Уважаемые читатели! Если вы присоединились к чтению историй о Джунгарской Республике только недавно, убедительно рекомендуем вначале ознакомиться с Энциклопедической информацией о Джунгарской Республике и со специальным Словарем, которые размещены здесь.
***
Начало см. здесь:
***
История шестая
Эта история дарит нам знакомство еще с двумя новыми лицами. Они не попали в список действующих лиц, потому что оба находятся на подпольном положении. Почему? Это становится понятным из их краткого биографического досье. Итак, знакомьтесь.
Сэльдэрэй Кучахмах. Лидер запрещенной подпольной партизанской партии “Детствократический Отбор Джунгарии”, сокращенно ДОД. Иногда в прессе встречается полное название партии – “Универсальный Детствократический Отбор Джунгарии” (УДОД). Спецслужбы Джунгарии утверждают, что в этой партии состоят только два человека – сам Сэльдэрэй Кучахмах и одна известная джунгарская певица. Остальные де сидят в тюрьме. Сам Кучахмах утверждает, что членов партии 14 999 000. При населении Джунгарии 15 млн., очевидно, что в ДОД не входит только президент Нанайдоржиев. Аналитики считают, что это произошло потому, что халве государства по Конституции (цитата) “должно не хотеться ни в какую партию”.
Отличительной чертой партии ДОД является то, что их политическая платформа не представляет собой единый документ, а по древней Джунгарской традиции отражена только в сказках, притчах и песнях. Согласно Джунгарской традиции, утверждает Сэльдэрэй Кучахмах, только дети безгрешны, поэтому, чтобы победить коррупцию надо установить в Джунгарской республике детствократию. Слово “Универсальный” появилось в названии партии значительно позднее ее создания, когда туда начали принимать стариков, впавших в детство. ДОД — единственная партия, в которой есть старческое крыло. В остальных, напомним, только молодежные. Старческое крыло возникло, когда большая часть пожилых партийцев вышла из состава Коммунистической партии Джунгарии. Они были не согласны со статьей коммунистического устава, гласящей, что членами партии имеют право быть только те, кто воочию видел Иосифа Люциферовича Сталина. “Раскольники” считали, что коммунистом имеет право быть тот, кто не только лично видел Сталина, но и пил из одного чайника с Владимиром Юмджагийновичем Лениным. Они выпустили меморандум “Цэрэгбалцын лжет, что ходил с Юмжагийнычом в один детский сад” и с треском покинули партию. А в ДОДе как раз такие и были нужны.
Серик Диуана. Казах по национальности. Не попал в официальный список действующих лиц, поскольку является представителем опасного мистического казахского течения – масонбаксы. Сам Серик Диуана отрицает свою принадлежность к масонбаксы. В одной газете он даже писал “бАксы я знаю, а к баксЫ не отношусь”. Однако никто ему не верит, потому что тот постоянно ходит увешенный бубнами и колокольчиками, бренча ими невпопад. Также многие замечали, что он бормочет себе в бороду масонбаксыческие заклинания “Я делаю революцию, Ты делаешь революцию, Он делает революцию”, особенно ту часть заклинания, которая была запрещена Указом президента Н.Нанайдоржиева № 234768 АпЁП-8, от 64 марта 2003 года – “Мы делаем революцию, Вы делаете революцию, Они делают революцию”. Масонбаксы народ боится, поэтому их принято не только не бить, но даже не подвергать гуманным пыткам карцером. Ходили слухи, что Серик Диуана живет со своей ослицей, однако, скорее всего это не так, потому что он не входит в список тех, кому можно жить с ослицами. А с этим в Джунгарии очень строго – не посмотрят масонбаксы ты или нет, сразу посадят. Слухи об ослице, тем не менее, будоражат население, прежде всего потому, что Диуана где-то загадочно отсутствовал несколько лет. Лидеры ДОД утверждают, что Серик жил отшельником в горах, другие утверждают, что он был в тюрьме. От этих противоречивых слухов народ еще больше боится масонбаксы.
Серик Диуана автор многих сказок, песен и пословиц, большинством которых пользуется ДОД. Самая известная из них – песня “Как Наргуджин Нанаевич Нанайдоржиев обокрал народ”. Полицармия Царандой усматривала в песне тонкий намек и опасное сходство с президентом Джунгарии, но Буга–прокурор так и не смог доказать это сходство, а намек тем более.
Люди вот такой неординарной судьбы встретились однажды в центральной юрте партии ДОД. Точнее было бы сказать, Серик Диуана завалился в офис, громыхая бубнами и колокольчиками. Кучахмах схватил ручку и бумагу и выгнал всех из юрты, чтобы потом не говорили, что последние сказки он списал у Диуана.
Диуана грозно потряс бубном и закричал заклинание “Я делаю революцию, а Ты делаешь революцию!? А Он делает революцию!?” Сэльдэрэй согласно уставу партии сразу впал в детство:
— Мене бабушка ни разришаит, — пролепетал он, — боюсь! Боюсь! Боюсь!
— Когда мы делаем революцию, Они делают революцию, почему Вы не делаете революцию!? – еще более грозно заорал масонбаксы.
— Миня дядя милицанер забирёт, — пролепетал в ответ Сэльдэрэй.
Такая беседа длилась три часа. Члены ДОД боялись зайти в юрту, откуда доносились крики, бой бубнов и ритуальные песни. Говорят, что за ночь эти два оригинальных человека осуществили прорыв в оппозиционной работе. Помимо песен, сказок и пословиц они придумали политический танец, который исполнили в следующую субботу перед празднично одетыми полицармейцами и царандоевцами. Хореография была впечатляющая, говорят, что артистов было немногим меньше, чем зрителей. Но, к сожалению, не все полицармейцы и царандоевцы попали на праздничное шоу, поскольку билеты были очень дорогими. Но многие умудрялись проникнуть на спектакль незаметно с контрамарками. Критики, правда, утверждают, что в определенный момент исполнители забыли сценарий и стали пороть отсебятину, но это уже злопыхательство завистников.
Исполнитель роли младенца, член партии ДОД, товарищ Текебаев, бросился в зрительный зал с криками “Дядя милицанер, вазьми миня на ручки! Дядя Степа, хочу на ручки!” аметно умудрялись проникнуть на спектакль с контрамаркамирмейцы и царандоевцы попали на праздничное шоуми полицармейцами и ца Добрым царандоевцам пришлось пригласить впавшего в детство дядю к себе в гости и кормить печеньем и конфетами. Нойон-Царандой отругал безответственных полицармейцев, потому что Текебаеву конфет есть нельзя и у него развился диатез.
Больше всего царандоевцам понравилась песня “Ты возьми меня с собой…. Я отправлюсь за тобой”, которая завершала праздничное шоу. Полицармейцы хлопали в ладоши, плакали и жгли зажигалки, но в гости уже приглашать танцоров боялись.
Сложившийся танцевальный ансамбль организаторы хотели запустить с гастролями по стране, но Нойон-Царандой (Министр внутренних дел и безопасности) вместе с Буга-Прокурором, очень расстроились из-за диатеза Текебаева и решили на гастроли наложить карантин. А чтобы творческие и ранимые люди не обижались, решили собрать игрушечный суд, который эти гастроли запретит. Тем более что несколько царандоевцев тоже, объевшись конфет, заработали расстройство желудка и сальмонеллез.
Кучахмах и его друзья с радостью пошли на суд, хотя Алтандоржи Дэцэбэл говорил, “Не ходите на этот суд, он же игрушечный”, но ДОДики не послушились. Дэцэбэл потом выступил в газете и сказал, что, наконец, детствократическая мысль отжила свое и у ДОДиков начнется период здорового цивилизованного инфантилизма.