“Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: повышение земельного налога подрежет очень многих фермеров, и это приведет к массовому банкротству, социальному напряжению на селе”, — убеждает президент Союза фермеров Казахстана Ауезхан Даринов.
Для чего государство вообще намерено повысить налог?
Недавно, выступая в правительстве, глава агентства по управлению земельными ресурсами РК Кадырхан Отаров говорил о необходимости повышения налога на землю, чтобы решить вопрос о неиспользуемых землях. Противников готовящихся в недрах минсельхоза законопроекта оказалось много. Среди них депутат мажилиса Владислав Косарев.
По мнению Ауезхана Даринова, кое-какая логика в намерении правительства присутствует: более дорогая земля будет стимулировать работать на ней более качественно. Иначе это пустая трата денег. Принцип верный – чем дороже земля, тем бережнее ты будешь к ней относиться.
“Однако почему-то государство видит лишь часть проблемы. Союз фермеров Казахстана считает, что проблема здесь кроется совсем не в низких налогах, а в низкой материально-технической базе фермерских хозяйств. Проблема в том, что до мелких фермеров просто не доходят финансы, выделяемые государством. При этом находить заемные средства им архисложно.
Поэтому государство должно помочь таким хозяйствам. Фермер ведь не от хорошей жизни латает технику 30-летней давности, пускает свое хозяйство “под нож”, чтоб прикупить какие-то запчасти к устаревшей сельхозтехнике. Я считаю, государство должно помочь мелким фермерам, сделать так, чтоб господдержка была на деле, а не только на бумаге, и доходила до мелких хозяйств. Тогда и проблема с неиспользуемыми землями в фермерских хозяйствах разрешится”, — говорит он.
Кроме того есть другая сторона налоговой медали.
— Почему-то проблему неэффективного использования земель “вешают” на шею мелких фермеров, тогда как есть масса примеров, когда неэффективно земли используют и в очень крупных, оснащенных технически хозяйствах, — недоумевает президент СФК и продолжает:
— Что повышение земельного налога на руку крупным компаниям — это да. В действительности, есть факты, когда на местах фермеры жалуются, что крупные холдинги хотят прибрать их земли.
К тому же сложно будет определять, эффективно ли используется земля, так как необходимо будет вести анализ качества земли по бонитету и другим показателям.
У нас есть земельные инспекции. Необходимо, чтобы данные инспекции ужесточили спрос с нерадивых производителей. Есть у нас Земельный кодекс, в котором черным по белому написано, что если хозяин земли, точнее, арендатор не исполняет условия аренды и запустил, скажем, свои 500 гектар, то государство вправе через суд лишить его этой земли, а позже передать ее более хозяйственному субъекту. Однако еще ни разу ни один гектар не был изъят таким способом. А это потому, что земельные инспекции подчиняются в регионах все тем же местным акимам. Зачастую те или иные земли принадлежат самим государственным чиновникам.
Члены нашего объединения как практики, знают, что таким методом проблему не решить. Наоборот, в случае повышения налогов многие нормальные фермеры, то есть не аффилированные с властями бизнесмены, пойдут по миру с протянутой рукой. Словом, именно государство в лице земельных инспекций должно следить за эффективным использованием земель. Штрафовать, подавать в суды по изъятию земель.
Я считаю, в таких вопросах должна быть максимальная прозрачность. Пусть в районных, областных и иных СМИ опубликуют пофамильно списки этих самых “недобросовестных пользователей”, чтоб общество, другие фермеры знали. Чтобы это было уроком. Без прозрачности и конкретных данных можно ведь думать все что угодно. Может быть, кто-то из районных акимов хочет отобрать земли у неугодного ему фермера? Сделайте все прозрачно, тогда ни у кого не будет возникать подобных подозрений.
Другая проблема, связанным с использованием земли, — это участившиеся конфликты из-за пастбищ. Негде пасти скот. Проблема пастбищ для СФК не нова. Даже в соседний Кыргызстан выезжали, чтоб поучиться опыту.
— Я вам скажу, у них есть чему поучиться. Там в селах созданы специальные советы, куда кроме представителя исполнительной власти входят аксакалы, то есть авторитетные старейшины и вообще активные люди. Они путем открытого обсуждения решают, кому на каких участках пасти скот.
У нас проблема в чем? В том, что много лет назад какой-нибудь Даринов мечтал развести скот и приватизировал несколько десятков, а может и сотен гектар пастбищ. Прошло время, но бизнес Даринова не удался, скотины нет, но он наотрез отказывается пустить на пастбища чужую скотину. Рядом какой-нибудь фермер уже имеет 200-300 голов скота, но не имеет нормальных пастбищ. Вот эти вопросы следует решать. Для села вопрос пастбищ – огромная проблема. Все близлежащие к селам пастбища деградируют из-за постоянного и интенсивного использования, гонять скот дальше не получается, так как на отдаленных пастбищах нет инфраструктуры. Получается какой-то замкнутый круг. Законодательное урегулирование этого вопроса просто необходимо. И мы будем вносить свои предложения в правительство и парламент, — делится Ауезхан Даринов.
Многие считают, что необходимо субсидировать фермеров, работающих на земле. Но станет ли эта мера панацеей от всех бед? У президента СФК свое мнение на этот счет:
— Встает вопрос: зачем поднимать налог, чтобы потом его же, по сути, и субсидировать? Мы считаем, что грядущая “реформа” увеличит в разы бюрократию, бумажную работу фермерам, вырастет отчетность. Фермер привык и должен работать на поле, а не сидеть за бумагами с отчетами. Это — раз.
Во-вторых, для получения субсидий снова необходимо готовить массу документов, а это опять же потраченное время. И в итоге нет гарантий, что фермер эти субсидии получит. Ему могут отказать из-за пропущенной запятой в заявке. Я утрирую, но суть такова. Позиция СФК такова: государство как можно меньше должно загружать фермеров бумаготворчеством, чтобы он производил продукцию.
Что касается страхования бизнеса фермеров, то президент СФК ссылается на свой личный опыт:
— Я еще возглавляю Общество взаимного страхования (далее – ОВС – ред.) “СФК Иншуранс”. Семь лет назад я говорил акимам нескольких областей и в минсельхозе, что создавать ОВС только в одном районе – неправильно, что в случае засухи или иного ЧП все члены ОВС понесут убытки, тогда собранных ими денег не хватит для страховых выплат. Кто-то из акимов со мной согласился. К примеру, Альберт Павлович Рау, бывший глава Акмолинской области меня поддержал. Но были такие руководители, не хотелось бы показывать на них пальцем, которые создали ОВС чуть ли не в каждом районе области. В итоге, были скандалы, суды, банкротства. Потенциальная сила ОВС как раз-таки в том, что члены общества могут работать в разных регионах. В нашем “СФК Иншуранс” фермеры из 8 областей, то есть сегодня пострадавших, большая часть которых из Костанайской области, выручают выплаты от фермеров с центрального, южного Казахстана. И то не хватает. Но механизм более или менее работает.
Еще один плюс ОВС – все прозрачно. Вопросы управления решаются коллегиально, то есть не один Даринов принимает важные решение, а сразу десяток фермеров. Если в коммерческих страховых компаниях информация о финансах является коммерческой тайной, то у нас любой член ОВС может получить интересующую его информацию. Видно куда пошел каждый тенге.
Так, по Костанайской области за 5 лет (с 2007-2012 годы) собрано страховых премий в сумме 106 млн. тенге. Выплачено — 139 млн. тенге. Причем, только в 2012 году страховых премий собрано 13 млн. тенге, а затребованы выплаты по страховым случаям на 300 млн. тенге. То есть цифры говорят весьма красноречиво.
По поводу субсидий опасения есть. Мелкие, средние хозяйства, которые не получали, так и не смогут получить их из-за залогового обеспечения. Поэтому СФК и настаивает на сохранении прямых субсидий на гектар, которые в перспективе хотят отменить.
В СФК говорят, что в последнее время проблемы со страхованием фермеры стали решать через судебные процедуры. К примеру, в Костанайской области было с десяток судебных процессов, из которых три удалось выиграть, в четырех случаях возникший конфликт решили мирным путем, в трех судебный вердикт оказался в пользу страхователя.
— Никто не гарантирует, что завтра не возникнут новые споры и судебные производства. Это даже радует, что наши люди обращаются к адвокатам, идут в суд, а не звонят “агашкам”, “баке”, “саке” и так далее, — говорит президент СФК. Однако в Союзе нет возможности оказывать юридическую помощь фермерам. В штате всего один профессиональный юрист.
***
© ZONAkz, 2012г. Перепечатка запрещена