На «Поясе и Пути» больше возможностей или угроз?

Китай слишком огромный, чтобы не испытывать гравитацию от взаимодействия с ним

«Транспортировка товаров между Европой и Китаем по суше невозможна без России и стран Центральной Азии», – подчеркнул Андрэ Хан, депутат бундестага (ФРГ). Немецкий политик категорически против двойных стандартов, поэтому при взаимодействии Евросоюза с государствами региона «нужно четко определиться с тем, что является единым стандартом по правам человека (права женщин, детей, людей с ограниченными возможностями)». Прозвучало это в ходе международной научной конференции «Инициатива «Пояс и Путь» и перспективы социально-экономического и общественно-политического развития стран Центральной Азии». Мероприятие проводилось Фондом Розы Люксембург в Центральной Азии и Казахстанско-Немецким университетом.

В ходе конференции несколько раз прозвучал тезис о том, что синофобия в регионе вызвана недостатком знаний о Китае. Если могучего восточного соседа изучать и проводить взвешенную политику, то никаких серьезных проблем возникать не должно.

Саодат ОлимоваОднако Саодат Олимова, директор научно-исследовательского центра «Шарк», привела пример с другого ракурса.

Таджикистан и Китай плотно не взаимодействовали с 8-го века и до 2007 года (советский опыт не в счет). Все началось с 11 сентября 2001 года, поскольку после этой даты в Таджикистане появились западные военные. В 2004 году стало функционировать автомобильное сообщение между двумя государствами через перевал Кульма (более 4 км над уровнем моря). А с 2007 года, когда между Душанбе и Пекином был подписан договор о добрососедстве, темпы сотрудничества стали испытывать взрывной рост.

«Китайская «интервенция» дала Таджикистану прекрасные дороги, туннели просто поразительные», – отметила г-жа Олимова. В этой стране нет синофобии, как в Казахстане или Кыргызстане. Из-за того, что в КНР правят коммунисты, таджикское население к Поднебесной относится с симпатией, ибо в обществе мощная ностальгия по коммунистическо-советскому прошлому.

Вместе с тем, построенные китайским бизнесом цементные заводы не только превратили Таджикистан в экспортера цемента (раньше он импортировал его из Пакистана), но и ухудшили экологию (много пыли). Нет информации о том, какие последствия несут агротехнологии, которые китайские фермеры используют на взятой в аренду на 49 лет земле. «Фрукты и помидоры стали невкусные, зато их много», – прокомментировала ситуацию в сельском хозяйстве Саодат Олимова. Более плотное знакомство с Китаем дало результат в таджикском социуме. Если четыре года назад только 3% населения опасались КНР, то сейчас таких 12%.

«Китай преследует собственные цели, но объективно поддерживает безопасность центрально-азиатских государств», – считает Дина Малышева, ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова. Специалист объясняет данное обстоятельство тем, что Пекин рассматривает безопасность в ЦА как часть собственной безопасности (регион Синцзяна). Помимо этого у государств региона есть еще ряд конкурентных преимуществ на китайском направлении. В настоящее время 94% контейнерных грузов из Китая в Европу направляется морем, поэтому суша нужна Пекину из стратегических соображений диверсификации. Если обратиться собственно к Казахстану, то географический фактор в 1782 км общей границы с Поднебесной тоже невозможно не учитывать.

Благодаря развитию инфраструктуры, КНР создает условия для транспортировки центральноазиатских энергоносителей, в получении которых нуждается. Местные элиты любят иметь дело с китайской стороной, поскольку Пекин во внутренние вопросы не лезет, правами человека не интересуется и демократии не учит.

«Почему западные кредиты рассматриваются как средство развития для населения стран-реципиентов, а китайские как угроза и долговая ловушка?» – задался вопросом Булат Султанов, директор ИМиРС КНУ. Фактически получается, что кроме конструирования имиджевых образов за указанным тезисом ничего не стоит.

Рустам Бурнашев Политолог Рустам Бурнашев разделил экспертные круги Казахстана на «синофобов» и «синофилов». Первые утверждают, что участие республики в Инициативе «Пояса и Пути» приведет к закреплению Центральной Азии в качестве мировой периферии. Вторые же уверены, что как раз неучастие в китайских проектах законсервирует Казахстан на обочине прогресса со всеми вытекающими из этого негативными последствиями.

Востоковед Адиль Каукенов не согласен с термином «синофилы». Он заявляет, что таких в Казахстане практически нет, просто из-за перманентной ксенофобской истерии люди с взвешенной и нейтральной позицией записываются взвинченной частью общества и информационного поля в «синофилы». «Синофобия находится внутри ксенофобии, – подчеркнул г-н Каукенов. – Разрыв между верхами и низами в Казахстане по отношению к КНР несет угрозы».

Ирина Черных, КИСИ, рассмотрела отношение к Китаю с точки зрения социетальной (идентификационной) безопасности на основе исследования фокус-групп. Населением Казахстана транслируются преимущественно негативные нарративы. Среди них: рост экономической зависимости Казахстана от Китая; рост коррупции в Казахстане из-за использования китайцами коррупционных практик; наличие серьезных культурно-лингвистических различий между казахами и китайцами; лагеря перевоспитания в Синцзяне. Исследование показало, что к КНР более негативно относятся в тех регионах, где есть китайские предприятия.

«В силу фрагментирования населения Казахстана четкий «образ другого» в лице Китая не сформирован», – один из выводов работы. «Китая не надо бояться, его нужно изучать, с ним сотрудничать и отстаивать собственные интересы», – это уже экспертный дискурс.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...