Гармония между мужчиной и женщиной проблематична в принципе. Но когда она нарушается целенаправленно, последовательно и масштабно, как в случае с радикальным феминизмом, то у данного процесса должны быть очень серьезные интересанты. Радикальный феминизм – это политический/политтехнологический проект, который призван участвовать в кумулятивном эффекте по сокращению населения планеты. Одни политики-ультраглобалисты озвучивают желаемую численность человечества в 2 млрд, другие в 500 млн. В любом случае достижение таких целевых показателей невозможно без выдергивания женщины из семьи.
Многие права, которые были у женщин в Древнем Египте, дамы в Западной Европе получили к середине XX века. Потому что общественный прогресс – вещь не линейная. Большую роль в завоевании прекрасным полом политических прав сыграли суфражистки перед Первой мировой войной.
В современном мире у женщин полно проблем, в том числе в государствах коллективного Запада. Насильники вообще и семейно-бытовое насилие в частности, сокращение реальной социальной поддержки матерям-одиночкам, неравенство в оплате труда на одной и той же позиции у мужчин и женщин. В Испании, например, в семьях иммигрантов из Африки проблем с насилием по отношению к женщинам и детям гораздо больше, чем хотелось бы, однако радикальный феминизм направлен в первую очередь против нормальных испанских семейных пар, в чьи отношения с сомнительными догмами лезут с энергией, достойной лучшего применения.
Симулякр – это некое универсальное совершенное явление, которого в действительности нет. Агрессивный феминизм направляет энергию общества на работу с симулякром. Тем самым человеческая энергия, то есть самый ценный и по определению ограниченный ресурс, расходуется на ложные цели и ведет в тупик.
Человек «нового дивного мира» должен положительно относиться к любым предписанным ему «уколам», поддерживать половые девиации, отказываться от употребления нормального мяса и молочной продукции, а теперь еще и мириться с радикальным феминизмом.
Сегодня в развитых странах женщины имеют право голоса, учебы в университетах, могут работать хоть водителями-дальнобойщиками, хоть лесорубами, летать в космос. Однако радикальный феминизм своей провозглашенной целью ставит не равноправие, а равенство, которого в силу биологических законов быть не может.
Кто целенаправленно следит за гендерной и межполовой проблематикой отмечают, что с годами (десятилетиями) заметно продвижение к унисексу. Женщины становятся все более мужественными, а мужчины приобретают значительно больше женоподобных характеристик.
Если посмотреть на проблему с точки зрения тех, кому нужно сокращение населения, то разрушение семьи является обязательным элементом программы. Все это не отменяет развала образования и массового здравоохранения, перевода производства продуктов питания от агропрома к химпрому, обнищания населения с одновременной государственной поддержкой ЛГБТ-сообщества, и тем не менее семья всегда в фокусе прицела.
Когда государственная социальная политика и структуры повседневности выстраиваются таким образом, при котором рождение детей становится тяжелым бременем (семья и дети по сути бремя, просто его можно целенаправленно облегчить или утяжелить), то это удар по семье сам по себе. Попутно его усиливают тиражируемыми в информационном поле культурными образцами, которые не направлены на создание и поддержание семьи, рождение и воспитание детей.
Кризис семьи усиливается общим кризисом государства как института. Ультраглобалистам государство не нужно, поскольку в их желаемой картине мира всем управляет консорциум транснациональных корпораций, по своему функционалу похожих на Британскую Ост-Индскую компанию.
Как окончательно выяснилось в XXI веке, даже корявое государство способно выполнять функции социальной защиты населения, пусть и «на минималках». Транснациональным корпорациям все это не интересно. Вдобавок самый сильный полевой командир продает природные ресурсы дешевле, чем самое слабое государство. Государство не способно выжить без семьи как института общества. А семья невозможна без женщины.
Проводимая ультраглобалистами политика и тиражируемые культурные образцы работают против создания семьи, поскольку нормальным людям, способным создать семью и воспитывать детей все труднее найти друг друга. Вторая проблема – это экономический базис семьи. Как только она заводит ребенка, а тем более второго, то сыпятся и финансовый бюджет семьи, и бюджет времени.
На Западе дополнительным ударом против семьи выступает ювенальная юстиция, которая теперь семимильными шагами продвигается и в Казахстане. Работа данного института функционально заточена на то, чтобы вырывать ребенка из семьи, а не помогать в воспитании. Под это дело создана обширная инфраструктура, включая профессиональные приемные семьи для «освоения» бюджетов.
Радикальные феминистки с их лозунгами отказа от гендерных ролей гораздо сильнее вредят обществу, чем помогают. Тем более с современными возможностями медицины, когда отказ от рождения детей достаточно легко осуществить технически.
Вместо реальных проблем, с которыми сталкиваются женщины в современном мире, агрессивный феминизм на первый план выдвигает симулякры и тем самым расфокусирует внимание с настоящих угроз в пользу вымышленных. Возможно, не особо опасный сам по себе, он вплетается в общий букет деструктивных вещей и наносит вред в создаваемом разрушительном кумулятивном эффекте.
Одни из массовых жертв радикального феминизма – сами женщины. Поскольку тиражирование опасных идей и ложных представлений в промышленных масштабах сбивает систему координат у нормальных мужчин. На даме не всегда написаны ее гендерные принципы, поэтому в обществах, где агрессивный феминизм перевалил определенную критическую отметку, нормы и критерии мужского поведения сильно поменялись.
Ну а если мужчина сам с перекошенными установками на всю голову, то ситуация еще хуже. Например, такой самец может подраться с женщиной и считает это нормальным – «равенство» ведь.
Воровство чиновников, повышение пенсионного возраста, убитые дороги, разваленная инфраструктура ЖКХ агрессивных феминисток не волнуют. А вот министр или министр_ка – это для них важно, мэнспрединг (привычка некоторых мужчин сидеть широко раздвинув ноги в общественном транспорте) вообще не позволяет им спокойно жить на белом свете.
Радикальных феминисток в их картине мира унижает буквально вся классическая культура. Если взять произведения Уильяма Шекспира, то в «Венецианском купце» они усматривают антисемитизм, в «Тите Андронике» расизм, в «Комедии ошибок» пропаганду сексуального насилия. Еще в 2018 году в опере Жоржа Бизе «Кармен» была придумана новая развязка: героиня в порядке самообороны пристреливает дона Хозе и поет: «Я убила его. Арестуйте меня!» За прошедшие годы «жести» стало больше, ведь проект ввиду его продуктивности с финансирования никто не снял.
Агрессивный феминизм – это не политический и общественный сигнал, а шум. Его предназначение состоит в формировании ложного сознания и уводе общественного внимания от реальных, важных и злободневных целей. Фактически радикальные феминистки выступают одним из инструментов манипуляций общественным сознанием и вниманием. Пока довольно успешным, судя по вкладу в общее плохое дело.
***
© ZONAkz, 2024г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.