“Власть над всем миром сосредоточена, если верить исследованию,
проведенному авторитетным американским ученым,
в руках шести тысяч человек”.
Пауло Коэльо “Победитель всегда один”
Крестьяне и жители малых городов еще весной ушедшего года увеличили площади посадок под картошку. С их схемой выживания в условиях кризиса все понятно, а вот с олигархами в 2009 году – одни вопросы.
Кинолента казахстанского капитализма уже разорвана, а сознание большинства олигархов так и осталось на уровне пубертатного периода. То, с какой скоростью и аппетитом принялись делить Нацфонд, иллюстрирует это достаточно наглядно. Однако это только часть тревожной картины.
Олигархи соперничают только с олигархами. И даже если у кого-то из них богатство чудовищных размеров, от комплексов это не спасает: бриллианты меньше, яхта отделана недостаточно оригинально, ландшафтный дизайн на личном острове в Карибском бассейне уже вышел из моды. Вот и получается, что пока многие соотечественники удовлетворены уже одним фактом отсутствия долгов на начало бушующего 2009-го, кто-то из олигархов реально страдает от ярлыка “самый бедный из самых богатых”.
В одной российской комедии работяги жаловались шефу об отсутствии денег на хлеб, а он им в ответ: “Мне сыну на “Мерседес” не хватает, и то я не жалуюсь”. Момент этот принципиальный, поскольку отражает принцип укладки “файлов” в головах представителей местного олигархата. Они живут в своей собственной реальности. В ней за последний год острова подорожали на 25-30%, а ведь остров – это не только территория, нужно решать вопросы строительства, снабжения питьевой водой и электричеством, определяться с транспортом (катер или вертолет), работать с персоналом…
Структуры государственного управления, судебная система и механизм принятия политических решений выстроены под олигархов, но от всех проблем это не спасает. Одна из ключевых – уменьшение притока денег в страну. Первый удар нанес мировой финансовый кризис, опустивший рейтинги как банков второго уровня, так и страны в целом. Финансовая система Казахстана балансирует на грани, за которой потеря доверия к ней. А когда партнеру не доверяют, то не дадут ему денег вне зависимости от того, есть они в наличии или нет.
“Ощущения” от второго удара пока еще только поступают, ибо они связаны с падением мировых цен на сырьевые товары и продукцию первого передела. Поток сырьевых долларов непозволительно долго воспринимался как улыбка Фортуны, а на самом деле она просто смеялась. Даже затянувшаяся военная операция Израиля против любителей петард в Секторе Газа перестала двигать цены на нефть вверх и они продолжили спад.
Все это происходит на фоне упадка в строительной отрасли, сопровождающегося различными скандалами из-за того, что детали все большего количества афер предаются гласности. Старшее поколение перестало кому-либо верить еще тогда, когда в прошлом полновесные советские рубли на сберкнижках были пересчитаны в тенге по курсу 500:1. Теперь к ним присоединились те, кто поверил в капитализм, начав трудовую деятельность на рубеже тысячелетий, когда экономические показатели шли вверх, а пропаганда уверяла, будто такое надолго. Людей, выбрасываемых из проблемных отраслей, просто некуда трудоустраивать, поскольку диверсификация экономики республики осуществлена только на бумаге.
За годы притока сырьевых и кредитных денег была создана инфраструктура их раздела между олигархами. В основу модели легла система монополизации отраслей и секторов экономики, при которой выход любого нового игрока становился чрезвычайно проблематичным, а в случае его появления имелось много нерыночных рычагов по удалению нежелательного конкурента. Там, где в силу размеров рынка или по другим причинам присутствовали сразу несколько олигархов, практиковались ценовые сговоры.
Даже в той модели раздела сверхприбылей не обходилось без борьбы и обиженных. Чего стоит одна история с Рахатом Алиевым и последовавшим затем разделом его активов между победителями. Вполне логично, что в результате сужения ресурсного поля войны олигархов примут более ожесточенный характер. Осведомленные люди свидетельствуют, что когда один миллиардер потерял близкий доступ к президенту, как минимум два других миллиардера отмечали данное событие трое суток с алкогольными излишествами.
До кризиса в мире олигархов действовал принцип “опоздавшему поросенку сиська возле попки”. То есть если не пускают к углеводородам – иди устраивай лохотрон с долевым строительством или занимайся контрабандой продовольствия из Китая. Теперь количество мест, где сверхбогатые люди могут поддержать свои состояния, резко сократилось. Даже олиграхи крови, вроде Тимура Кулибаева и Нурали Алиева, пристроенные в “СамрукКазына”, не могут чувствовать себя в полном комфорте. Ведь даже ручнейшие из ручнейших – депутаты парламента – вдруг стали заявлять о необходимости действенного контроля за прибылью госкомпаний.
В условиях переизбытка олигархов относительно возможностей экономической системы по их содержанию, неизбежно понижение статуса определенных представителей данной группы. Учитывая, что за каждым потенциальным кандидатом на выбывание сотни миллионов долларов, связи в чиновничьем аппарате, клиенты, частные силовые структуры и доступ к СМИ, обострения разборок в верхах Олимпа не избежать.
Ситуацию осложняет вероятность превращения населения в субъект политического процесса. Все предыдущие годы политическая жизнь Казахстана носила внутриэлитный характер (группы активистов качественно ситуацию не меняли). Теперь большие категории людей могут быть вытолкнуты на политическое поле. Это жители городов с одним-двумя градообразующими предприятиями (в первую очередь относится к горно-металлургическому сектору), молодежь (как та, что получает высшее образование платно, так и безработная), обманутые дольщики (что бы ни заявляла пропаганда, но их проблемы не решены и не решаются) и просто бедные люди. История свидетельствует, что во время экономических кризисов забастовок становится меньше, но они носят более ожесточенный характер.
Установки олигархов и основной массы населения и прежде никогда не совпадали, но в 2009 году все это должно принять особо выпуклый вид. Таким образом, войны между олигархами под девизом “отнять и приумножить” получают народный фон “делиться надо”. Государство в таких условиях не сможет работать в прежнем режиме перераспределения ресурсов от бедных к богатым, потому что у бедных уже практически нечего отбирать. Простой человек, может быть, и выживет там, где мамонты замерзли, а вот популяция олигархов в новых условиях потерь не избежит.