Фрейд, Дарвин, камча и наш парламент

Как и у многих, у меня дома на стене висит камча. Это, своего рода, “жақсы ырым”, хорошее поверье: считается, что камча “оберегает, приносит благое”, наши предки верили, что так как плетка пропитана запахом и пОтом коня, то к помещению, где находится этот своеобразный “оберег”, боятся приблизиться албасты, бесы и прочая нечистая сила. В старину, камчу вешали у изголовья молодых женщин, с тем, чтобы они рожали хорошее потомство. С камчой связано много разных поговорок и выражений, можно отметить и такой старинный казахский обычай в степном праве, как “қамшы тастау”: на судебном разбирательстве, при необходимости, стороны бросали перед собой сложенную плетку, что означало – им надо предоставить слово.

Моя камча куплена в сувенирном магазине и когда я смотрю на нее, знаете, что она мне напоминает? Наш парламент и маслихаты. Эта декоративная камча, с покрытой лаком, красивой резной рукояткой никогда не касалась крупа коня, не “вдыхала” вольный степной воздух, и я уверен, что это – не всамделишная камча, и функцию “оберега” она выполнять не может, и можно воскликнуть, как в известном фильме: “А камча-то – не настоящая!”.

То же самое можно воскликнуть и про наши представительные органы власти и их способности реально исполнять свои обязанности. Конечно, по форме наш парламент выглядит, как “самый настоящий”: название соответствует, есть профильные комитеты, имеется спикер, первое чтение, второе чтение, неприкосновенность, все дела… Депутаты делают запросы в правительство и другие государственные и общественные органы, заслушивают министров, готовят и утверждают законопроекты. В общем, все как в “в лучших домах” мировых парламентов. Но нет у наших представительных органах власти главного и неотъемлимого признака всех настоящих парламентов мира – настоящих депутатов. Потому что во всем развитом мире депутатами становятся в реальной конкурентной борьбе.

Вот, например, как избирался в сенат Конгресса США кандидат в депутаты Барак Обама (цит. из книги “Дерзость надежды”): “… я включился в предвыборную кампанию и, как любой новичок в этом деле, заговаривал со всяким, кто соглашался меня выслушать. Я отправлялся на встречи квартальных клубов и церковные собрания, шел в салоны красоты и парикмахерские. Едва завидев двух приятелей, остановившихся поговорить где-нибудь на углу, я переходил улицу и вручал им рекламный буклет своей избирательной кампании”. А так Обама искал финансирование на свою избирательную кампанию: “…в столбик выписал фамилии тех, кто мог бы меня спонсировать… и методично их обзванивал. Приятным это занятие назвать было нельзя. Кто-то клал трубку, даже не дослушав до конца. Чаще всего мне отвечали секретари, записывали мое сообщение, но никто не перезванивал, и я вынужден был звонить по два-три раза, пока не сдавался сам или не получал вежливый отказ”. В ходе предвыборной борьбы за место в высший представительный орган власти США, кандидат в депутаты Барак Обама работал с профсоюзами и другими общественными организациями, вникал в налоговые и инвестиционные проблемы бизнесменов, в социальные проблемы безработных, разбирал и предлагал электорату свое решение самых насущных проблем, как общеамериканских, так и локальных, на территории своего избирательного округа… и так далее, и тому подобное, и так борятся и избираются в парламенты во всех демократических (и потому благополучных) государствах.

А как “избираются” в наш парламент, мы все знаем. Самый лучший ответ на этот вопрос дала в свое время председатель центризбиркома Загипа Балиева, поставив на место “возомнивших о себе” депутатов: “Не забывайте, как вы сюда попали!”.

Классический психоанализ тоже подтверждает существующее положение дел, я имею в виду заявление в парламенте, которое с полным правом можно назвать “оговоркой по Фрейду”: когда было предложено упразднить преподавание теории Дарвина в наших школах. Формально, там были упомянуты теологические и “научные” обоснования, но ведь чем сильна теория Фрейда? Тем, что она выявляет скрытые, подлинные, глубинные причины поступков и слов. Почему, подсознательно, “им” не нравится теория Дарвина? Потому что это учение подразумевает ЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР. Когда в результате равной, конкурентной борьбы на соответствующие места попадают самые толковые, самые лучшие представители “вида”. А в нашем случае, можно говорить, как писал Сергей Довлатов, о “…советском варианте дарвинизма, то есть, обратном естественном отборе, …когда в управлении государством стоят люди, не каждого из которых возьмут на работу в сапожную мастерскую”.

Но не все так просто. И как бы ни было это не политкорректно, надо сказать, что до некоторых пор такое положение дел было объяснимо и понятно. Например, в полицию Нью-Йорка не берут кандидатов, с показателем IQ выше определенного уровня, так как считается, что “сильно умным” однообразная работа копа NYPD быстро наскучит и они уйдут, и надо будет тратить время и бюджетные деньги на подготовку новых кандидатов. Так и у нас: во время непростого переходного периода (“им нужны великие потрясения, нам нужен спокойный, благополучный Казахстан”) “те, кто вверху”, возможно, обоснованно не рисковали “играть в демократию”, и в парламент назначали соответствующий контингент, уверенно и безотказно выполняющий команды “нажми эту кнопку”, “зачитай этот текст” и “самораспустись”. Но ведь сегодня – это не вчера. Политическая и экономическая стабильность “присутствуют в наличии” и самое время внедрять инновации не только в ФИИР, но и на более важных опорных направлениях госуправления.

Да, были (Батталова, Тохтасынов и др.) и есть (Аубакиров и др.) толковые депутаты, каким-то образом прошедшие “спецфильтр” отбора в парламент и честно отрабатывающие свой депутатский хлеб, но здесь можно говорить о тех самых исключениях, подтверждающих правило. “Кенийский черный чай”, “глубокое погружение столичных чиновников в аулы” и им подобные вещи, находящиеся за гранью добра и зла – это же явный симптом, сигнал, что без перемен в отборе законодателей никак не обойтись. И если с инновациями в IT-бизнесе и промышленности все неоднозначно и проблематично, то в деле модернизации представительной ветви власти дела обстоят гораздо проще: “новое – это хорошо забытое (специально неприменяемое) старое”: стоит внедрить такой же порядок, как в странах ЕС, США, Великобритании, Турции etc. и все, достаточно – система сама все вытащит и решит. И проблемы с коррупцией, и пути к модернизации, и задачи инновации, далее – по списку.

Когда наши “ответственные товарищи” вдохновенно поют: “…төгілемін, елім…”, это, конечно, впечатляет и вдохновляет, но если бы они, (төгілмей-ақ!), сделали реальный өзгеріс, народ бы реально заценил. Примета такая есть.

P.S. А декоративную камчу я поменяю. Съезжу в аул и привезу настоящую.

***