Астана. 20 августа. КазТАГ – Оксана Скибан, Баубек Коныров. Действия судебных исполнителей в Казахстане в большинстве случаев приводят к «жутким» последствиям, сказал известный казахстанский юрист Сергей Уткин, комментируя самоубийство бизнесмена при попытке сноса судебным исполнителем придорожного кафе в Астане.
«Относительно действий этого судебного исполнителя. На мой взгляд, эти принудительные сносы, когда особенно должник находится там и предпринимает в ответ какие-то жуткие противодействия вплоть до самоубийства – такого вообще не должно быть. Как должно быть по закону?! Человек обязан исполнять решение суда. Судебному исполнителю не надо применять силу. Он просто должен привлекать к ответственности лицо, которое принудительно не исполняет решение, требование суда», — сказал С. Уткин корреспонденту МИА КазТАГ в понедельник.
Он отметил, что судебным исполнителям, представителям правоохранительных органов всегда требуется объяснять ответчикам, что тех могут привлечь к уголовной ответственности за неисполнение решений суда.
«Чтобы не было этого напряжения должны все действовать дружелюбно: и полиция, и судоисполнители. Они должны объяснить, что на законных основаниях ответчика могут привлечь к уголовной ответственности. Это абсолютно нормальная процедура. Не надо судебным исполнителям так накалять обстановку и все громить. Противостояние через привлечение к уголовной ответственности – это наиболее мягкий метод исполнения решения суда, принудительного исполнения. Почему-то наши судоисполнители не пользуются этим. В подавляющем большинстве случаев. А просто грубой силой, по-пацански замутить: «Да кто ты такой, да я тебя сейчас…» и быстро технику пригнали… Неправильно! Так не надо делать. Через уголовку до многих дойдет. И доходит до людей», — убежден эксперт.
При этом С. Уткин отметил, что обе стороны должны основываться на правовых формах решения конфликта.
«Когда человеку прямо «светит» эта уголовная ответственность, он это все понимает, он вынужден согласиться, тогда есть другие правовые способы – обжалование, к примеру. (…) Судоисполнитель должен был сказать этому человеку, который застрелился, что он обязан был снести свой дом, если тот говорит, мол, я не буду сносить. Хорошо, тогда его привлекают к адмответственности: составили протокол, суд наложил штраф. Допустим, на человека не действует, что дальше? Уголовная ответственность. Судебный исполнитель обращается в правоохранительные органы, в полицию. Полиция заводит уголовное дело на этого человека и привлекает его к уголовной ответственности за злостное неисполнение решения суда. Вплоть до заключения под стражу», — пояснил он.
На деле, по его мнению, складывается впечатление, что судоисполнителями как бы «жалеют» ответчиков и поэтому «принудительно все ломают».
«Должны привлекать человека к уголовной ответственности, но вроде бы в какой-то степени такое ощущение, что наши судоисполнители, правоохранительные органы как будто бы жалеют этих людей. Типа входят в их положение – вот они там переживают, у них что-то забирают, мол, зачем их еще привлекать, в тюрьму сажать или штрафовать. Но сам факт – не привлекают в уголовной ответственности, а просто тупо принудительно все ломают у человека на глазах – это игнорирование требований закона, и приводит вот к таким жутким последствиям, когда человек в себя стреляет. А ведь он мог перед тем, как застрелиться, перестрелять этих судебных исполнителей и еще полицейских. Удивительно, что он еще этого не сделал. До этого тоже могло дойти. Как в Бакае и Шаныраке было, когда полицейского заживо сожгли», — привел пример юрист.
Вместе с тем С. Уткин добавил, что у застрелившегося владельца кафе априори был шанс оспорить решение суда.
«Насколько там законное решение – я не берусь судить: правильно или неправильно суд принял (решение – КазТАГ) о сносе. И не знаю, на какой стадии (дело находилось — КазТАГ). У нас есть первая инстанция, затем апелляционная. Но раз уже вступило в законную силу, то там уже апелляционная, и остается последняя – кассационная инстанция – это Верховный суд. Он может два раза рассмотреть. Первый раз – это обычное обращение. Второй раз можно на имя председателя направить, если, допустим, первый раз откажет Верховный суд, не станет рассматривать, но еще есть шанс – лично председателю Верховного суда написать ходатайство и у него есть такое право – лично внести на пересмотр решения. Можно записаться на прием. Я не знаю, насколько эти люди прошли эти процедуры, но это правовой способ, чтобы найти правду», — уточнил он.
В заключение эксперт заметил, что «если решение состоялось, вступило в законную силу и есть исполнительный документ, то подразумевается, что оно законно», но в то же время в процессе рассмотрения дела все зависит от судьи. Именно он должен вникать во все подробности, хотя в реальности, по словам эксперта, «законом жалость не предусмотрена».
«Жалость законом не предусмотрена. Могут и жилой дом снести. Без всякого там кафе. Единственный у человека. Буквально на днях в Алматы снесли у бабушки дом. Была в СМИ фотография – старушка сидит на развалинах, жить ей теперь негде. Но это тоже решение суда, по каким-то критериям в суде приняли такое решение. Никакое не кафе, а тоже снесли. И законом не предусмотрено, что человека государство обязано обеспечить жильем, если оно снесено по решению. Это может быть плохо, но такой обязанности у государства нет, законодательной. Государство не думает, как человеку дальше жить. Это судья должен во все вникать. Судья же тоже действует строго по закону. Хотя у судьи тоже есть «вилка» — то ли сносить, то ли нет. Он в одном случае может применить снос, в другом – наказать штрафом. По-всякому бывает, но вся ответственность на судье лежит – вникать во все особенности дела», — подчеркнул С. Уткин.
Напомним, 17 августа сообщалось, что в Астане на объездной дороге между Карагандинской и Павлодарской трассами при сносе незаконно построенного придорожного кафе судебным исполнителем по постановлению суда выстрелом из ружья покончил жизнь самоубийством хозяин заведения. По данному факту было начато досудебное расследование.