Начали хватать все подряд, без разбора. Кто мыло, кто нижнее белье, кто водку, кто мясо… Все, что попадало под руку.
В стране начался кризис. В магазинах пусто, всюду очереди, народ опять возмущаться… Тогда главный собрал правительство и говорит: “Братцы, так не пойдет! Надо брать с умом! Давайте создадим государственный инвестиционный фонд! Воровать надо цивилизованно! Вы же не бандиты с большой дороги!”.
И в магазинах снова появилось мыло.
И все же жить в постылой стране было тоскливо. Тянуло членов правительства туда обратно, где пища слаще и воздух чище. И решили они тогда… А что если мы будем жить там, а сюда только приезжать на работу? На самолете это быстро… Туда и обратно. Сначала один попробовал, потом другой. В конце концов, все перешли на эту систему. Самолетов летает много, поди разберись кто в каком едет. Но летать каждый день тоже надоедает. Хоть и персональный самолет, со всеми удобствами. Да и потом, чем черт не шутит. Самолеты иногда падают и бомбы в них подкладывают. “А давайте управлять страной по телефону”, — предложил кто-то. “Какая разница, откуда звонить? Сигналы доходят с одинаковой скоростью”. Ну, что ж…. Старший не очень возражал. Телефон, так телефон… Надо идти в ногу со временем. От каждого члена правительства протянули в страну по одному кабелю, чтобы никто друг друга не подслушивал.
Народ об этом, конечно, не знал. Знай себе, трудился, выполнял план, размножался, решал свои проблемы. На судьбу особо не сетовал… Члены правительства отгрохали себе за границей дворцы. Иностранных гостей каждый день принимали. Жили широко, по-барски. Завели себе яхты, собак, лошадей… Хорошо жили. Правительство страны, в которой они обосновались, относилось к ним с почтением. Им это было тоже выгодно. Оттуда поступало дешевое сырье… В общем, все были довольны. Члены правительства устраивали пышные балы. Гостили у них кинозвезды, знаменитые спортсмены, писатели, живописцы…
Так продолжалось до тех пор, пока члены правительства не почувствовали, что запасы страны иссякают и поступления сократились. Брать уже было нечего. То, что лежало наверху, собрали, а вгрызаться в глубину было лень. И решили они тогда продать страну. Неизвестно кому из них первому пришла эта идея, но понравилась она всем. Люди они были дальновидные. Предварительно все подсчитали, прикинули. Годы их были немалые и нужно еще позаботиться о потомстве, чтобы не жилось им впроголодь. Гуманные были люди.
Итак, решили они продать страну. Продать со всем имуществом, с людьми… Продать оптом. Некоторые страны хотели взять по кусочку, но члены правительства проявили твердость. “Нет! — сказали они. — Или все, или ничего!”. Цену заломили астрономическую. Чего уж там… Продавать так продавать. Чего мелочиться! Выпустили по всему миру рекламные проспекты. Нахваливают товар: Территория большая! Пять Франций можно уложить! Леса, озера… Правда, не очень чистые, но зато большие. Можно устроить большую мусорную свалку, чтобы все государства мира свозили сюда свои отходы и все канализационные трубы планеты кончались именно здесь. Расхваливают людей, населяющих страну. Подсчитали сколько здесь долгожителей. Народ живучий, покладистый, неиспорченный, неразвращенный. Пребывает в девственном неведении.
Много толстосумов заинтересовались этим товаром. Чего там скрывать, заманчивое было предложение. Да только вот цена смущала. Просили скинуть немного или отдать в кредит. Но члены правительства стояли непоколебимо. Ни на один тенге не уступим! Долго торговались… Но как говорится, капля камень точит. Компромисс был все же достигнут. Несколько толстосумов сбросились и купили. Новым хозяевам вручили инструкции по пользованию страной, была дана гарантия сроком на пять лет. Все было оговорено до мелочей. Толстосумы не хотели брать кота мешке и поэтому внимательно изучили ее. И только после всего этого была торжественно разрезана ленточка и толстосумы въехали в купленную страну. По этому поводу был устроен грандиозный прием, бал, ужин… Сколько было выпито вина, съедено жратвы!.. Не счесть!
“Сделка века!” — писала мировая пресса. Члены правительства в тот день напились до умопомрачения. Каждый из них обеспечил свое потомство минимум до седьмого колена. Уж теперь-то они гуляли смело. В тот день они вошли в десятку самых богатых людей планеты.
А проданная страна жила себе спокойно, ни о чем не подозревая. Не зная, что перекочевала она из одного кармана в другой. Народ трудился. В выходные дни как обычно пил водку, играл в карты. Дети играли на улицах, бродили бездомные собаки, не зная о том, что они проданные. Только на следующий день все почувствовали неладное. Проснулся утром народ и не может понять. То ли воздух в стране изменился, то ли еще что? Повели носом по сторонам, пошевелили ушами… Но так и не поняли. С чего это вдруг последние известия по радио стали говорить с каким-то странным заморским акцентом. Речь была не та, да и мысли какие-то непричесанные, нецензурные. Сначала подумали, наверное, дикторы напились, ну, и с похмелья лыка не вяжут. Проходит день, второй… И все больше иностранных слов. Больше иностранцев стало на улицах. В магазинах прилавки ломятся от заморских товаров, и все так дешево… Народ на радостях кинулся в магазины. Начали брать все подряд. А товары все не кончаются и не кончаются. Дефицитом и не пахнет… Встревожились владельцы базаров… Объявили забастовку. Их тут же уволили. Происходило что-то невероятное. Народ начал восторгаться. Ну, молодцы! Ну, правительство! Не зря так долго пропадало… Вот как повысилось благосостояние народа! Благодарят, радуются… А в душе тревога. Стали люди письма писать, спрашивают, что там случилось наверху? Неужто родной язык начали забывать? Требовали установить железный занавес, прекратить всяческие сношения с другими странами. Нельзя забывать родной язык!
Сверху их успокоили, обещали принять меры и удовлетворить требования трудящихся. И народ успокоился. Если обещают, значит, сделают. Ведь одолели же кризис, значит, и здесь справятся.
Все было хорошо, пока не нагрянули праздники. Традиционные, ежегодные. Президент республики должен выступить и поздравить народ. А народ накануне набрал водки. Думает, отдохнем как всегда, от души. На парад сходим… А у новых хозяев возникла проблема. Кого бы выставить в качестве нового президента? Посоветовались и решили. Так как большую долю внес бизнесмен из Нигерии, он же основной держатель акций, выступить поручили ему. Одно только всех смущало. Был он черный, как смоль. Долго думали, как выйти из положения. В конце концов, решили загримировать его под старого хозяина. Наложили слой пудры, потом еще… Заштукатурили основательно. Таким он и должен был предстать на трибуне. Но при одном условии — Рта не раскрывать! Никаких улыбок, гримас… Иначе штукатурка осыплется, и обман раскроется. Говорить будет под фонограмму. Рот прикроет ладошкой. Народу скажем, что болят зубы. Так было задумано.
Итак, начался парад. Народ идет по площади, поет песни, несет флаги и транспаранты. Главный выходит на трибуну в черных очках, в шляпе. Включили фонограмму, покричали… Все шло как по маслу. Никто не заметил подлога, если бы не ветер. Откуда не возьмись, резкий порыв ветра сорвал шляпу и обнажил густую шевелюру вьющихся волос. Народ ахнул от изумления. Лысина заросла! Вот чудо! И закричал пуще прежнего, захлопал в ладоши. Президент пытался было поймать шляпу, но ветер погнал ее прочь. Рядом стояли телохранители. “Ловите! Ловите ее быстрей!”- закричал он. О, ужас! Маска нa лице лопнула, отвалилась, и чернокожий красавец предстал перед народом. Народ как шел с раскрытыми ртами, так и остановился, замер как вкопанный. Это что еще за чудо?! Святой! Святой! — зашептали люди, упали на колени и начали исступленно молиться… В церквях разом забили колокола. Демонстрация застопорилась. Задние напирают на передних, образовалась пробка. Сконфуженный Президент и его свита поспешно сели в машины и уехали. А демонстрантов начала разгонять конная милиция. Страна была в шоке. Ведь парад транслировался по телевидению на всю страну.
В тот же вечер состоялось экстренное заседание толстосумов. Надо было выходить из положения. За консультацией обратились к продавцам. Связались с ними по телефону. Нестандартная ситуация, не предусмотренная инструкцией. Толстосумы просили срочно выехать экспертов на место. В стране объявили чрезвычайное положение.
Через несколько часов трансатлантический “Боинг” произвел посадку в столичном аэропорту. Он был оцеплен войсками. Экспертов посадили в закрытые фургоны и повезли в резиденцию.
Кучерявый негр нервно ходил из угла в угол. Ломались все его планы. Тихо вошел секретарь и сообщил о прибытии экспертов. “Пусть входят”, — раздраженно бросил Президент. Пришли и остальные толстосумы. Решение нашли довольно быстро.
На следующий день народ, как всегда, бросился покупать газеты, были включены радиоприемники. Народ ждал объяснений. И объяснение последовало. “Ничего страшного! — бодрым голосом объявил диктор. — Наш Президент вернулся из рабочей поездки по африканским странам, где имел честь посетить знаменитые морские пляжи. Был заключен договор о туризме. Президент хочет, чтобы граждане нашей страны могли отдыхать везде, где им заблагорассудится. Как видите, он там прекрасно загорел. Однако, чтобы не смущать публику, был сделан грим. Президент не хотел, чтобы народ испытывал душевный дискомфорт по поводу его загара. Он знает, что это могут дурно истолковать. Президент не хочет давать пищу для разговоров. Он проявил большую личную скромность. Президент приносит свои извинения за вчерашний инцидент…”.
Далее пошли упреки в сторону работников метеослужбы, обещавших в тот день безветренную погоду. Это была непростительная ошибка. Государству был нанесен моральный ущерб. Стрелки были переведены, и весь запал, вся народная ярость обрушилась на головы бедных синоптиков. В стране тут же возникло движение против работников гидрометеослужбы. Общественность требовала привлечь их к ответственности. На заводах, фабриках, в учреждениях проходили стихийные митинги. Этот скандал вошел в историю как “Дело столичных синоптиков”. Все они были репрессированы, сосланы, многие казнены. И только после этого народ успокоился. Хотя, время от времени, находились всякие дотошные люди, которые задавали вопросы, касающиеся его шевелюры. Они требовали объяснений. Толстосумы заглянули в инструкции. Там были предусмотрены случаи с каверзными вопросами. Предлагалось два выхода: первый — ликвидировать чрезмерно любознательных; второй — дать убедительное объяснение. Толстосумы были людьми культурными и поэтому не спешили пачкать руки в крови. После недолгих размышлений они объявили, что президенту сделана пластическая операция. Отечественная медицина достигла выдающихся результатов в области плешелогии. Двум, трем растерянным академикам вручили государственные награды и конфликт был улажен. Вопросов больше никто не задавал. Все шло более или менее спокойно.
Но, спустя несколько месяцев, пришел черед еще одного, не менее крупного праздника. Что поделаешь, прежнее правительство их так много придумало… В общем, Президент должен был снова предстать перед всей страной. Покрыть лицо гримом на этот раз он категорически отказался. “С чего это я буду портить цвет лица?!” — кричал он возмущенно в государственных апартаментах. “Мало того, что угрохал огромную сумму, теперь я должен рисковать здоровьем?!”. Как ни уговаривали его коллеги, он был непреклонен. А причиной тому был огромный гарем, который он привез с собой из далекой Африки. Его новый макияж пришелся не по душе его обитателям, и они устроили там забастовку. Все жены объявили ему бойкот, а без них Президент как без воздуха. К тому же вопрос чести. Ведь он выходец из королевской семьи… Короче говоря, наносить грим он категорически отказался.
Что делать? Рисковать не хочется. Знали, что масса очень агрессивная. Не дай бог сорвутся с цепи, разнесут не только правительство, не только страну, но и весь мир. Нет, с таким народом шутки плохи. Толстосумы опять погрузились в тяжелые думы. В конце концов, было предложено несколько вариантов. В одном из них предлагалось в день, когда Президент выйдет на всеобщее обозрение, весь народ напоить водкой и довести до крайней степени опьянения. А когда возникнут вопросы, отнести это к галлюцинации и заодно пристыдить народ в неумеренном потреблении спиртного. Экономисты просчитали… Оказалось невыгодно. Слишком много потребуется спирта, слишком тяжелые могут быть последствия. Возможен летальный исход. Если народу предоставить возможность неограниченного потребления алкоголя, он может попросту умереть. А страна без народа никому не нужна. В этом случае толстосумы вылетят в трубу. Так что вариант был оставлен как запасной.
Другой вариант предполагал найти гипнотизера, который смог бы внушить народу желаемый эффект. Но взяться обработать такую огромную толпу народа никто из них не решался. Это было выше их возможностей. Может быть, взять несколько гипнотизеров? — предложил кто-то. Например, на тысячу человек одного гипнотизера. Но тогда потребуется их очень много. И все же, как подсчитали экономисты, это будет дешевле, чем спиртовой вариант. Но возникло одно сомнение — гипнотизеры могут проболтаться. Произойдет утечка информации, и тогда опять жди неприятностей. Нельзя такому большому количеству людей доверять такую большую тайну. После долгих раздумий выход все же нашли.
Итак, начался парад, Президент вышел на трибуну. По площади идут колонны, скандируют лозунги. Президент в своем естественном обличии, без грима. Многие не обратили на это внимание. Но как всегда, нашлись дотошные. “Послушайте, — робко спрашивали они. — Президент-то наш совсем черный. Он что, не моется? На дворе зима… Столько времени прошло. Загар должен бы сойти, а он все не сходит”. И тут весь народ обратил на это внимание и начал бурно возмущаться. “Почему наш Президент не моется?! Почему он ходит грязным?! Ведь он — это лицо народа! Нельзя чтобы лицо было таким грязным. Ну, прямо как зад немытый!”.
Центральные газеты тут же выступили с объяснениями: Так как в стране возникли затруднения с мылом, Президент как капитан, покидающий тонущий корабль последним, заявил, что не будет мыться до тех пор, пока не будет ликвидирован дефицит моющих средств. К тому же Президент потемнел от горя. Он видит, как несчастлив народ, как тяжело ему приходится. У Президента очень мягкое сердце… И растроганный народ заплакал. Вся страна в те дни обливалась слезами. Плакали женщины и дети. Мужики, которые за всю жизнь не обронившие слезы, рыдали по-бабьи, с завыванием. На имя Президента бесконечным потоком шли посылки с мылом со всех краев страны. Сотни врачей толпились у его ворот, желая вылечить от всех недугов. Многие в экстазе предлагали пересадить Президенту свое собственное сердце, взамен больного. Некоторые вообще ничего не просили взамен. Страна была охвачена героическим подъемом. Толстосумы, пользуясь моментом, увеличили скорость конвейеров. Был выброшен лозунг “Даешь пятилетку за пять дней!” Золотая река лилась в государственную казну. Толстосумы потирали руки и подсчитывали барыши.
Но в какой-то момент они вдруг поняли, что пора дать слабину, не то народ надорвется, а от надорвавшегося народа, известно, толку мало. И решили они дать отбой. Народу объявили, что Президент отныне пребывает в здравии, он принял баню и благодарит народ за посланное мыло. Но пережитая трагедия наложила глубокий след. Отныне Президент навсегда останется смуглым и кучерявым. В стране был объявлен траур, приспущены флаги.
Но не долго скорбел народ. Вскоре все вернулись на свои места. Начались трудовые будни. Между тем, у президента все чаще возникала необходимость обращаться к народу. Возникало много непредвиденных ситуаций. Пользоваться фонограммой было не очень удобно. Вся беда в том, что не владел Президент языком этого народа, коверкал его до неузнаваемости, а изучением нового языка, утруждать себя не хотел.
Выход из положения нашли очень быстро. Приноровились толстосумы к этой стране. Поняли все ее секреты, нюансы, поэтому долго не думали. Раз, два и ответ готов. Итак, в стране была объявлена всеобщая кампания обучения языку одной из малых народностей Африки. Так захотел президент. Народ в недоумении… Опять начали задавать вопросы: “Почему этот язык, а не другой? А не забудем ли мы родной наш язык? Вроде как нехорошо получается… В своей собственной стране говорить на чужом языке”
Им терпеливо начали объяснять: “Это язык дружественной нам страны. Она попросила о помощи в его пропаганде. Вот мы и решили… Немного, годик, два… Ну, в крайнем случае пятилетку одну поговорим, чтобы научиться как следует, а потом на свой перейдем!”. Врали напропалую. Говорили: “Этот язык сейчас во всем мире пользуется огромной популярностью… Точнее, только начинает… Так вот, мы раньше всех им овладеем и, в конце концов, догоним и перегоним не только Америку и Японию, но и все развитые страны вместе взятые. На этом языке сейчас объясняются самые умные люди планеты. Это язык будущего! А свой собственный язык мы временно законсервируем. Сбережем для потомков. Видите ли, от слишком частого пользования язык может обноситься, состариться раньше времени… Это наша величайшая хитрость! Через лет эдак пятьдесят, все языки изотрутся вконец… “Язык ведь это тоже что-то вроде подметок на башмаках — объясняли мудрые академики. — Повседневно, на работу, надо носить старую обувь. А новую, хорошую только по праздникам… В общем, будет и на нашей улице праздник. Когда все народы изотрут свои языки вконец… Износятся они до того, что рассыплются в прах и онемеют они тогда, и начнут другой язык искать, изобретать. А мы, тем временем, достанем из сундуков свой новенький, незапылившийся язычок и как пришпорим его… Всех обскачем! И станем самой могущественной державой”.
Народ, услышав это, восхищенно зацокал языком. Но потом, спохватившись, прикусил его, уложил аккуратно во рту и принялся усердно изучать новый, африканский.
Дела шли прекрасно! Страна перестраивалась, вставала на новые рельсы. Все в ней менялось. Менялись люди… Началась всеобщая, повальная мода на жгучих брюнетов. Люди часами поджаривались на солнце, пытаясь достичь президентского эффекта. Волосы завивались. Черный цвет окончательно вытеснил все остальные цвета. Одевались только в черное. Дома, машины — все окрашивалось в цвет африканской ночи. Все вокруг ходили чумазые как трубочисты. В баню никто не ходил, от мыла категорически отказывались.
Наверху опять забеспокоились. Ну, что это такое?! Почему народ все время склонен к крайностям? Что ни увлечение, так обязательное повальное, до умопомрачения. Надо как-то приделать тормоза… Ну, нельзя же так! Страна ходит грязной, немытой… Может вспыхнуть эпидемия… Антисанитарные условия. Стали думать над проектом тормозов. Куда бы их пристроить и как задействовать? Объявили общенациональный конкурс на тему “Надежные тормоза”. Но ничего путного из этого не вышло. Пришлось выпустить указ о всеобщем и обязательном, добровольно-принудительном посещении бани раз в неделю. Кто будет уклоняться -10 лет тюрьмы и 1000 долларов штрафа. После этого, положение несколько улучшилось. Хотя и здесь находились хитрецы, которые заходили в баню и выходили не помывшись. Тогда была организована специальная комиссия по контролю. Общественность на местах организовывала чрезвычайные комитеты по проверке, на улицах устраивали облавы. Людей заставляли средь бела дня раздеваться догола и демонстрировать чистоту тела.
Спустя много лет, когда из страны выкачали все, что было возможно, хозяева решили ее снова продать. Опять были объявлены торги. Народ как всегда находился в полном неведении. Он был счастлив и спокоен, потому что другого счастья себе не представлял, никогда его не видел, и в голове у него это не укладывалось. Народ был твердо убежден, что он самый счастливый на свете. Ему крупно повезло! И поэтому держался за это счастье руками, ногами, зубами как за Жар-птицу и отпускать ее ни за что не хотел.
Итак, все было взято в этой стране. Леса вырублены, озера высушены. Все великие реки были повернуты, уложены в искусственные русла и несли они свои воды куда-то за границу, не оставляя ни капли влаги земле, которой принадлежали. Народу был оставлен лишь прожиточный минимум. Соответственно и цена страны резко упала. Продали ее за бесценок. Новые хозяева долго здесь не засиживались. В общем, еще раз пять переходила она из рук в руки. Использовали страну в качестве испытательного полигона, химической, биологической лаборатории. Все сумасбродные идеи человечества проходили здесь опытную проверку.
Все это продолжалось до тех пор, пока жители этой страны не утратили последние человеческие свойства. В конце концов, всех их забраковали, породу сочли выродившейся и, чтобы не заражала она другие народы, территорию страны обнесли высоким забором, колючей проволокой, по которой пустили электрический ток. Население с каждым годом уменьшалось. А когда остался один-единственный человек, его поместили в зоопарк. За ним наблюдали, ухаживали. Теперь он представлял чисто научный интерес. Его пытались размножать, скрещивали с другими животными. Но ничего из этого не вышло. Прожил он до глубокой старости. Когда же он умер, из него сделали чучело и поместили в музей в качестве экспоната.
На всей территории бывшей страны по решению международных организаций провели глобальную дезинфекцию. Землю покрыли толстым слоем асфальта… А что же дальше с ней делать? Пока еще не решили. Хотя проектов и предложений поступило много. Одни предлагают сделать здесь гигантский космодром, другие говорили, что лучше всего перенести сюда все вредные предприятия планеты, третьи предлагают создать огромную тюрьму для особо опасных преступников… Но к единому мнению пока еще не пришли. Слишком много всяких сомнений.