Далеко ли нам до “оранжевой” революции?
Не так давно в газете “Республика” были опубликованы результаты одного, крайне любопытного социологического исследования. Респонденты отвечали на вопрос: “Должна ли быть в Казахстане политическая оппозиция?” Большинство опрошенных высказалось за то, что, безусловно, должна, согласившись при этом с наличием именно такой оппозиции, какая есть в республике на сегодняшний день. Однако немногим меньшее число опрошенных выразило мнение, что оппозиция необходима, но не такая, которая существует в стране сегодня. Далее шел небольшой процент утверждавших, что никакая оппозиция вообще не нужна, и традиционная категория затруднившихся ответить.
Этим материалом мне хочется постараться ответить, почему у немалой части казахстанского общества (вторая категория опрошенных) есть большой спрос на оппозицию, но то предложение, которое ему делается, абсолютно его не устраивает.
Верны слова, что оппозиция — это зеркало власти. Потому что она должна демонстрировать и разоблачать пороки последней. Но, к сожалению, сейчас эти слова приобретают все более буквальный смысл, нежели символический. Оппозиция все больше перенимает негативные стороны власти, чем вскрывает и разрушает их посредством преодоления в самой себе.
Не хочется показывать пальцем и называть конкретные имена, потому что любой камень брошенный в огород оппозиции, хотим мы того или нет, превращается в воду, льющуюся на мельницу власти. Отметим для начала лишь общие проблемы современной казахстанской оппозиции, без решения которых надеяться на повторение у нас грузинского или украинского варианта, было бы слишком опрометчиво.
Известно, как дважды два четыре, что на местах, в регионах, работа с населением, особенно НЕ в предвыборный период, ведется крайне недостаточно. Одному Богу известно, какая доля денежных средств, предназначенных для информационно-пропагандистской работы в массах, растворяется в небытии. А между тем в условиях, когда власть, где бы она не была, с одинаковым упорством старается заглушить и не пропустить инакомнение, никто не мешает оппозиционному трио в лице ДВК-КПК и “Ак жола” позаимствовать простые и эффективные методы пропаганды у таких религиозных организаций, как, например, “Свидетели Иеговы”. Для того чтобы в НЕ предвыборный период поставить на поток систематическое донесение оппозиционной мысли от двери к двери, от студента к бизнесмену, от рабочего к пенсионеру, не нужно особых талантов. Необходима воля регионального руководства и ДЕНЬГИ, желательно, расходуемые по прямому назначению.
Что же происходит сейчас? Если в Алматы общественно-политическая жизнь бурлит практически каждую неделю, так, что за ней не всегда поспевает даже административная Астана, то в “глухих” провинциях члены, активисты или просто сочувствующие оппозиции граждане, не говоря уже о львиной доле абсолютно неполитизированного населения, вынуждены черпать альтернативную информацию, по сути, из одного источника. Я имею в виду газету “Республика”.
Не мудрено, что свои главные удары власть, неважно, будь она в лице Администрации президента или КНБ, с завидным постоянством сосредотачивает на жестко оппонирующих ей СМИ. Сейчас ситуация с “наездом” на независимые издания дошла до такой точки, что уничтожь назарбаевская команда последний, доступный широкому кругу читателей бастион инакомыслия — газету “Республика”, — оппозиция понесет сильнейший информационный и морально-психологический ущерб. К тому же на голодном пайке в регионах останутся десятки тысяч избирателей, традиционно формирующих протестный электорат.
Отчего же, далеко не в таких сытых и зажиточных, как столицы, региональных центрах, полунищий народ валом не валит в офисы местных филиалов оппозиционных партий? Где эти людские очереди, напоминающие столпотворения конца 80-х за дефицитными товарами, состоящие из униженных и оскорбленных, уставших от беспредела чиновников и равнодушия прокуратуры мелких предпринимателей, людей, впервые столкнувшихся с судебным произволом, наконец, просто житейских неудачников или отчаявшихся одиночек? Что за противоестественная картина? В проблемных регионах, где, казалось бы, народная партия должна была быть нарасхват, мы наблюдаем странную пассивность и аполитичность большинства жителей?
Действительно, очень плохо верится, что организации, не сумевшие постоять за себя после сфабрикованных выборов 2003-го и 2004 годов, смогут чем-то помочь кому-то другому. Кто-то справедливо заметит о прецеденте, случившемся 29 января сего года. Но давайте будем критичными до конца. Если сравнить официальную численность сразу трех партий с количеством участников митинга в поддержку закрываемого ДВК, то невольно становится не по себе от такой разницы. Куда делась сотня-другая тысяч сторонников партий, представлявших, кстати, разные области республики? Осталась дома или задержалась где-то по дороге в Алматы? Да и потом, есть принципиальная разница между тем, каким образом рядовые активисты добираются до пункта назначения, где они намереваются поддержать любимую парторганизацию. Одно дело, когда люди съезжаются на митинг по велению сердца, по зову своей души: им не важно компенсируют ли им транспортные расходы и куда разместят на ночлег -в уличную палатку или удобную гостиницу. И совсем другое дело, когда на подобные собрания люди едут, заботясь лишь о том, как бы не было чего и накормят ли их горячим обедом.
Красноречивым примером настороженного отношения народа именно к такой оппозиции служит недавняя история с прохладным приемом, которым шахтерские профсоюзы Караганды удостоили Асылбека Кожахметова. Казалось бы, что по логике вещей, горняки и их лидеры, уставшие от бесконечных пощечин и плевков режима (увеличение возраста выхода на пенсию, карагусовский перерасчет, продажа предприятий иностранному олигарху, выплачивающему мизерные зарплаты), должны были встретить главного \»дэвэковца\» республики если не с распростертыми объятиями, то, по крайней мере, готовые к консолидации с ним и выступлению единым фронтом с оппозицией. Однако этого не произошло. И виноваты в этом не рабочие и их профсоюзы, плохо разбирающиеся в тонкостях политики. Две фатальные ошибки допустил сам Кожахметов и его стратеги (если они есть) по партии. Первая ошибка заключалась в том, что за все время своего существования ни он, ни “Демократический выбор” как политическая сила, не смогли заработать реального авторитета среди такой внушительной и одновременно взрывоопасной прослойки рабочего класса, как шахтеры и металлурги. При том, что обширная Карагандинская область далеко не единственное место, где можно обнаружить следы пагубного влияния на социальную атмосферу иностранных инвесторов, специализирующихся на металлургической промышленности. В тех краях, где орудуют наместники Миттала и Машкевича, где каждодневной опасности подвергают свою жизнь чернорабочие “Казахмыса”, сама обстановка вопиет к тому, чтобы две наиболее близко позиционирующие себя к народу партии ДВК и КПК, наряду с борьбой за освобождение Галымжана Жакиянова, взяли под свою непосредственную опеку интересы десятков тысяч металлургов и горняков.
А запустить этот процесс в виде ли переговоров о создании единого с профсоюзами лобби, с беспрестанным ли штурмом общественного мнения, сбором подписей или принятием участия в организации стачек и забастовок необходимо самим оппозиционерам, взяв инициативу прежде всего в собственные руки. Дожидаться же удобного момента, когда за тебя все сделают отчаявшиеся горняки, а тебе останется лишь прийти на все готовенькое, политизировав, по сути, исключительно социальный протест, как минимум, неуважительно по отношению к самим горнякам. В этом неуважении и состоит второй промах Кожахметова, поскольку самостоятельным людям изначально неприятен иждивенческо-паразитический настрой.
Наконец, одним из важных упущений оппозиции является отсутствие внятной программы в отношении национальных меньшинств. Дело в том, что при помощи своего “курса” президент Назарбаев, как довольно хитромудрый политик, одной рукой выдавливает из всех уровней государственной власти русскоязычных специалистов, оставляя ради приличия лишь их сравнительно небольшой процент. А другой он вколачивает в сознание “русских”, естественным образом “оккупировавших” малый и средний бизнес, неправительственные организации, независимые СМИ, и политические объединения протестной ориентации, миф о своей главной роли в поддержании межнациональной стабильности.
Ничего не скажешь, действенный прием. Многие “неказахи”, невидящие в Казахстане ни собственного будущего, ни будущего своих детей, вряд ли могущих стать большими чиновниками и реально претендовать на управление государством, считают, тем не менее, режим первого президента чуть ли не единственной гарантией спокойствия и безопасности.
В такой ситуации оппозиции остается лишь перехватить “подачу” власти. Имеется в виду претворение в жизнь плана, согласно которому, не ущемляя гордость титульной нации, остальным народностям будет дарована надежда и, самое главное, перспектива, не говоря уже о гарантии реального соблюдения их прав.
Здесь подразумевается даже не набившие уже оскомину разглагольствования о придании русскому языку статуса второго государственного. Начать надобно с пропорционального представительства в органах государственного управления людей разной национальности. Сообразно численности народов, населяющих республику. Официальный статус русского вполне этому соответствует.
Пропиши оппозиция эту меру в своих программных установках, проекте новой Конституции и т.д., и люди к ней потянутся, ибо такой шаг станет частью фундамента по образованию в стране единого казахстанского народа.
Думаю, что сейчас в Казахстане нет народа. Народа, как такового. Есть скопище разных народностей. И подобное положение абсолютно устраивает правящий режим. Старый принцип — разделяй и властвуй, ничего больше.
В Грузии есть народ. В Украине он зародился на майдане. Похожие процессы рождения переживает сейчас Киргизия. В Казахстане, в силу особенностей нашей страны, в том числе и ее многонациональности, им суждено протекать в более сложных условиях. Но то, что рано или поздно, но суждено, — это точно. И во многом от оппозиции зависит, как скоро у нас начнет развертываться процесс народообразования. А без разумного подхода к решению национального вопроса в нашей республике запустить его будет архитрудно…
Сейчас казахстанская оппозиция находится в исходной точке “А”, когда до всего вышеперечисленного ей еще идти и идти, чтобы прийти, наконец, к точке “В”. К точке, до которой дошли уже некоторые наши соседи. Одним словом, работы еще — непочатый край…