Антикредитная политика Нацбанка на фоне усиления проблем БВУ

Алматы. 17 октября. КазТАГ — Сергей ЗелепухинОбъемы ликвидности, выкачиваемой из банковского сектора «финансовой пирамидой» Национального банка, продолжают увеличиваться. Примечательно, что это происходит вопреки периодическим снижениям базовой ставки регулятором. В результате монетарная политика Нацбанка продолжает оставаться одной из главных причин стагнации в банковской системе и антистимулирующим фактором для экономического роста в стране.

Кто «пылесосит» ликвидность

Еще в июльской статье «Аттракцион неслыханной щедрости от Нацбанка подошел к концу» мы предположили, что снижение регулятором базовой ставки с 15% до 13% снизит привлекательность финансовых инструментов Национального банка со стороны участников рынка и тем самым увеличит денежную ликвидность в банковском секторе и стимулы к кредитованию.

Однако, судя по данным за сентябрь, следует признать, что наша оценка оказалась слишком оптимистичной и несколько преждевременной. А все дело в том, что, несмотря на сокращение объема ценных бумаг регулятора в обращении в августе после смягчения им денежно-кредитной политики в июле, уже в первый месяц осени он снова увеличился.

Для полноты картины следует рассмотреть, как менялась ситуация на рынке нот Нацбанка с момента первого снижения им базовой ставки с 17% до 15% в мае. Если на конец этого месяца объем ценных бумаг регулятора в обращении составил почти Т1,4 трлн, увеличившись за май на 19,6%, то на конец июня этот показатель вырос до Т1,6 трлн, поднявшись еще на 12,6%.

Дальше — больше. На конец июля даже после нового понижения базовой ставки с 15% до 13% объем нот Национального банка достиг уже Т2,1 трлн, увеличившись еще на 32,9%. Но в последний месяц лета он снизился. Объем ценных бумаг регулятора в обращении на конец августа упал до Т1,9 трлн, уменьшившись на 5,9%.

После этого казалось, что ситуация начала меняться в пользу увеличения ликвидности банковского сектора, становясь тем самым предпосылкой для постепенного увеличения кредитования экономики, тем более на фоне заметного замедления роста индекса потребительских цен. Но не тут-то было… В сентябре объем нот Нацбанка в обращении вновь существенно вырос, причем сразу до Т2,3 трлн.

Интересно, что это происходило вопреки заметному снижению доходности по ценным бумагам регулятора. Если в мае и июне эффективная доходность по 7-дневным нотам составляла 15,9% и 15,72%, по 1-месячным — 15,8% и 15,51% и по 3-месячным – 14,7% и 14,79%, то в июле и августе этот показатель уменьшился: по 7-дневным нотам до 14,94% и 13,21%, по 1-месячным – до 14,64% и 13,16% и по 3-месячным – до 14,2% и 13,33% соответственно.

политика Нацбанка

Одной рукой даем, другой — забираем

Что все это значит для экономики? Во-первых, Нацбанк даже после снижения базовой ставки в мае и июле в совокупности на 4% продолжал, подобно пылесосу, высасывать, словно пыль, свободные денежные средства из банковского сектора и экономической системы. Тем самым регулятор своей монетарной политикой, по крайней мере до очередного снижения базовой ставки 3 октября с 13% до 12,5%, оказывал негативное влияние на кредитную и деловую активность и, в конце концов, на экономический рост.

Во-вторых, начавшееся с марта 2016 года увеличение операций открытого рынка привело к тому, что на конец сентября их объем достиг почти Т2,5 трлн, где 90% обеспечили ноты Национального банка. По оценкам аналитиков «Халык финанс», эта сумма составляет 16% от кредитного портфеля всей банковской системы. «Вкупе со снижающимися валютными свопами с банками, чистая сумма изъятия ликвидности из банковского сектора устойчиво росла и на конец третьего квартала достигла Т1,7 трлн», — отмечается в макроэкономическом обзоре инвесткомпании за III квартал.

Для сравнения: эта цифра превышает объемы предполагавшегося на этот год фискального стимулирования через финансирование реализации госпрограммы «Нұрлы жол» и антикризисного плана правительства вместе взятых. Напомним, что в совокупности на это планировалось выделить только в 2016 году почти Т1,6 млрд.

Получается, что государство одной рукой через правительство пытается стимулировать экономику, а другой с помощью Национального банка – жмет на тормоза экономического роста. При этом нельзя исключать того, что значительная часть средств, выделенная на фискальное стимулирование через квазигосструктуры, которые, как известно, держат значительные суммы на депозитах в банках, в конечном счете могла осесть в нотах главного банка страны.

В-третьих, при текущей монетарной политике регулятора комбанки вместо кредитования реального сектора предпочитают размещать свободные деньги в нотах Нацбанка либо в других доступных инструментах. А делают они это потому, что риск таких операций минимальный, а возвратность этих средств с доходностью — гарантирована.

В результате при нынешней денежно-кредитной политике монетарного ведомства у банков нет ни стимулов проявлять кредитную активность, с одной стороны, ни возможности снижать ставки по кредитам — с другой, ни интереса вносить свой вклад в экономический рост — с третьей.

Все это стало возможным благодаря выстроенной Национальным банком «финансовой пирамиде». Проводя продолжительное время жесткую денежно-кредитную политику, регулятор фактически создал такие условия на денежном рынке и рынке ценных бумаг в виде процентных ставок, которые на фоне постепенного восстановления нефтяных цен и укрепления нацвалюты сделали куда более привлекательными для банков тенговые инструменты регулятора, чем их основная – кредитная деятельность.

Тем самым, какими бы благими намерениями Нацбанк ни прикрывался, проводя жесткую монетарную политику, будь то борьба с инфляцией или валютными спекуляциями, по существу он выступил и продолжает выступать в качестве одного из главных препятствий для увеличения кредитования банками второго уровня (БВУ) и роста экономики.

Шила в мешке не утаишь

Причем происходит это на фоне усиления проблем в банковской системе в условиях кризисных явлений в казахстанской экономике. Шила в мешке не утаишь. Уже мало для кого остается секретом, что в случае проведения обещанного Нацбанком стресс-тестирования БВУ наружу вылезут такие проблемы, которые по масштабам вполне могут оказаться сопоставимыми с проблемами отдельных банков в период кризиса 2008-2009 годов.

Как недавно сообщило агентство Bloomberg со ссылкой на черновик письма правительству от ассоциации финансистов Казахстана (АФК), БВУ предупреждают, что могут не пройти стресс-тесты регулятора и оказаться под угрозой дефолта без вливаний нового капитала. В этом случае, по мнению АФК, Нацбанку придется предоставить банковской системе существенный объем ликвидности.

Позиция финансистов вполне понятна — деньги любят тишину. Ведь в случае проведения стресс-тестов и, более того, если их результаты станут публичными, то скелеты в шкафу банковского сектора, вынесенные на суд широкой общественности, имеют все шансы спровоцировать бегство депозитов и кризис всей банковской системы.

Другими словами, последствия стресс-тестирования казахстанских БВУ, если верить намекам банкиров на те проблемы, которые оно может вызвать, будут сродни открытию ящика Пандоры. Понятно, что это не пойдет на пользу ни банкам, ни регулятору, поскольку последний в спешном порядке должен будет заниматься спасением проблемных банков.

Поэтому остается посочувствовать регулятору по поводу того, какие дилеммы ему приходится решать. Ведь в противном случае, если не проводить стресс-тестирование, то монетарные власти по-прежнему не будут иметь полной оценки глубины проблем банковской системы Казахстана и, соответственно, не смогут своевременно разработать меры по их решению.

В конце концов, это еще сильней может подорвать доверие населения к Нацбанку. Конечно, это произойдет только в том случае, если негативные процессы в банковском секторе выйдут из-под контроля регулятора и приведут к новым финансовым потрясениям, к тому же в условиях отсутствия полного преодоления отрицательных последствий предыдущего кризиса.

***

© ZONAkz, 2016г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...