Съезд партии “Отан” принадлежит к
символическим событиям истории
казахстанского партийного строительства…
Разгадка их еще впереди
Неизвестный летописец
Итак, ровно месяц тому назад состоялся съезд партии “Отан”. Это кульминация процесса партийного строительства в том его виде, какой необходим и выгоден власть предержащей. Но значит ли это, что партия “Отан” — это само партийное совершенство и теперь-то власть имеет на внутриполитическом (а иначе — зачем власти партии?) поле явное преимущество?.. Нет конечно. И дело тут не в том, что эта партия слаба идеологически (хотя есть и такое) или финансово несостоятельна (здесь как раз все обстоит с точностью наоборот!). Вся проблема в том, смотря под каким углом зрения рассматривать феномен казахстанского партийного строительства… Многопартийная система в Казахстане изначально является квазипартийной системой. Этой ситуации можно найти два объяснения. Совершенно прав советник главы государства Е.Ертысбаев, когда утверждает, что в законодательном и нормативно-правовом плане относительно определения статуса политической партии Казахстан еще значительно отстает от международно-правовой практики. С другой стороны, эта оценка справедлива лишь с формальной точки зрения, если согласиться со схоластикой того же г-на советника, уверяющего всех в том, что в Казахстане уже заложен основательный фундамент демократического устройства общества, а впереди теперь лишь долгий и нудный процесс возведения всего остального здания казахстанской демократии… При этом подразумевается, что процесс сей очень серьезный, не терпит суеты, а оппозиция своим радикализмом только мешает второму этапу демократических реформ. О том, что партийная система, в классическом ее понимании, невозможна в Казахстане по причине отсутствия классической же демократии, ни сам президент, ни его советники не говорят и, по всей видимости, никогда не скажут. Даже для оппозиции с этим вопросом все ясно! Согласно их мнению, демократия готова опуститься на головы казахстанцев также быстро и неожиданно, как суверенитет, но только при одном-единственном условии — изъятии из политического (партийного и пр.) процесса… персоны первого и действующего президента Республики Казахстан. Понятно, что в той системе координат, в которой ныне очутился Казахстан, слыть демократом и борцом за установление принципов демократии приходится как основной массе оппозиции, так и власти. И та, и другая сторона достаточно активно используют партии как еще одну возможность соперничества, к тому же вполне отвечающую духу политического плюрализма. Поэтому обратимся к казахстанскому опыту партийного строительства – который хотя и не соответствует каким-то общепринятым классическим канонам – но все-таки сложился как данность. Заодно попробуем дать наиболее адекватную оценку самой мощной партийной организации демократического Казахстана…
***
Процесс создания политических организаций и общественно-политических партий власть изначально взяла под свое крыло. Вместе с тем однозначно утверждать, будто все у власти шло как по маслу, тоже нельзя. У власти было немало достаточно сильных оппонентов как в самом начале эпохи независимости, так и сейчас, когда Казахстан
начал разменивать второй десяток своей самостийности. В том числе — и на партийном уровне. Список в этом направлении можно начать с позабытой ныне всеми Социалистической партии. Ведь ее практическое исчезновение было на руку Н.Назарбаеву, который прекрасно понимал, что такая политическая организация, собравшая такие личности, как Ермухамет Ертысбаев и Петр Своик, Газиз Алдамжаров и Серикболсын Абдильдин, — это конкретная угроза идее президентской республики. Потом все названные деятели банально перессорились, на сегодняшний день лишь С.Абдильдин и П.Своик оказались политическими попутчиками, но соцпартию-то уже не вернуть. Кстати, после развала соцпартии Е.Ертысбаев и П.Своик оказались во власти, только казах Ертысбаев удержался в ней, а русский Своик со свистом вылетел. К тому же крушение этой партии стало первым опытом бесславного конца всех последующих, потенциально опасных для режима политических организаций. Вспомним Народный Конгресс Казахстана. Особая статья — Петр Своик, “блуждающий сперматозоид оппозиции”, который пытается осеменить все оппозиционное лоно, но от этих усилий пока ничего жизнестойкого не рождается. Но когда Своик входит в раж “осеменения”, сам по себе этот процесс оживляет активность оппозиции.Здесь нельзя не отметить и такую особенность, которая присуща партстроительству “а-ля Казахстан”: независимо от того, провластного они характера или оппозиционного, все партии возникали при наличии лидера. Всегда была необходима более или менее значимая фигура. Скажем, Народный Конгресс – это прежде всего Олжас Сулейменов. СНЕК (на базе которой была создана потом партия ПНЕК) – это Серик Абдрахманов. ПНЕК – это уже Куаныш Султанов. Оба этих деятеля в восьмидесятые и в самом начале девяностых имели претензии на то, что стать первыми лицами государства. РНПК – это Акежан Кажегельдин. Таким образом, можно сделать заключение: практика показывает, что там, где не пахнет личностью, не то чтобы нежизнестойкое, а вообще на свет появляется только мертворожденное. Допустим, была такая организация — Народно-кооперативная партия Казахстана. Хотя во главе ее стоял Умирзак Сарсенов, не самый последний человек в Казахстане, в отличие от многих людей своего ранга, настоящий умница и не фанфарон, он никак не проявлял себя в качестве политика. Партия, имевшая неплохие перспективы, быстро умерла и в конце концов была поглощена “Отаном”. А все потому, что У.Сарсенов самоустранился (партию ему, видимо, просто навязали…) либо ему просто не дали работать… Или вот, скажем, Демократическая партия Казахстана, которую сконструировали Алтынбек Сарсенбаев и Марат Тажин. Эти политтехнологи немало чего придумали, но это был их самый провальный проект. Ходили, правда, разговоры, что эту партию они делали только ради отмыва каких-то “скромных” сумм. А все потому, что им самим некогда
было олицетворять партию, а отправленный “смотрящим” за партией Серик Сейдуманов оказался слишком кабинетно-серым. Впрочем, если бы связка Сарсенбаев-Тажин, эта “сладкая парочка “Твикс”, встала бы в один прекрасный день во главе любой, самой раскрученной партии в качестве ее публичных лидеров, то уже на другой день эту партию ждал бы неминуемый крах. Потому что, несмотря на всю свою политическую и аппаратную искушенность и гибкость, это абсолютно непубличные деятели, а их фактурность может только раздражать электорат… Но их труды не пропали даром, старые заготовки пригодились при создании демпартии “Ак жол”…А вообще, перефразируя известную сентенцию, можно сказать: какого полета политтехнологи, такие и партии… Так что начавшийся в 1995 году процесс строительства многопартийной системы в Казахстане даже близко не напоминает российское партийное пиршество – никаких тебе животворящих идей, ярких, нестандартных фишек. Сначала набили оскомину пропрезидентские партии, чьи уставы и лозунги были написаны словно под копирку. Очарование же кажегельдинской РНПК быстро испарилось, т.к. очень скоро выяснилось, что за ней стоят круги, недалеко ушедшие от властных, и перспективность экс-премьера в качестве народного любимца ничем не краше, чем у его политического противника. Не вызывает энтузиазма и то обстоятельство, что ввиду абсолютной безыдейности, политической дисперсности (опять же с точки зрения демократических ценностей) казахстанского общества партии не только не стали массовыми, они превратились в некие конторы
, в которых даже бюрократическая часть поставлена из рук вон плохо. Разве что Гражданская партия, представляющая интересы “алюминиевого” барона А.Машкевича, в бюрократическом смысле показала, как можно “делать вид”. По крайней мере, на фоне всех остальных “партий”… Но эта партия, обслуживая интересы власти, заодно стоит на страже интересов и ФПГ “Евразийская группа”. Поэтому идеальной партией для власти, конечно же, следует считать прежде всего партию “Отан”. Ее сильным и одновременно слабым местом также является тот факт, что это откровенно провластная организация. Поэтому количественная характеристика для этой партии становится главным козырем.Но с недавних пор, а если быть точным, то после появления на политической арене ДВК, а затем и резвого “Ак жола”, наличие лишь такого козыря, как массовость организации, оказалось маловато для солидности “Отана”. К тому же шумный уход из парламента и, что немаловажно, парламентской фракции “отановцев” Булата Абилова, его критика в адрес Сергея Терещенко сильно подорвали реноме самой большой партии страны. Демарш всенародного любимца Бути, безусловно, потряс “Отан”, ибо какой бы многочисленной не была партия, когда ее покидают столь известные личности, любые слова о том, что “зато в партию вступило еще тысяча членов” звучат неловко. Ну а когда освободившееся в парламентской фракции “Отана” место Булата Абилова отказалась занять певица Роза Рымбаева, стало ясно — “Отан” переживает кризис. Кстати, и этот кризис, в отдельно взятой партии, как и в целом внутриполитический кризис, поразивший страну в ноябре прошлого года, выявил чрезвычайно любопытный момент. И также имеет прямое отношение к той же партии “Отан”. О чем речь? Впервые в политической риторике появилась жузовская, трайбалистская компонента. То, что такого рода явление присутствует в общественно-политической природе Казахстана, было известно с незапамятных времен. Но еще с советских времен на публичное обсуждение этого родо-племенного пережитка было наложено табу. В эпоху суверенитета такие тенденции стали набирать оборот и теперь, по всей видимости, достигли таких размеров, что молчать о них уже никак нельзя. Косяком пошли “фрейдистские оговорки”. Например, Нурболат Масанов печатно недоумевал, почему новоявленная политическая партия, вызревшая из ДВК, назвалась именем-кличем аргынов “Ак Жол”, когда как в сопредседателях значатся не только представители Среднего жуза. Аргын Булат Абилов, не признающий деления казахов на роды и племена, отчитал кипчака Масанова, а шапраштинец Ураз Джандосов объяснил общественности, что в названии партии использовано не имя собственное одного из великих предков казахского рода аргын, поэтому не “Акжол”, а “Ак жол”, т.е. всего лишь “светлый путь” и не более.
Лиха беда начало. Если власть официально продолжает советскую традицию замалчивания этой специфичной темы, то оппозиция, исключая разве что оппозиционно-центристский “Ак жол”, данную тематику использует с большим удовольствием. В этой среде возникло устойчивое мнение, согласно которому нынешний режим олицетворен Старшим жузом, а оппозиция представлена в основном представителями Среднего. Главными ретрансляторами данного утверждения следует, наверное, считать — первого на казахском, второго на русском — главного редактора кажегельдинского “СолДАТа” Ермурата Бапи и Петра Своика. Что касаемо “Отана”, то злые языки уже называют обновленный “Отан” союзом примирения элит Среднего и Старшего жуза. А как иначе объяснить отставку С.Терещенко, единственного неказаха, отвечавшего за крупную политическую организацию и дальнейшее фундаментальное укрепление “Отана”? Ну сидел себе человек и сидел, никому не мешал, как и в годы своего премьерства являл собой пример кадровой политкорректности, которой придерживается высшее руководство.
Но, видимо, С.Терещенко вызывал раздражение у многих групп и, что там скрывать, отнюдь не своей национальной принадлежностью, прежде всего он перестал быть компромиссной фигурой! Под тучной фигурой Сергея Александровича союз Старшего и Среднего жуза не мог состояться по определению. В дело вступила нынешняя Администрация
президента. Формально “союз примирения” был сотворен. Дело в том, что и.о. председателя партии Амангельды Ермегияев является по родовой принадлежности аргыном, т.е. номинально он представляет Средний Жуз. Почему “номинально”? А потому, что он родился в Кегенском районе Алматинской области и, что самое главное, изначально связан с элитой Старшего жуза, с окружением главы государства. Но “номинальность” прослеживается не только на этом уровне. В чем, собственно, состоит еще один недостаток партии, пожалуй, самый основной? Ныне руководящие органы партии “Отан”, в которые вошли бизнесмены, управленцы из высших эшелонов власти, непомерно раздуты. Наверняка уже образовалось несколько групп по интересам и уже заложен конфликт: почему мою бизнес-структуру “напрягли” больше, чем другого члена Политсовета или Ревизионной комиссии? Громоздкость “Отана” — это громоздкость динозавра. Без подпорок административного ресурса управление этой махиной (300 000 членов!), — которая на самом низовом уровне является суперинертной и совершенно безыдейной, но в недрах которого тоже ширится протест против складывающейся для бюджетников социально-экономической ситуации, — вряд ли будет эффективным. В этом плане гораздо предпочтительнее, прежде всего с точки зрения “пиара”, выглядит троица сопредседателей “Ак жола”. И все же, как заметили аналитики “Мегаполиса” (№45 от 14.11.02): “Поистине такой партии у власти еще не было. Власть у нас – сама по себе главенствующая партия, но такой концентрации, когда можно практически провести знак равенства между властью как таковой и политической организацией, повторимся, и впрямь еще не было”. Но, как говорится, динозавры тоже были большими и грозными обитателями земной суши…