В Чечне убивают разных людей, но Фейсбук почему-то возбудился из-за геев

Каждый болеет за свою команду, но неужели у ЛГБТ она такая большая?

Социальные сети – это реально кривые зеркала общества? И если да, то до какой степени кривые? Подобные вопросы непроизвольно возникли в свете очередного посещения Фейсбука. Я себя к завсегдатаям соцсетей не отношу, ибо при всей  их очевидной пользе (масса разнообразной информации, включая полезную, свидетельства сложности и противоречивости человеческой природы) съедают массу времени, а время – это стратегический ресурс. И, тем не менее, «хождение в социальные сети» стало частью современной информационной жизни. Последний раз удивило, насколько близко жители Фэйсбука приняли проблемы геев Чечни. Но почему именно такая избирательность – вопросы остались.  

Долгое время я считал себя вполне толерантным человеком по отношению к секс-меньшинствам. Лесбиянкам даже сочувствовал – думал, что это специфическая реакция на деградацию самцов, вводящая часть женщин в безысходность. Однако годы шли и в какой-то момент в реальность голубого лобби я уверовал.

Одной из знаковых вех стала довольно дежурная пресс-конференция, проведенная в декабре 2014 года и приуроченная к международному дню борьбы со СПИДом. Сходил, написал репортаж, сайт его разместил. Потом звонок в редакцию и настойчивая просьба поменять слово «педерасты» на «мужчин, практикующих секс с мужчинами». Попытки объяснить людям, что я не в их уста такое слово вставил (то есть не цитата), а от себя, чтобы более емко описать ситуацию, успеха не имела. Газета все-таки электронная, и по моей просьбе человек с доступом к панели управления изменил «педерасты» на «гомосексуалисты».

Потом опять звонок из надоедливого фонда и настойчивая просьба применить формулировку «мужчины, практикующие секс с мужчинами». Причем по реакции на том конце телефона казалось, что не пойди наш сайт навстречу, так звонящего поставят ракообразным способом и заставят претерпеть. Ладно, поменяли еще раз, но осадок остался.

Марш протеста ЛГБТ-активистов

Я согласен с тем, что толерантное отношение к представителям ЛГБТ является показателем свободы общества, но зачем палку перегибать? Сексуальные девиации – это все-таки отклонение от нормы, а их уже целенаправленно возводят в культ и рекомендуют к применению. Как можно сочинять сказки для детей, в которых принц искал себе принцессу, искал, а, в конце концов, нашел принца, тот ответил взаимностью и стали они жить в любви и счастье? «Горбатая гора» на таком фоне просто верх умеренности в притязаниях.

Недавно мне позвонили по рекомендации и попросили в качестве журналиста поприсутствовать на беседе с одним из учредителей частной школы, которая в Алматы обучает школьников по программе одного европейского государства. Сын-подросток пришел к отцу и рассказал, как учитель-экспат объяснял, что в педерастии и сопутствующих вещах ничего страшного и противоестественного нет. Папа оказался убежденным натуралом и хотел поговорить с руководством, а меня взять в качестве журналиста для компании. Однако в означенный час мужчина дал отбой. Видимо, понял, что со своим уставом в чужой монастырь (бордель, частную школу) не ходят.

Тогда вопрос, почему гей-активисты решили «дразнить» Северный Кавказ? Из общения с представителями северокавказских народов я в свое время вынес, что не все они различают активных и пассивных педерастов. Некоторые наивно думали, что раз не тебя, а ты другого мужчину, то как бы и не считается. Узнав, что из рядов натуралов за такое исключают, часть обещала внести изменения в свою картину мира.

Итак, в Чечне, которая себя позиционирует отнюдь не геялюбивой (своего рода антипод Калифорнии), «Новая газета» установила репрессии против гомосексуалистов. По-человечески жаль, но нисколько не больше, чем других людей, которых похищают, пытают, убивают в том же регионе. Или погибших в метро Санкт-Петербурга, при теракте в Пакистане. 

Последняя история с чеченскими геями вызвала в памяти двойной теракт в Багдаде (июль 2016-го). Я как раз бродил по лентам новостей и число жертв не было установлено (то ли около 300 погибших, то ли больше), а потом посетил «Фейсбук». Не помню, чтобы тогда кто-то горевал в казахстанском сегменте. В общем, продолжаю пребывать в уверенности, что смерть человека «банальной» либо неустановленной сексуальной ориентации ничуть не менее трагична, чем кончина гей-активиста.            

***

© ZONAkz, 2017г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...