Говорим по-казахски? Часть 2

Часть 1 см. здесь

Думаю, что даже если вы не совсем владеете казахским языком, вам не представит огромного труда понять смысл этого разговора. Все становится сразу ясно с первых фраз незамысловатого диалога, где в казахской речи в большей степени превалируют русские слова. Наверняка, услышав такую смешанную речь, великий Абай ужаснулся бы и написал бы еще одно, 46-е слово в назидание казахам, смысл которого заключался бы в бережном отношении к своему языку, который, как известно, является душой народа…

К сожаленью, примеров неправильного употребления казахского языка встречается немало. И не только в повседневной бытовой речи. Так называемая “мешанина” присутствует в разговоре и чиновников высшего эшелона власти, и депутатов мажилиса парламента.

Приведем еще один подтверждающий пример:

Из этических соображений не будем называть имя депутата, в пылу ярости обсуждавшего вопросы развития отечественной экономики на одном из заседаний мажилиса парламента прошлого созыва.

Либо депутат нарочито исказил язык, построив предложение отнюдь не по правилам казахского языка, либо он владеет родной речью не в полной мере, либо, видимо, переволновался, пытаясь подобрать нужные фразы и выражения, чтобы правильно выразить свою мысль. В результате ничего у бедолаги не получилось. Сказанные депутатом слова у одних языковедов вызвали улыбку, у других – горечь…

— Из ныне действующих политиков очень мало можно встретить людей, владеющих в совершенстве родным языком, — с грустью констатирует факт Шамшидин Паттеев, главный редактор газеты “Туркестан”. — Хорошо говорят по-казахски И.Тасмагамбетов и А.Есимов. Плохо владеет родной речью глава правительства Д.Ахметов. Более-менее сносно в последнее время стал говорить на казахском Касымжомарт Токаев. Но проблема не в этом, а в другом. Даже если, например, человек свободно говорит на казахском языке, это еще вовсе не означает, что он владеет им в совершенстве. Юридически грамотно на казахском языке могут говорить лишь единицы. Основная масса чиновников знает только разговорную речь. Поэтому журналистам нашего издания практически приходится выполнять двойную работу: заниматься переводом интервью или комментариев, допустим, тех же депутатов с русского на казахский или, наоборот, приводить в более-менее божеский вид выступления чиновников, словарный запас казахского языка которых не особо отличается своим богатством…

— Мне кажется, что речь президента страны как на государственном, так и на языке межнационального общения, то есть на русском, должна нести одинаковую смысловую нагрузку. Двойного стандарта быть не должно. Вот, к примеру, в одном из последних выступлений Н.Назарбаев на казахском языке пригрозил чиновникам высшего звена, что, мол, если они не смогли выучить за 13 лет независимости Казахстана 13 слов на родном языке, то это является исключительно их проблемой, а не проблемой государства. В выступлении главы государства уже на русском языке этой критики в адрес чиновников не прозвучало, все обошлось простыми общими фразами о развитии государственного языка.

— Не думаю. Давайте посмотрим на это с другой стороны. В Конституции нашей страны четко сказано о том, что государственным языком у нас является казахский. И точка. А закон должен исполняться. Тем более, что наш президент является гарантом Конституции. Прежде, чем полностью переходить на казахский язык, на мой взгляд, нужно был переходный период. Например, 10 лет, чтобы население республики потихоньку адаптировалось к новым языковым условиям. А у нас что получатся? В 1989 году мы приняли программу по развитию государственного языка, но до сих пор практически ни один из ее пунктов не доведен до конца. Закон “О языках” принят, но никто его не исполняет. И знаете, почему? Потому что у нас нет четкого механизма по его внедрению. Некоторые политики утверждают, что с переходом на государственный язык мы, якобы, нарушим конституционные права граждан республики другой национальности. Это не так. Мы просто хотим, чтобы каждый гражданин владел языком государства, в котором он проживает. Я до сих пор придерживаюсь мнения, что в государственных учреждениях люди должны говорить исключительно на казахском языке. С русским языком мы не построим казахстанское государство. Я не говорю, что Казахстан существует только для казахов, но мне кажется, что народы, проживающие в этой стране, должны знать его государственный язык. Я за равноправие всех народностей, живущих в Казахстане. Но, к сожаленью, у нас в стране автоматически общество разделено на две части: тех, кто прекрасно владеет родным языком и тех, кто вообще его не знает. Отсюда и проблемы. Больше половины населения, не владеющие государственным языком, не знают, что творится в казахской среде, не знают, о чем бьют тревогу казахоязычные газеты. Вот, к примеру, почему в последнее время все стали старательно изучать английский язык? Потому что в нем возникла острая необходимость. То же самое должно быть и с казахским языком. И личный пример должен показать сам глава государства: а то говорит на русском одно, а на казахском имеет в виду совсем другое. Стандарт должен быть один.

Некоторые аналитики-языковеды считают, что и без того ограниченная сфера употребления казахского языка в последнее время стала еще более сужаться на глазах. Исконное богатство казахского языка, его исключительные возможности в словотворчестве, в словообразовании нарочито обедняются. И тем самым оскорбляют слух и мозолят глаза.

— В современной казахоязычной прессе, к сожаленью, за последние годы все чаще стали встречаться непонятные мне слова и выражения, — комментирует главный редактор “Казахской газеты” Алдан Аимбетов. – В большинстве своем это искаженные слова. Нередки случаи неправильного употребления некоторых слов на радио и на телевидении. Как-то в одной из своих публикаций я подверг критике одного из дикторов радио, который неправильно поприветствовал слушателей на казахском языке: “Селеметсездер ме”. Так не говорят. Более правильно будет звучать: “Саламатсыздар ма”. От слова “салам”, а не “салем”, которого, как известно, в казахском языке нет. К сожаленью, из всех радиоведущих, говорящих на казахском языке, я могу отметить только А.Байжанбаева, великого диктора Казахского радио, которого в народе прозвали казахским Левитаном. Он чисто говорил на казахском языке. Жаль, что сейчас таких, как он, нет. Но все-таки я надеюсь, что казахский язык в будущем займет свое место среди других языков. Хотя, с другой стороны, если рассуждать, само казахское население в последнее время не очень стало ревностно относиться к своему языку. В первые годы независимости казахский народ готов был драться за чистоту своего языка. А сейчас, когда поняли, что рано или поздно все проживающие на территории Казахстана этносы и народности заговорят на государственном языке, они стали мало уделять внимания развитию родной речи. Первоначальный протестующий дух за чистоту казахского языка у нас, у казахов, угас. Несмотря на то, что казахский язык приобрел статус государственного, общество все равно продолжает, в основном, говорить на русском. Возможно, у Н.Назарбаева на этот счет своя политика, чтобы не обидеть других. Хотя, если посмотреть с другой стороны, он много делает поблажек русскоязычным. Как знать, быть может, за счет этого процесс длится так долго. В конце концов, возможно, скоро все станет на свои места и лет через десять придет в норму. А то, что казахская речь у нас произносится вперемешку с русскими словами, я считаю это недостатком реализации государственной программы по развитию языка. Пройдет еще длительное время прежде, чем казахский станет основным языком общества. И, наверное, еще долго будет идти по этому пути. Существует опасность, что казахский язык может стать мертвым языком. Посудите сами, более 10 лет как принят Закон “О государственном языке”, но дело никак не продвигается с мертвой точки. Ничего не получается. В отдельных областях и районах республики делопроизводство перевели на казахский язык, но я не уверен, что дела в этом направлении идут успешно. Даже я – ревностный патриот казахского языка — часто употребляю в своей речи русский язык. Мне кажется, что все же некоторые русские слова можно оставить в казахском языке. Уже настолько это стало привычным для нас, родным, да и некоторые из них стали считаться почти казахскими. Ведь русский язык тоже не является чистым языком! В нем очень много заимствованных слов из немецкого, тюркского, английского и многих других языков. За счет этого, я считаю, русский язык и стал богатым. Более того, не стоит забывать, что русские – это многочисленная нация, и их считают великим народом. Даже Индия, получив независимость, много лет смешивала хинди с английским языком. Но индусам ничего не угрожало, потому что они являются многочисленной нацией. А казахов мало. Если бы в 1937 году голод не истребил бы большую часть казахов, то сейчас их в мире насчитывалось бы около 60 млн. Тогда мы бы никого не боялись. Вот тогда бы казахский язык стал великим.

И все равно тревога о судьбе языка и нынешнем его состоянии остается главной проблемой. И просто так отмахнуться от нее нельзя.

“Конечно, человек продолжает жить и после утраты родного языка, для общения с подобными себе он может прибегнуть к другим – даже не менее выразительным и богатым средствам, — пишет в книге “Гармония духа” Герольд Бельгер.

— Но, лишившись родного языка, он теряет нечто значительно большее, чем средство общения, он теряет свои истоки, свою личностную субстанцию, свое лицо, свою душу. Можно, конечно, существовать в языковом инобытие (мало ли на свете людей, у которых язык и этническое происхождение не соответствует?), но это, в сущности, жизнь на чужбине, тягостное ощущение неприкаянности, угнетенное состояние чужеродности. Вероятно, настанут времена, когда все люди на земле вынуждены будут чувствовать себя чужаками среди чужих. Судя по всему, все к этому идет. Языковеды предрекают именно этот неизбежный путь. И вряд ли от такого пути человечество будет счастливо в подобной языковой унификации”.

Что нужно для возрождения казахского языка? Алдан Аимбетов считает, что эту проблему можно с легкостью решить путем привлечения оралманов на свою историческую родину. Однако на этот счет у Шамшидина Паттеева свое мнение. Он считает, что, вернувшись в Казахстан, большая часть репатриантов первым делом станут изучать русский язык, а не пропагандировать государственный язык.

Некоторые рьяные защитники за чистоту казахского языка и вовсе требуют, чтобы был принят специальный закон о защите родной речи от русизмов и американизмов.

Иные языковеды видят путь спасения языка в его объединении вместе с другими тюркскими языками в латинской графике. Однако, по утверждению Ш.Паттеева, переход на латиницу лишь усугубит языковую проблему в Казахстане.

“Сначала пускай как следует выучат казахский язык на кириллице, а уж затем переходят на латиницу”, — такова была неоднозначная критика главного редактора газеты “Туркестан” в конце нашей встречи.