Здравствуйте. Обращаться к Вам заставляют исключительные обстоятельства, грозящие жизни и здоровью моего мужа Евдокименко А.Н.
Мой муж, Евдокименко Анатолий Николаевич 1964 г.р., с 06.06.2006 года отбывает наказание в учреждении АК 159/18. В связи с отсутствием взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания и добросовестном отношении к труду, переведен в облегченные условия, работает завхозом карантина, характеризуется положительно, имеет 18 поощрений. 22 февраля 2009 года, мой муж, Евдокименко Анатолий, был беспричинно жестоко избит исполняющим обязанности начальника учреждения заместителем по РОР данного учреждения Коржумбаевым Ж.Е.. Коржумбаев Ж. — пробил ему голову, сломал руку, ребра и запретил обращаться к врачам, вследствие чего рука срослась неправильно, ухудшилось зрение и моего мужа постоянно мучают головные боли. Более того, Коржумбаев Ж. неоднократно вымогал денежные средства на приобретение автомашины “Тойота Авенсис” в размере 1000 долларов США и на приобретение облицовочного кирпича для строительства его дома по ул. Кувская 35 в размере 35000 тенге, покупки ему сотовых телефонов марки “Нокиа” и “Хайсенс”, в общей сумме на 62000 тенге .
Мною, 21 августа 2009 года, было подано заявление в МОФП по Шахтинскому региону о привлечении к уголовной ответственности зам. по РОР учреждения АК 159/18 Коржумбаева Ж.
После долгих проволочек и моих неоднократных жалоб во все вышестоящие инстанции, 5 октября 2009 года, по данному факту было заведено уголовное дело. Коржумбаев Ж. обвиняется по ст.308 ч.4 п.п. “а”, “в”, избрана мера пресечения АРЕСТ. Мой муж Евдокименко Анатолий признан потерпевшим, а я Евдокименко Наталья – представителем потерпевшего. В период расследования уголовного дела, на моего мужа, руководствующим составом учреждения АК 159/18, постоянно оказывалось давление, из-за причастности к уголовному делу заместителя начальника по общим вопросам данного учреждения Бендерского И.С. , который на протяжении всего избиения находился рядом и не предпринял не одной попытки прекратить этот ужас, более того, он угрожал свидетелям, заставляя их молчать. Начальник учреждения АК 159/18 Мухтаров Т.Ж. требовал от меня и моего мужа изменить показания в пользу Бендерского И.С., чтобы он мог избежать уголовной ответственности за причастность к уголовному делу в отношении Коржумбаева.Ж. При этом Мухтаров угрожал, что если мой муж не послушается, то выход в колонию-поселение у него закрыт. У меня имеется аудиозапись этого разговора.
По истечении одной трети отбытого наказания, в ноябре 2009 года, за хорошее поведение, добросовестное отношение к труду, обучению, активное участие в работе самодеятельной организации и в воспитательных мероприятиях, 2 декабря 2009 года, администрацией колонии, единогласным решением, мой муж был представлен к выходу в колонию-поселение.
Личное дело для дальнейшего рассмотрения было направлено в суд Абайского района, но было отозвано начальником управления КУИС по Карагандинской области Шотаевым К.К. без каких-либо аргументов. После обращения в специализированную прокуратуру по Карагандинской области, личное дело моего мужа снова было направлено в суд Абайского района Карагандинской области. Но 18 января моему мужу объявляют взыскание за “самовольный выпуск осужденного из помещения”. И это несмотря на то, что он тоже является осужденным и все обвинения, предъявленные ему, обязаны выполнять сотрудники учреждения, так как именно в их должностные инструкции входит охрана и надзор за осужденными. На сегодняшний день и уголовное дело в отношении Коржумбаева Ж. рассматривается судом Абайского района Карагандинской области. По требованию суда, на период судебного рассмотрения из учреждения АК 159/18 в учреждение АК 159/18 был временно переведен мой муж – потерпевший Евдокименко А.Н.
На протяжении следствия и теперь уже судебного разбирательства, мне и моему мужу приходится постоянно сталкиваться с беспределом, происходящим в учреждениях системы КУИС, что не может не отражаться на здоровье и безопасности моего мужа Евдокименко А.Н. и моей семьи. На период следствия, Коржумбаев Ж. был помещен в изолятор Михайловского РОВД , для ограничения какой-либо связи и возможности оказывать давление на свидетелей, но после окончания следствия, он был переведен в учреждение АК 159/1, которое находится в ведомстве управления КУИС по Карагандинской области, т.е. принадлежит его родной системе, которая его всячески защищает.
Коржумбаев Ж. неоднократно звонил мне на мобильный телефон с учреждения АК 159/1 с угрозами. Неужели то, что Коржумбаев Ж. является сотрудником системы КУИС дает ему право на исключительные условия в следственном изоляторе, несмотря даже на то, что он обвиняемый? Из опасения о возможной расправе Коржумбаевым Ж. по отношению к моему мужу Евдокименко А.Н., в учреждении АК 159/1 были приняты меры безопасности. На данный момент, он сидит в одиночной камере типа карцера, в здании старого корпуса изолятора, где очень холодно, сыро и имеется только кровать и туалет. На мои неоднократные просьбы к начальнику СИ-16 Ахметкаримову Н.К. разрешить моему мужу Евдокименко А. обогревательный прибор, мне отвечают, что не положено, что его камера находится в новом корпусе, где улучшенные условия.
В Законе Республики Казахстан «О государственной защите лиц, участвующих в уголовном процессе» сказано, что принимаемые меры безопасности не должны ущемлять жилищных, трудовых, пенсионных и иных прав защищаемых и других лиц.
После моих жалоб в органы прокуратуры, в камеру принесли столик. Обогреватель до сих пор запрещен.
Имея возможность в учреждении АК 159/1 общаться с сотрудниками учреждения АК 159/18 и пользуясь их помощью, обвиняемый Коржумбаев Ж. начал оказывать давление на свидетелей обвинения, находящихся в учреждениях. Свидетелю Тарасову С. , который в данное время находится на свободе, была предоставлена охрана из числа сотрудников МОФП по Шахтинскому региону. Это было сделано потому, что родной брат Коржумбаева Ж.Е., Коржумбаев М.Е. работает в штабе ДВД по Карагандинской области и по его личной просьбе, сотрудники полиции оказывают давление на свидетелей. Не далее как сегодня, была предпринята попытка подбросить мне наркотики и обвинить меня в том, что я пытаюсь их пронести в учреждение АК 159/1. Попытка не удалась. Ни я, ни мой муж никакого отношения к наркотикам никогда не имели, и тем более, никогда их не употребляли.
Также, мне стало известно, что начальник учреждения АК 159/18 Мухтаров Т. договорился негласно о переводе моего мужа в другую колонию. У меня на иждивении находится пожилая свекровь и двое малолетних детей. Ближайшая колония находится от места нашего проживания в пятистах километрах. В УИК РК сказано, что перевод может быть осуществлен по болезни, безопасности и в исключительных случаях. Мой муж здоров, с осужденными у моего мужа хорошие отношения, с сотрудниками учреждения тоже.
Тогда, почему личная неприязнь начальника учреждения является исключительным случаем, пригодным для перевода? В связи с этим делом, нам приходится сталкиваться с огромными трудностями и противостоянием системы КУИС. В данный момент к ним добавляется ещё и полиция. Поверьте, иногда руки опускаются от этой круговой поруки. Но ведь у меня один муж, и у моих детей один отец. И мы всего лишь хотим, чтобы заместитель начальника учреждения АК 159/18 Коржумбаев Ж.Е. понес заслуженное наказание за содеянное, потому что это крайне жестокий и непорядочный человек.
Моя последняя надежда только на Вас.