Национал-патриотическое движение в Казахстане: проблемы роста и перспективы развития. Часть 3

Часть 1, Часть2

***

Национал-патриотическое движение в Казахстане, фактически пришедшее в упадок к моменту разработки Доктрины национального единства, получило свое второе дыхание после того, как национал-патриоты Казахстана во главе с М.Шахановым в 2009-2010 годах совместно с рядом политических партий (Акжол, ОСДП, Азат, КПК) выступили с инициативами о пересмотре национальной политики под флагом этноцентризма и признания особого статуса государствообразующей казахской нации.

В данном случае мотивы поведения национал-патриотов вполне понятны – поднять свой авторитет за счет легитимных политических субъектов.

Лежат на поверхности и причины, по которым партии выступили объединенным фронтом с этнопатриотами. При низком электоральном рейтинге разыграть этническую карту для них стало чуть ли не последним шансом впрыгнуть в последний вагон уходящего поезда по маршруту на властный Олимп.

Правда, закончилось для этих партий это вполне предсказуемо: они оттолкнули от себя больше электората, чем привлекли. И тем самым не достигли целей своего эпатажного демарша.

В этом плане президентская партия “Нур Отан” заняла электорально привлекательную и реалистичную позицию на перспективы национального строительства, исходя из хоть и старых, но проверенных временем интернациональных принципов президента Назарбаева. И надо сказать она не пытается экспериментировать с национальными чувствами своих избирателей.

Благодаря своей центристской позиции, ей удаётся сохранять прагматичный взгляд на злободневную необходимость непрерывного поддержания национального единства, мультикультурализма и поэтапного расширения сферы применения государственного языка без фанатизма и бездумного форсажа. И именно это в неоднозначной межэтнической ситуации позволяет Нур Отану мобилизовать на выборах весомую долю электората, в отличие от оппозиции, которая пытается пробиться к сердцам избирателей, разделяя их по принципу знания государственного языка.

Нынешний год стал свидетелем новых тенденций в развитии национал-патриотического движения в Казахстане. И немаловажную роль в этом сыграла сначала угроза, а затем “неожиданное объявление” досрочных выборов в Мажилис.

Политические партии, раньше заигрывавшие с национал-патриотами, перехватили у последних инициативу. “Письмо 138-ми” стало катализатором “спонтанного пробуждения” национал-патриотических чувств у многих лидеров политических партий.

Даже слабо владеющий государственным языком председатель Руханията С.Мамбеталин вдруг озаботился проблемами развития родного языка и в развитии этой идеи пригласил в свой партийный список под № 1 М.Шаханова. При этом для Руханията это стало очередным скоротечным и довольно кардинальным пересмотром идеологии, которую партия никак не может застолбить из-за непрерывных идейных метаний своего лидера.

Лидер Ак жола А. Перуашев, раньше никогда не замеченный в “порочащих его” связях с национал-патриотами, также вдруг оказался чуть ли не бÓльшим национал-патриотом, чем сам М.Шаханов! Правда, в предвыборной платформе Ак жола все полемичные идеи о развитии казахской нации и языка были так искусственно “причесаны”, что в них уже почти не угадать ту позицию, с которой Перуашев блеснул накануне избирательной кампании.

ОСДП и КПК, поначалу активно поддержавшие национал-патриотический призыв, перед выборами прозорливо “забыли” о своих наиболее этнориентированных лозунгах и выступили уже вполне с благопристойными месседжами о том, что они тоже как бы и интернационалисты, и радетели госязыка одновременно.

И что в итоге?

Инициатива С.Мамбеталина сослужила “медвежью услугу” М.Шаханову в частности и нацпатам в целом. Этот временный политический союз явно дискредитирует главного идеолога национал-патриотизма, готового пойти на сговор даже с маловразумительными политиками, чтобы добиться парламентского мандата.

Кроме того, конъюнктурный шаг М.Шаханова в целом негативно отражается на реноме национал-патриотического движения, которое явно входит в новую полосу кризиса вследствие того, что политические партии, перехватившие у движения инициативу представления этноориентированных интересов электората, практически растащили его по углам.

Вопрос о будущем единой нации остается открытой дискуссионной проблемой в Казахстане. И её волнообразная актуализация в общегосударственной повестке дня позволяет высветить основные параметры этнополитических притязаний и интересов основных этнических групп страны. Соответственно сама деятельность национал-патриотических организаций является общественно-полезной, так как она позволяет канализировать этнические запросы в виде структурированного месседжа власти и обществу. И надо сказать не безрезультатно. И государству, и обществу приходится считаться с голосом довольно заметной части населения страны, прислушиваться к нему и делать соответствующие выводы.

Этнополитологи, рассматривая ситуацию в Казахстане, отмечают, что прорыв этноориентированных запросов в сферу политики становится более явственным. И в этом плане это создаёт угрозу их радикальной политизации, если власть не сможет дать адекватный ответ на этнополитические вызовы национал-патриотов.

Но так ли это на самом деле?

Казахстан начала 90-х и Казахстан двадцать лет спустя – это два совершенно разных государства и общества. Но и сегодня востребованность идеологии национал-патриотизма в обществе присутствует вполне реально.

В то же время этноцентристская модель формирования нации пока не поддерживается большинством населения страны, и в том числе существенной частью казахского этноса, не имеющего единых для всех его членов этнических интересов и запросов, которые к тому же обладают по сути дела разными типами менталитета в зависимости от региона проживания.

Официально зарегистрированные этноориентированные организации Казахстана уже достаточно давно включены в общественно-политическую систему, институционализированы и в целом признают общеустановленный порядок реализуемой в Казахстане модели межконфессионального и межэтнического согласия. И спорадические всплески их активности не более чем демонстрация того, что нынешние этнолидеры “скорее живы, чем мертвы”. Поэтому считать их генераторами рисков по меньшей мере надуманно.

Другой вопрос, что в казахстанском обществе есть не мало конкретных потребителей и адептов идеологии национал-патриотизма. И в политическом плане они составляет вполне заметную электоральную нишу, которую пытаются занять ряд политических партий.

То есть, реальные возможности для прорыва национал-патриотизма в форме самостоятельного политического проекта под флагом умеренного национализма в Казахстане уже сложились давно. И при акцентированном финансово-организационном обеспечении он может стать серьезным политическим игроком. Вот только главный вопрос заключается в том, кто рискнет поставить на этнопартию?

Летние акции нынешнего года национал-патриотов заставили экспертов задуматься о том, что в раскрутку казахской карты явно приложил руку опальный олигарх М.Аблязов, детище которого Алга вкупе с КПК слишком явно демонстрирует политическую немощь, а поддерживать реноме “борца с режимом” беглому банкиру крайне необходимо. Надо сказать, что данный вариант имеет под собой вполне реальные основания. Насколько он жизнеспособен, покажет время.

ОСДП “Азат” пытается время от времени перетянуть на себя этнопатриотов, но системно с ними она работу не проводит, потому как для победы на выборах ей нужны голоса не только сторонников этнонации, но и её противников. Поэтому последовательный ультраправый сторонник казахской нации из почти ультралевой партии явно не получится.

Для Руханията национал-патриотизм всего лишь конъюнктурная идеология, которая может поднять её политический вес. Впрочем как и для Ак жола. Хотя, конечно, и не исключено, что после поражения на выборах эти партии могут прагматично и акцентированно “присесть” на национал-патриотическую риторику, чтобы добиться результатов на следующих выборах с учетом молодости и амбициозности их лидеров.

М.Шаханов – кумир старшего и вышесреднего поколений, которым митинговать и лезть на баррикады не с руки. От того то М.Шаханову и приходится будоражить общественное мнение лишь “ультиматумами”, на которые власть изредко вяло реагирует, создавая ему бесплатный пиар.

Молодежный же проект, который пытается раскрутить Ж.Мамай, в последнее время всё больше мелькает в информационном пространстве, но в лидеры движения он явно не тянет.

Повторяясь можно сказать, что что-нибудь стоящее могло бы получится у Айдоса Сарыма. Кстати, если власть вступила бы в сговор с ним, то при акцентированной административной поддержке он мог бы стать центром притяжения национал-патриотических сил, подконтрольных Акорде. При этом А.Сарым мог бы увести за собой будущих уличных нацпатов для более благопристойных форм протеста, тем самым сыграв роль цивилизованного “громоотвода”.

***