Заявление общественной комиссии по расследованию причин гибели журналиста Асхата Шарипжанова

24 августа 2004г.,

Журналист Асхат Шарипжанов скончался рано утром 20 июля с.г., не приходя в сознание после операции, проведенной 17 июля. Причиной его гибели следственные органы считают ДТП, случившееся 16 июля около 23-00.

Сразу же после трагедии была создана комиссия по расследованию причин гибели Асхата Шарипжанова, которую возглавил Булат Абилов. В комиссию вошли журналисты, политические и общественные деятели.

Заключение подготовил адвокат семьи Асхата Шарипжанова Мустахим Тулеев.

“Из фабулы дела: 16-го июля 2004 г. около 23 ч. 00 м. водитель Калжанов К., управляя а/м “Мицубиси – Галант” гос. номер А 078 ХОМ, следуя по пр. Абая в западном направлении, на пересечении ул. Ауэзова допустил наезд на пешехода Шарипжанова А.Т., пересекавшего проезжую часть дороги пр. Абая в северном направлении.

Первоначально было возбуждено уголовное дело по части 1 ст. 296 УК РК.”

<… здесь следует подробный анализ материалов уголовного дела …>

1. Несоответствие полученных травм травмам, характерным для ДТП. Дело в том, что Асхат получил травму левой лобной части черепа. Причем удар был такой силы, что вызвал перелом обширной зоны основания черепа со смещением мозга. Но других травм, характерных для ДТП, – переломов костей, повреждений внутренних органов и кожных покровов, практически не было. На автомобиле, предположительно причастным к ДТП, никаких следов, вмятин, царапин при обследовании не обнаружено.

2. Странности с “алкогольным опьянением”. Те, кто близко знал Асхата Шарипжанова (а таких людей было немало), утверждают, что Асхат вообще не употреблял алкоголя. В тот трагический вечер Асхат находился на рабочем месте и был абсолютно трезв. Это могут подтвердить его сослуживец, находившийся вместе с ним в офисе – Гимран Ермеккалиев, брат Асхата, который разговаривал с ним в течение 50 минут буквально за двадцать минут до трагедии. Не подтверждает факта алкогольного опьянения и сотрудник охраны офиса.

Однако, сотрудники “скорой помощи” в приемном покое записали состояние алкогольного опьянения (якобы, они почувствовали запах алкоголя).

Далее начинается самое непонятное. Перед операцией у Асхата был проведен анализ крови, который показал полное отсутствие алкоголя в крови. Об этом в присутствии около 7 свидетелей заявил зам. главврача больницы А.Искаков. Однако, уже в воскресенье, по словам того же А.Искакова, примерно в средине дня пришли сотрудники наркологической службы и забрали кровь на повторный анализ. И в понедельник все врачи отказались представить анализ крови сотруднику редакции газеты “Навигатор” для снятия копии. Больше того, врачи вели себя весьма странно и отказались вообще беседовать с журналистами.

Затем, в понедельник (19 июля) сотрудники ГУВД, а во вторник (20 июля) сотрудники городского департамента по здравоохранению провели пресс-конференции, на которых озвучили информацию о том, что в крови Асхата обнаружены следы алкоголя. То же подтвердили результаты судебно-медицинской экспертизы после вскрытия тела. Следователь, ведущий дело, заявил, что он указаний на повторный анализ крови не давал.

Вышеперечисленные факты весьма настораживают.

3. Пропажа диктофона. В официальных показаниях матери Асхата Шарипжанова содержатся утверждения о том, что, перед тем как уйти из дома в тот трагический день, Асхат положил диктофон в свою сумку (он всегда носил диктофон с собой). Однако, среди вещей, возвращенных родственникам и попавшим в опись, диктофон обнаружен не был. В этом диктофоне хранились интервью с З.Нуркадиловым и А.Сарсенбаевым, записанные накануне. По словам Асхата и интервьюируемых, эти интервью были весьма острыми, и публикация их вызвала бы большой резонанс (а в последнее время такой резонанс вызывали практически все публикации Асхата). Таким образом, диктофон исчез вместе с записанными интервью.

По сложившейся практике в редакции газеты “Навигатор” интервью с диктофона переписывались в виде звуковых файлов в компьютер и расшифровывались непосредственно с компьютера. В понедельник Асхат должен был подготовить интервью. Следовательно, он по логике должен был переписать звуковые файлы на компьютер для последующей расшифровки. Однако, в его компьютере этих звуковых файлов не обнаружено.

4. Пропажа ключа от офиса. От офиса редакции интернет-газеты “Навигатор”, где Асхат работал последний год, существует два ключа: один – обыкновенный, с которого очень легко можно сделать слепок, и второй – с лазерной насечкой, который, по словам специалистов, очень трудно подделать. Первый ключ Асхат обычно носил отдельно, а второй был на связке (кольце) вместе с ключами от его квартиры. Ключ с лазерной насечкой исчез. Просто так потеряться он не мог, так как был на одной связке с ключами от дома, последние были в полной сохранности.

5. Странности с сотовым телефоном. Сотовый телефон Асхата был возвращен родственникам. Однако, кто-то стер информацию о всех входящих звонках и частично – об исходящих (их осталось всего четыре):

17.07.04. 00.19.02. — 8 3272 294419

17.07.04. 00.00.01. -8 3272 294419

16.07.04. 23.44.57. — 261 29 84

16.07.04. 23.25.22. — 8 333 229 28 88

6. Игнорирование вещественных доказательств. Одежда Асхата было поспешно выдана его родственникам без надлежащего протокольного оформления с рекомендациями быстро постирать одежду, дабы не наносить травму близким родственникам. Очевидно, что одежда потерпевшего безусловно является вещественным доказательством, и тем не менее следствие этот факт игнорирует.

7. Странное поведение водителя, якобы совершившего наезд. Водитель, предположительно совершивший наезд, ни разу не появился у родственников Асхата. Но почему-то его видели в морге. Этот водитель все время появляется в сопровождении некого гражданина, который и отвечает за него на все вопросы.

8. Странное поведение “телефонистов”. После смерти Асхата на квартиру к его матери (с которой он вместе проживал) начали приходить люди, представляющиеся телефонистами, с требованием проникнуть в квартиру и якобы устранить неполадки с телефоном. Однако, никаких неполадок с телефоном не было, и телефонистов никто не вызывал. Эти люди приходили несколько раз, вели себя очень настойчиво и даже приводили с собой человека, представившегося сотрудником правоохранительных органов. Но несмотря на это, эти люди в квартиру допущены не были.

9. Угрозы. Люди, близкие Асхату (в том числе и его старший брат), утверждают, что Асхат получал угрозы по телефону после публикации острых материалов. Кроме того, в личной переписке Асхата с одним высокопоставленным чиновником сохранились письма последнего. В этих письмах содержатся настоятельные просьбы к Асхату прекратить публикации против властных структур и персоналий.

Из всего вышеизложенного следует, что следственные органы ГУВД Алматы рассматривают трагическую гибель журналиста как следствие ДТП, то есть, практически, как несчастный случай.

Мы не склонны обвинять кого-то конкретно в смерти нашего товарища. Но мы хотим знать правду – что на самом деле произошло, отчего умер наш товарищ. Мы не хотим предавать этому делу политическую окраску. Но вопросы, на которые сегодня нет ответа, заставляют сомневаться в объективности проведенного расследования. Только честное расследование причин гибели может снять подозрения в насильственной смерти.

Мы хотим получить ответы на вопросы, поставленные выше. Мы хотим, чтобы следственные органы провели тщательное и честное расследование причин гибели Асхата Шарипжанова.

Почему следственными органами практически сразу исключена версия насильственной смерти? Ведь Асхат Шарипжанов был журналистом, писавшим на очень острые политические темы, задевающие многих известных личностей. Почему игнорируются вопросы, поставленные нами перед следствием?

Мы требуем полного и профессионального расследования причин гибели Асхата, не исключая вариантов насильственной смерти. Мы требуем провести расследование, ясно и четко дать ответы на поставленные нами вопросы.

ПОДПИСИ: