Дороги, которые мы выбираем

Прошло десять лет. По историческим меркам срок не большой. Но это как посмотреть и откуда мерить. С вершины сегодняшнего дня событие, произошедшее 18 ноября 2001 года, делит эпоху нового, независимого Казахстана на две почти равные части. Событие, которое до сих пор вызывает споры и взаимоисключающие оценки. Не только среди тех, кто стоял тогда по разные стороны идейных баррикад, но и среди “отцов-основателей” движения Демократический выбор Казахстана.

Не меньше споров было и десять лет назад. Кто-то считал появление нового движения бунтом младореформаторов внутри президентской команды, кто-то искренним порывом лучшей части тогдашней управленческой элиты.

Демократическая оппозиция той поры в целом отнеслась с сочувствием к неожиданному пополнению своих рядов: одни с осторожной надеждой, другие с нескрываемым восторгом. Были и свои конспирологические теории. Согласно одной все происходящее было запланировано не иначе, как с санкции самого Нурсултана Назарбаева. Примечательно, что такую интерпретацию событий давали не пикейные жилеты Бостандыкского района, а руководитель авторитетного информационного агентства. Полагаю, что ночные снайперы, расстрелявшие вещательное оборудование телеканала поддерживающего новую оппозицию убедило таки сомневающихся наблюдателей в том, что не всякая политическая повестка дня сочиняется в президентской администрации.

Два необычных обстоятельства выделяли новое движение среди прочих, уже сложившихся. Во-первых, поражала его массовость. Выступление поддержали десятки известных и авторитетных в Казахстане людей. Во-вторых, о своем несогласии с проводимым курсом заявили не записные диссиденты, не отправленные в отставку чиновники, а представители действующей власти.

За прошедшие годы главный участник тех (и всех иных) событий — президент Нурсултан Назарбаев, ни разу не дал своей оценки явлению, потрясшему основы его власти. Если, конечно, не считать таковой оценкой все произошедшее после 18 ноября: отставки и аресты, суды и сроки. Таким образом, официальной трактовки событий связанных с Демвыбором у нас пока нет.

Впрочем, два года назад, Ермухамет Ертысбаев, мнение которого как советника президента по политическим вопросам, можно считать вполне официальным, сделал ряд недвусмысленных заявлений.

В программе радио Азаттык он сказал, что причиной политического кризиса осени 2001 года стал личный конфликт между Мухтаром Аблязовым и Рахатом Алиевым, а непосредственным поводом подтолкнувших участников ДВК к демаршу, по мнению Ертысбаева, стала одна ошибка ставшая роковой. Ошибка заключалась в том, что вечером 17 ноября 2001 года, отставленному от руководства КНБ Рахату Алиеву “дали возможность выступить в новостях по “Хабару”. Ертысбаев даже привел точную цитату: “Тогда Алиев сказал: “Глава государства поручил, чтобы мы боролись со всей нечистью, которая мешает здоровым силам в обществе спокойно, свободно работать и дышать”.

Ертысбаев продолжал: “Все, которые были замешаны в этой кулуарной, политической борьбе, были очень напуганы, всю ночь шли интенсивные переговоры. И утром 18 ноября в казахстанском пресс-клубе появились учредители нового политического движения ДВК — возбужденные, нервные, с красными воспаленными лицами — и огласили свое политическое заявление”.

Слова советника президента достойны внимания уже тем, что он не слишком часто он говорит о президентских ошибках. Пожалуй, это единственное такого рода признание. К тому же, его интерпретация событий является совсем не лестной для характеристики того государственного устройства, которое было создано под непосредственным руководством Нурсултана Назарбаева. В самом деле: государство, в котором конфликт бизнесмена (пусть и одного из ведущих) и руководителя спецсслужбы (пусть и самого влиятельного) вызывает катаклизм, эхо которого не утихло даже через десять лет, такое государство никак нельзя назвать не то что устойчивым, но и достаточно цивилизованным.

Ермухамет Ертысбаев пытается намерено нивелировать уровень политического противостояния. Конечно, проблема не исчерпывалась частной ссорой Мухтара Кабуловича и Рахата Мухтаровича. Я, как непосредственный участник тех событий, проведший среди учредителей ДВК значительный период ночи с 17 на 18 ноября могу свидетельствовать, что не страх двигал основателями Демвыбора, совсем не страх. Те из нас, кто смотрел вечерний выпуск новостей в прямом эфире, разумеется, прекрасно понимали, кого Алиев называет нечистью, а кого причисляет к здоровым силам. Однако там не было никого, кого бы напугало заявление Рахата Алиева. Было возмущение, досада, ирония. Но страха не было. Иначе бы эти, вполне состоявшиеся люди, которым, как мы знаем, было что терять, никогда бы не решились выступить на следующее утро с обращением к стране. Обращением, де-факто означавшим их переход в оппозицию к президенту и его политике.

Возможно, не все из подписавших воззвание “Демократического выбора Казахстана” до конца понимали значение своего поступка и его последствия. Возможно, они недооценили (или переоценили, как считать?) политические и моральные качества главы государства. Их можно теперь упрекнуть в недальновидности, но никак нельзя обвинить в трусости.

С оценкой Ертысбаева относительно того, что стало побудительным мотивом для провозглашения ДВК именно воскресным утром 18 ноября можно согласиться в принципе. Но только с очень важным пояснением. Программа движения была написана и обсуждена гораздо раньше. К 18 числу учредители договорились о многом. Не было еще только названия организации и не определились с датой выступления. Кое-кто считал, что надо приурочить его к дню независимости Казахстана. Наглая речь зарвавшегося зятя по главному государственному каналу, несомненно, ускорила выступление. В тот вечер и в ту ночь собравшимся в одном из частных коттеджей по дороге на Медео стало абсолютно ясно, что отставка Алиева ровно ничего не поменяла. Что раньше или позже этот или иной зять вновь примутся за старое. И они решились безотлагательно потребовать от главы государства установления честных правил, позволяющих предотвратить в будущем появление всякой алиевщины.

На следующее утро аким Павлодарской области Галымжан Жакиянов огласил эти правила: политическую платформу ДВК.

Казахская “хартия вольностей”, в отличие от английской, включала в себя всего пять пунктов. Там не было требований личных гарантий для отдельных лордов и особых привилегий для родовитых пэров.

Пять положений программы Демвыбора заслуживают того, что бы привести их полностью:

1. Усиление роли Парламента;

2. Справедливая судебная система;

3. Выборность местных органов власти;

4. Прозрачная избирательная система;

5. Демонополизация и независимость СМИ.

Основатели Демократического выбора потребовали демократических реформ.

Британские ученые подсчитали, что большая часть из 37 статей “Великой хартии вольностей” были впоследствии отменены английским парламентом. В силе осталось только три. Несмотря на то, что все положения Платформы ДВК, все без исключений и изъятий, в последующее десятилетие включались в официальные планы демократизации и в международные обязательства нашей страны перед ОБСЕ, озвучивались с самых высоких трибун самыми высокопоставленными лицами, ни одно из положений не было реализовано. И ни одно не устарело. Казахстан еще не сделал свой демократический выбор.

***