Из предыдущего, фальшивого, номера “Ассанди таймс” читатели (и я – вместе со всеми) узнали, что Галымжан Жакиянов, оказывается, познакомился со мной только в 2002 году. Причем по инициативе не кого-нибудь, а пребывающего к тому времени за границей бывшего премьера Кажегельдина. Оказывается, рекомендации Акежана Магжановича я обязан и тому, что был взят в ДВК “в качестве опытного организатора политического объединения”. Там же была открыта и еще одна “маленькая тайна”: оказывается, до этого я работал на Рахата Алиева и показал себя беспринципным человеком! О чем тот конфиденциально по-дружески и предупредил Галымжана…
И вот теперь уже не фальшивый номер “Ассанди ” порадовал читателей (и меня вместе со всеми) тем, что уже другой Зять, вместе с “Продуктом”, решили объединить Гражданскую и Аграрную партии в Агро-Гражданскую. На руководство которой уже приглашен Советник (напишу, на всякий случай, с большой буквы) Президента Ермухамет Ертысбаев и его старый друг Петр Своик. Над чем я сейчас, оказывается, и раздумываю.
Понимайте следующую мою фразу, как хотите, но … после этого приходится делать вывод, что со свободой средств массовой информации у нас в Казахстане все не так уж и плохо…
Ну, а если честно, то раздумываю я сейчас вот о чем:
Без партий ныне, как без воды: и ни туды, и ни сюды!
Если строить планы на будущее не на слухах, а на свершившихся политических фактах, то самым несомненным из них является состоявшаяся многопартийность Казахстана.
Пока еще зачаточная, не столько системно-государственная, сколько частно-предпринимательская, но – уже реальная. Романтические времена штучно-персонального диссидентства остались в прошлом. Пришло время политических организаций. Отныне уже не отдельные кандидаты и не акимы с Балиевой будут “делать” выборы, а именно – партии.
Причем главных выборов – президентских, это касается даже еще больше, чем парламентских. Открою “небольшой секрет”: в 2006 году нового главу государства “сделает” именно его партия, а не наоборот. Кстати (тоже по секрету): на следующих президентских выборах действующий глава государства баллотироваться уже не будет.
И это – тоже практически свершившийся факт. Обосновывать это утверждение не буду, принимайте, как хотите.
И вот эти два уже состоявшихся (буквально за последние несколько месяцев) политических факта неизбежно, очень сильно, и, – парадоксально, начинают “перекраивать” уже сложившийся (казалось бы) нынешний партийный расклад.
А поскольку такое мое утверждение требует обоснования, сделаю (для разгона) небольшое отступление в историю:
Все 90-е годы Президент решал проблему непрерывности своей власти методом разных “неожиданностей”: то “самороспуск” Верховного Совета, то (“вдруг”) нелегитимность следующего созыва, референдумы там, продление полномочий, новая Конституция и, соответственно, новые сроки.
Политические партии в этих комбинациях не задействовались, и всякие ПНЕКи организовывались тогда без осмысленного применения.
Последняя “неожиданность” была организована в конце 1998 года, причем тогда в сценарий впервые были введены политические партии. Но, опять-таки, среди 19 поправок в Конституцию, срочно принятых перед досрочным переизбранием президента, нововведение насчет десяти парламентских мандатов по спискам партий имело не самостоятельное, а, скорее, экспериментальное и отвлекающее значение.
Впрочем, коль скоро партии, хотя и краешком, были включены в политический процесс, администрация начала ими заниматься, и чем дальше, тем серьезнее.
Перед голосованием января-99 было даже дано добро на легитимизацию “конструктивной оппозиции”, оттенявшей радикально антиназарбаевскую РНПК Кажегельдина. Мы тогда (после интенсивных контактов с Маратом Тажиным) даже встретились с президентом, получили добро на преобразование движения “Азамат” в одноименную Демократическую партию, и даже некоторую спонсорскую помощь.
(Интересно, что в кабинет президента нас заводил Алихан Байменов, а к последующему процессу были подключены Алтынбек Сарсенбаев и … Мухтар Аблязов. Поучительная предыстория “Демвыбора” и “Ак Жола”, не правда ли?)
Но вскоре после переизбрания президента мы поняли, что нас элементарно “кидают”. Стало ясно, что ни на какие реальные, даже самые умеренные, демократические подвижки режим не пойдет. Курс был взят, совершенно определенно, на конструирование искусственной “многопартийности” в лице “Отана”, Гражданской и Аграрной партий.
(Окончательный крест на сотрудничестве с легитимной (но реальной) демократической оппозицией поставили итоги выборов в Алма-Ате. Из достоверных источников нам известно, что за список “Азамата” реально проголосовала тогда почти половина избирателей, а на втором месте оказалась Компартия. Это так напугало Астану, что все мешки с бюллетенями были переправлены в ЦИК и там переделывались всю следующую неделю.)
На первый взгляд, конструкция “многопартийного” Мажилиса образца 1999 года может показаться удачным проектом политтехнологов администрации, позволившим парламенту благополучно дожить до нынешних очередных выборов.
Однако чему провластные партии в их сегодняшнем виде категорически не соответствуют, так это задаче … победить на выборах.
И дело даже не в том, что они рискуют проиграть оппозиции. Разобщенность демократических сил, отсутствие телевизионного и административного ресурса и относительная ограниченность финансов делают нашу количественную победу пока отложенной.
Проблема партий власти – в них самих. Они … топят сами себя.
Спасение – в полюбовном треугольнике!
Возьмем Аграрную партию: ну какой у нее может быть реальный рейтинг при нынешнем-то составе и идеологии? Справедливости ради надо сказать, что и Ромин Мадинов и Еркин Рамазанов – люди не глупые, и с языками, но… Пропагандировать себя на селе, имея только такую “фишку”, как частная собственность на землю, это, знаете ли…
И вообще (будем окончательно справедливы к городским аграриям): планка в 50 тысяч членов, да еще требование иметь филиалы в каждом регионе, – это “мина” не под оппозицию, а как раз под такие партии, как Аграрная. Зерновых-то баронов в Казахстане намного, намного меньше. Да и люди они – не самые (сравнительно) богатые. Потому-то (честно сказать) как-то не приходилось слышать о бурной деятельности аграрных филиалов в регионах. Образно говоря, партийная сеть для отлавливания электората у этой партии получается со слишком уж крупными ячейками. (Или как тут не вспомнить обиду народных масс на некие изделия, которые “не только рвутся, но и гнутся!”)
Гражданская партия – та и количественно, и материально намного мощнее. Можно сказать – гора мышц. Как у древних ящеров, которые некогда властвовали над нарождающимся миром, но начисто вымерли по не установленной наукой причине. Однако та же наука точно установила, что у динозавров были совсем маленькие головки с мизерным количеством мозгов. И этот доисторический факт наводит (на мой взгляд) на определенные современные параллели…
Самая же большая беда случилась с “Отаном”.
С ним (с ней?) случился “Асар”. Сказано ведь: плюрализм в одной голове – это шизофрения. И это – так, хотя диагностировать раздвоение личности иногда бывает непросто, а поведение шизофреника большую часть времени похоже на вменяемое.
Вообще, человеческая психика защищена тем, что если что-то, хотя и самое нелогичное, происходит, сознание адаптируется к этому, как к норме. Но вообще-то, с позиций элементарной политической логики, “запараллеливание” партий Папы и Дочки имеет смысл лишь в том случае, если тезис, что “Асар” создан для поддержки президента – ложен.
Нет, я категорически не утверждаю, что Дарига Нурсултановна объявила “Асар” именно для борьбы с папой. Вовсе нет. На самом деле историю рождения дочерней партии власти лучше всего описывает такой диалог в переполненном автобусе советских времен:
— Молодой человек, вы лежите на мне уже полчаса!
— Но что я могу сделать?!
-Сделайте же хоть что-нибудь!
То есть, в последние два-три года в Ближнем круге накапливалось сверхнапряжение: президент ведет себя так, будто он – вечен, “Отан” – не партия власти, а эдакое “облако в штанах”, что-то надо предпринимать…
Вот — и предприняли.
Чем сбили с толку буквально всех: от не сумевших выбрать правильную ориентацию акимов, столь же дезориентированных кремлевских политтехнологов и до собственной Администрации, журналистов, политологов и просто избирателей.
Итак, что теперь, перед выборами, должны бы обратно предпринять и Президент, и его старшая дочь для превращения взаимно невыгодной им ситуации во взаимовыгодную?
Разумеется, объединить “Отан” и “Асар”. Тогда все приобретает свою логику:
Папа – глава государства, Дочка – глава папиной партии. Неявная, но очевидная для всех (и грамотно “законсервированная”) схема наследования власти, что и требуется по ситуации. Электората, заждавшегося “перемен, но без потрясений” в Казахстане – решающее большинство. Среди зарубежных “больших игроков” приверженцев азербайджанского сценария, также, пожалуй, больше, чем грузинского.
Представим, что где-то уже лежит заявление (с открытой датой) назначенного сенатором и спикером Сената Нуртая Абыкаева о том, что он (по какой-то уважительной причине) не может исполнять обязанности президента. И представим, что действующий глава государства, допустим, после парламентских выборов этого года (тоже, разумеется, по уважительной причине) отправится на отдых, — тогда исполняющим(щей) обязанности вполне конституционно станет вновь избранный спикер Мажилиса, глава победившей президентской партии…
Логично?
А какой же вывод мы должны сделать, если объединения отцовской и дочерней партий власти все же не произойдет? (А этого, вероятнее всего, уже не произойдет.)
Вывод таков: это значит, что вариант наследования по линии именно старшей дочери (старшего зятя) отнюдь не создает консенсуса в Ближнем круге. У Папы, как известно, есть и другие “продукты”, а в Семье есть весьма не слабые члены, заинтересованные в поддержке альтернативы по принципу “от противного”.
Вернее, это не вывод, а утверждение, состоявшийся факт. Вывод же из факта необъединения “Отана” и “Асара” таков: альтернативная группировка на данный момент уже сильнее (умнее, дальновиднее…), и борьба между этими двумя “президентскими” партиями за пост следующего президента пошла уже всерьез.
(Это, кстати, может выявиться уже при регистрации кандидатов: проследим, не появится ли в списках “Отана” или, допустим, где-нибудь в Атырау некто, также способный претендовать впоследствии на место спикера?)
И еще кстати: при всем том, что обе внутрисемейные пары вступили в борьбу именно за Папу: за влияние на него и за его “окончательное” решение в свою пользу, — самому главе государства не позавидуешь: в финале его роль называется “третий — лишний”.
По сути, “Отан” и “Асар” – это сейчас как бы два политических стула, на которых пока приходится “удобно” сидеть президенту. Удобно, пока в решающий момент зятья не потянут стулья каждый под себя…
Что же должен делать сейчас Президент, чтобы застраховаться от попадания между этими двумя партийными стульями?
То же, что он всегда делал при формировании своей администрации и правительства, но теперь уже на партийном поле: создать многоугольник внутренней конкуренции, в которой любая из сторон “держит” прочие. Треугольник же, как известно, самый простой и самый жесткий из многоугольников. Почему и необходимо сейчас стянуть все провластные партии в третью, плюсом к “Отану” и “Асару”, точку опоры.
Демократия как хорошо окупаемый бизнес
Эта третья партия власти, по определению, не должна иметь собственного кандидата в Президенты, и, в этом смысле, ее роль как бы вспомогательная. Но на самом деле ее роль – решающая, поскольку именно позиция этой новой “третьей силы” (не путать с той, что отрезает головы собакам и выпускает фальшивые “Ассанди”!) и определит, кто станет следующим главой государства.
Кстати, именно эта третья сила способна дать реальные гарантии на почетное будущее и действующему президенту.
Каким же партиям предназначено исполнение столь судьбоносной роли?
Это, разумеется, Гражданская и Аграрная партии, которым слияние безусловно, и взаимно, и выгодно. Вот, собственно, и все, поскольку остальные явно и скрытно провластные партконструкции решают вспомогательные специфические задачи на чужом электоральном поле.
Генерал Касымов в одиночку совершает глубокий патриотический рейд по тылам оппозиции, юрист Нарикбаев “оттянул” от партии ДВК определение “Демократическая”, депутаты Косарев с Абылкасымовым стибрили у нас прилагательное “Народная”, а у Абдильдина с Тохтасыновым брэнд “Коммунистическая”.
Без осмысленного дела остался лишь не имеющий самостоятельного значения “Руханият”, который лучше всего “пришпилить” либо к “Отану”, либо влить в ту же “Агро-Индустриальную” партию.
Очень интересный разворот событий может случиться с программным обеспечением партий власти.
Пока авторитарный режим был в силе, им оставалось только поддерживать “политику президента”. А поскольку после раскола по линии ДВК из лексикона власти были исключены даже обещания децентрализации и выборов сельских акимчиков, все политические установки партий власти свелись к беспомощному топтанию вокруг тезисов о долгом и самобытном пути Казахстана к западным ценностям.
Между тем, быстрая утрата президентом своей роли главной, и единственной, фигуры власти актуализирует, и, в первую очередь, — именно для реально претендующих на парламентское большинство партий, проблему усиления парламента как такового и партийных фракций в нем.
Процесс, как говорится, уже пошел, чему мы, по всей вероятности, станем свидетелями на предстоящем съезде “Отана”. Не без того, что там будет объявлена некая программа политических реформ, начиная с увеличения партийной квоты до, скажем, 33 мандатов.
Что интересно: недавно опубликованная одноименная программа Демократической партии “Ак Жол” (судя по явной “умеренности” конкретных предложений и полной размытости конечной цели), видимо, являет собой некий перехват инициативы, основанный на “утечке” из Администрации (не зря же на последнем митинге “Ак Жола” одним из сопредседателей было заявлено, что в правительстве нет чиновника, который бы в приватном разговоре не уверял, что разделяет их требования).
Я же уверяю вас, что монополия демократической оппозиции на требования демократизации президентской системы вполне может оказаться временной. Эпоха режима личной власти во всех смыслах уже отживает свое. Новый президент (откуда бы он ни пришел) по определению не может быть общеконсолидирующей фигурой. И как только вопрос замены приобретет практические контуры, именно наиболее сильным партиям срочно потребуется парламентаризм.
Вплоть до того, что им гораздо выгоднее будет формировать весь парламент только по партийным спискам.
То же и с акимами: институт назначенцев-представителей президента на местах является смыслом и опорой режима лишь при наличии монопольно-властного главы такой системы. С усилением же парламента именно центральному правительству окажется практически выгодным преобразовать акиматы в городах, поселках и сельских округах в местное самоуправление, а акимов областей-районов перевести в ранг собственных представителей.
Скажу больше: радикальные демократические реформы более чем кому бы то ни было выгодны именно хозяевам партий власти для закрепления их нынешнего имущественного и политического положения.
Им выгодна такая избирательная система, которая сняла бы любые сомнения в парламентской легитимности со стороны ОБСЕ, полная свобода частного телевидения и газет, интеграция в Совет Европы и даже реально независимое правосудие, способное сделать священным и неприкосновенным нынешнее распределение собственности.
Еще более перспективно-интригующим является социальное наполнение программ партий власти.
Что касается “Отана” и “Асара”, то они (хоть слитно, хоть порознь) обречены опираться исключительно на социальный популизм и демагогию. Если, конечно, не собираются полностью ревизовать итоги экономических реформ 90-х годов. Итоги же эти таковы, что Казахстан является местом добычи на вывоз природных ресурсов, в основном – иностранцами. А также людьми с местными фамилиями, которые самой сутью такого сырьевого бизнеса превращены во внешнеориентированных “инвесторов”. При этом на долю собственно государства Казахстан, его внутренней экономики и народа, легально приходятся лишь минимизированная себестоимость сырьевого экспорта и столь же минимизированные налоги. А также полулегальная долларовая “смазка”, создающая эффект процветания двух столиц и нескольких областных центров на фоне массово бедного населения.
Основная же природная рента извлекается уже за границей, и, в этом смысле, само название “Отана” социал-демократической партией есть экономическая бессмыслица и политическая ложь.
На самом деле именно существование таких нефтяных “суверенов”, как Казахстан, с такими компрадорскими партиями власти, как “Отан”, позволяет правительствам той же Европы проводить действенную социальную политику для своих избирателей.
И совершенно правильно умные политтехнологи подсказали “Асару” имидж партии “малых дел”: единственно верная для нее технология – это наобещать с три короба, а потом, пользуясь властным ресурсом, с четвертинку одного короба выполнять. На большее у власти, контролируемой “офшорщиками”, объективно нет ресурсов.
Здесь все весьма жестко детерминировано: нефть, по определению, должна транспортироваться к мировым центрам ее потребления именно в качестве сырья. Вопрос ее полной переработки на месте не стоит в принципе. Причем добывают нефть не в городах-поселках, а в голой степи, при минимальной “социалке” и экологии. Качественная рабсила также не нужна. Поэтому даже самый горячий патриот “Родины”, имея такой частный бизнес, будет ее … нет, не грабить и не обворовывать (делается-то все вполне законно), а, скажем так … держать поджарой. Как того барса-2030.
Единственная альтернатива такому бесполезно-вредному истощению национальных недр давно опробована мировым сообществом: смотрите опыт той же Норвегии. Это – национализация нефтяного экспорта до (по крайней мере) блокирующего, а лучше – контрольного пакета. С парламентским контролем над Национальной нефтяной компанией. В пределе же в “нефтянке” нечего делать не только иностранцу, но и вообще частнику. И эту идеологически-экономическую нишу, оппонирующую нынешней правящей линии, обязательно займет та или иная партия из числа сильных и рассчитывающих на перспективу (вытеснив из нее коммунистов).
Не подумайте, что я на что-то намекаю, но здесь в самый раз поговорить о социально-экономической программе Аграрно-Индустриальной партии.
Слово “латифундист” конечно, ругательное, а хозяева Евразийской группы вообще иностранцы, и люди какие-то нам несимпатичные. Но куда, в принципе, направлен сугубо частный экономический интерес их бизнеса?
Пока хозяева элеваторов продают за рубеж лишь необработанное зерно, а цены на муку внутри страны (по политическим соображениям) им запрещает поднимать правительство, даже самые крупнотоварные земледельческие хозяйства Казахстана постоянно будут на грани банкротства, наличие даже элементарных оборотных средств для них будет вечной проблемой, а серьезные инвестиции – мечтаниями.
А теперь представим, что правительство (за счет выверенного инвестирования той же сырьевой валютной выручки) смогло создать такой уровень зарплат и пенсий, при котором самый простой народ без напряга для кошелька приобретает хлеб, в котором заложено не менее 25% рентабельности собственно земледельца и еще столько же для мукомолов и хлебопеков. И также без напряга приобретает местное мясо, выращенное на комбикормах из казахстанского зерна, с порядочной рентабельностью по всей цепочке. И вообще, представьте, что у казахстанских аграриев (за счет массово богатого покупателя) вдруг появятся собственные инвестиции, позволяющие им наладить из зерна и мяса, шерсти и кожи выпуск для внутреннего рынка и за рубеж полностью готовых и самых высококачественных потребительских продуктов…
Это будет означать, что не только 100-150 тысяч нефтяников, но и, как минимум, половина из семи-восьми миллионов бедствующих ныне жителей страны получит очень хороший твердый заработок, а национальная экономика – мощнейший ресурс устойчивого развития.
Еще заманчивее перспективы горно-добывающей и металлургической промышленности.
Все такие предприятия расположены в городах или крупных поселках, и сами являются градообразующими. Объективно, собственники таких производств не могут не подключаться к решению жилищно-коммунальных и социальных проблем промышленных городов и, с другой стороны, крайне заинтересованы в том, чтобы “подтянуть” государство, его бюджет и административные ресурсы себе в “напарники”. Кооперирование частного бизнеса с базовой государственной поддержкой качественного образования местных кадров, опять же, составляет прямой бизнес-интерес владельцев таких предприятий.
Идем дальше: вместо того, чтобы возить за рубеж глинозем (фактически – пыль), Евразийской группе намного выгоднее выпускать первичный алюминий, еще выгоднее – прокат из него, и супервыгодно – делать готовые детали, например, самолетов. Хром, цинк, медь, свинец, уран – картина принципиально одинаковая. А ее реализация не только трудоустроит всех казахстанцев, но и начнет “втягивать” в страну новые рабочие руки, товары и технологии.
Экономически это – абсолютно реально. Но решение может быть только политическим: парламентским путем заменить нынешнее “экспортно-сырьевое” правительство на национально ориентированное. Или, по крайней мере, выстроить сильную оппозицию именно такого рода.
Все это – теория, но когда-то она неминуемо начнет переплавляться в практику. И лично мой “шкурный” интерес – чтобы этот процесс ускорялся…
Мой ответ Ермухану
А в заключении насчет предложения, над которым я, якобы, раздумываю.
Никакого такого предложения я не получал, в этом смысле думать не над чем.
Да, последнее время Советник Президента пару раз говорил мне, что готовится предложение, от которого я не смогу отказаться. Оба раза я отвечал: освобождайте Галымжана, и – излагайте.
И он оба раза сердился, и говорил, что я не созрел для серьезного разговора.
На третий раз я ему сказал: “Не мучайся, давай я сам тебе расскажу о предложении, от которого не смогу отказаться…”
И рассказал – изложенное выше.
Ему осталось только спросить, как все же я сам к этому отношусь. На что я сказал:
“Ермухан, проект объединения Гражданской и Аграрной партий – правильный. И твое участие в нем соответствует твоей сегодняшней роли…
А что касается меня, то сначала решите ваши собственные проблемы:
Это ведь не нам, — оппозиции, а вам, — власти, надо провести выборы так, чтобы они были признаны законными. Иначе на что Дарига Нурсултановна или (к примеру) Имангали Нургалиевич будут опирать свою будущую легитимность?
Разве вы не понимаете, что бойкот этих выборов реальной демократической оппозицией явится политической катастрофой именно для власти?
Но тогда зачем вы творите все эти глупости с “зачисткой” избирательных комиссий и так по-фрейдистски откровенно цепляетесь за электронное голосование?
Неужели в администрации кто-то наивно надеется, что выборы пройдут благополучно и при сидящем в тюрьме лидере “Демократического выбора”?
Короче, разберитесь сначала у себя, а за нами дело не станет…”