— Ержан Калиевич, как Вы думаете, откуда вдруг появилось такого рода заявление по истечению столько времени, как Вы уже находитесь за границей? Кто за ним стоит?
— Это известная технология, которая уже не раз применялась против независимых политических партий и деятелей. Заказчик – администрация президента, которая еще раз продемонстрировала, что в Казахстане правящий режим по-прежнему устраняет те силы и личности, которые выступают с конструктивной критикой и чьи мысли и поведение не подконтрольны ему. Организаторы заявления, проснувшиеся полгода спустя после моего отъезда, хвастливо сообщили и о предстоящей встрече с руководителем администрации президента. Получается, когда 5 тысяч предпринимателей Алматинских рынков неоднократно обращались к гражданину Джаксыбекову, когда рядом общественных организаций был поставлен ряд вопросов о прокуроре города Алматы, когда несколько организаций обратились к нему через республиканские СМИ с заявлением прекратить ограничение политических прав и свобод лидера и членов партии “Атамекен”, гарантированных Конституцией, гражданин Джаксыбеков все проигнорировал. А вот когда с явным нарушением Устава партии, при очевидном давлении и подкупе, кому-то взбрело в голову, наплевав на решение съезда, приостановить полномочия Е.Досмухамедова, руководитель администрации президента бросает все свои государственные дела и готов принять резвановские поцелуи во все возможные места. Гражданин Джаксыбеков – ваши действия – грубейшее нарушение Конституции страны, которая запрещает вмешательство государства в деятельность общественных организаций и в целом гражданского общества. Вы еще раз подорвали имидж Главы государства, топорно продемонстрировали свою политическую безграмотность, близорукость и полное отсутствие стремления демократизировать казахстанское общество. Вместо того, чтобы фокусироваться на формировании честной и справедливой политической конкуренции, борьбе идей, А.Джаксыбеков предпочел в данном случае, впрочем, как и всегда, пойти по старому сталинскому принципу – нет человека – нет проблемы. На членов политсовета было оказано давление. Вкупе с адмобещанием пригреть исполнителей акции предательства и раскола, и получился результат – заявление. Это еще один пример того, что декларации А. Джаксыбекова о демократизации – не искренни.
— Подготовлены обращения в ряд международных организаций, в которых отзывается ваша подпись под Страсбургским заявлением.
— Во всех указанных организациях сидят не полные идиоты. Ситуацию в Казахстане они анализируют и понимают. Личные встречи со мной уже имели место и приглашение, последовавшее после этого – показатель доверия к партии “Атамекен” и лично мне как её лидеру. Направив такие обращения руками резванов, гражданин Джаксыбеков сделает отличную рекламу идее реформирования казахстанской конституции и признание того, что Страсбургское заявление содержит рациональное зерно, полезное для демократизации, но опасное для коррумпированных чиновников. Хочу заверить авторов этой бредовой идеи, полагаю тех же, кто издавал смешные официальные ноты протеста по поводу Бората Сагдиева, что я с огромным удовольствием совершу еще одно турне по всем указанным организациям, ведущим странам-членам ОБСЕ с тем, чтобы скрупулезно со всеми материалами разъяснить происходящее в Казахстане. Недавно в Объединенном Оксфордском и Кембриджском клубе мне случайно довелось встретиться с выпускником Кембриджского университета Сашой Бароном Коэном, известным как Борат Сагдиев. Я думаю, наверное, попрошу и его помочь партии “Атамекен” поскольку происходящий спектакль уже созрел для того, чтобы стать очередным международным номером известного на западе казахстанца Бората Сагдиева.
— Насколько легитимно решение о приостановлении ваших полномочий? Ряд газет объявили о Вашем смещении как свершившемся факте.
— В правовом измерении – не произошло никаких последствий после сходки столь конспиративной, подготовленной келейно, без демократического уведомления, участия в обсуждении и голосовании – как моего, так и всех без исключения членов совета, в странном составе и со странным голосованием – по доверенностям и заочно, а также по вопросу, который изначально политсовет не вправе обсуждать, поскольку он отнесен Уставом – однозначно – к исключительной компетенции высшего органа — съезда партии. Так что все разговоры о кворуме, количестве голосовавших “за” или “против” – с юридической точки зрения – пусты.
Упомянутые вами газеты явно поторопились, не разобравшись, поспешно приняв пустые заявления одной стороны, собравшейся на маевку. Основополагающий документ любой организации – Устав. На то он и Устав, чтобы оберегать целостность партии от субъективизма и других личных низменных мотивов.
Если подробнее, в соответствии с Уставом председатель – высшее руководящее лицо партии. Председатель – подчеркну, единственное лицо, уполномоченное съездом представлять партию. В одной из статей Устава четко определено:
“председатель без доверенности выступает от имени партии и представляет её в отношениях с третьими лицами, в том числе с государственными органами, общественными объединениями и другими партиями как внутри страны, так и за рубежом”.
Никаких специальных абсурдных ограничений о том, можно или нельзя встречаться или иметь отношения с оппозиционными, троцкистскими, бухаринскими, меньшевистскими, анархистскими группировками и партиями или оппозиционными личностями в Уставе нет. Поскольку Устав был написан в 21 веке, а не в 1937 году.
Устав также содержит статью об исключительной компетенции Съезда партии. Одно из таких исключительных прав Съезда – избрание или прекращение полномочий председателя. На то оно и исключительное право, что никто не вправе его узурпировать, как сделал это умник-гражданин Резван, возомнивший, что он Наполеон, спасающий Францию.
В Уставе нет нормы о сопредседательстве или о кандидатах в члены политсовета.
Устав не содержит нормы об участии в заседании политсовета по доверенности или заочном голосовании. Общественные организации, к примеру, Общенациональный Союз предпринимателей и работодателей, принимал специальное положение о заочном голосовании по определенным вопросам. Участие в работе политсовета – руководящего органа политической партии – не равносильно покупке стиральной машины или квартиры по доверенности.
В соответствии с Уставом именно подпись Председателя, а не членов политсовета, самопровозгласивших себя сопредседателями, является условием вступления в силу решений, постановлений и заявлении политического совета.
Устав гласит, что именно Председатель партии выдает доверенности должностным лицам партии на право представлять интересы партии в отношениях с третьими лицами. Замечу, никаких доверенностей никому из членов политсовета я не давал.
Наконец, еще одно принципиальное положение Устава – Председатель вправе принимать решения по всем вопросам деятельности партии, не отнесенным к исключительной компетенции Съезда.
Простое перечисление этих норм Устава говорит о том, что гражданин В. Резван – грубо нарушил не одну норму Устава, который также содержит и норму о том, что член партии может быть исключен за действия, дискредитирующие партию. В соответствии с ходатайством, направленным в мой адрес членом Политического Совета, известным деятелем национальной культуры Ертаем Рахманбердиевым, двумя членами Центрально-Ревизионной Комиссии партии – предпринимателем Сейтжаном Досмухамбетом и профессором Еркеном Бейсембаевым, я издал соответствующее распоряжение.
— Некоторые аналитики считают, что данное заявление созвучно последним событиям в Казахстане, связанным с Рахатом Алиевым. Есть мнение, что Тимур Кулибаев наконец-то получил добро от своего тестя на регистрацию партии, но без Досмухамедова. Как Вы относитесь такому предположению?
— Не корректный вывод. Тимур Кулибаев определил ряд условий для регистрации партии. Я ответил категорическим отказом. Соответственно, было ясно, что, во-первых, регистрация не сможет быть достигнута, если не изменить качественные параметры работы. Во-вторых, мне довольно четко обрисовали последствия моего отказа сотрудничать. Препятствия, которые стали возникать после моего отказа – были четким сигналом системы. Несмотря на это мои единомышленники и я продолжили работу. В ответ был усилен прессинг лично на меня. Одним словом, мне не дали возможности вести нормальную политическую деятельность. Последовал мой вынужденный отъезд за рубеж. За истекшие полгода была проведена титаническая работа в политических, журналистских кругах, а также международных неправительственных организациях. Как мне недавно признался редактор Би-Би-Си – ни одна партия в СНГ не привлекала столь пристального внимания к себе за такой короткий период времени. В результате казахстанские чиновники уже не могут отмахнуться от партии “Атамекен” или по старой казахстанской традиции прихлопнуть как назойливую муху. Вопрос регистрации стал одним из принципиальных пунктов взаимоотношений Казахстана и международного демократического сообщества. Это и есть главный результат моей работы, которой я оправдал надежды более чем 60-тысячной партии, к которой, как Вы знаете, в январе этого года присоединились две ранее незарегистрированные партии в общем количестве более 110 тысяч членов и Федерация фермеров, вышедшая из партии “Нур-Отан”. Вы правы, регистрация партии неизбежна. Поэтому когда самая важная часть работы уже сделана и процесс регистрации партии стал очевидным, появляются предатели и провокаторы, которые хотят якобы довести дело до конца, то есть регистрации партии. Ввиду неизбежности регистрации власти необходимо минимизировать негативные для неё последствия. В частности, лишив меня права голоса и возможности независимо от неё определять тактику и стратегию партии “Атамекен”. Для этого и был затеян спектакль. Для роли козлов-провокаторов, не способных понять своим мозгом крупный план событий, кандидатуры найти было не так трудно.
— Ереке, ряд экспертов также утверждают, что в этом есть причина сближения Досмухамедова с главным оппонентом Назарбаева — Акежаном Кажегельдином…
— Мое участие в апреле нынешнего года в работе круглого стола, организованного при участии Европейского парламента, Совета Европы и Венецианской комиссии, несомненно, вызвало сильное раздражение. В том числе и в связи с участием в его работе Акежана Кажегельдина, кстати, уголовные претензии к которому не признала ни одна из демократических стран мира, а напротив, была признана политическая мотивировка преследований. Приглашение, направленное ему от указанных международных правительственных организаций – подтверждает это. При этом я никогда не являлся и не являюсь заместителем Кажегельдина, как это лживо утверждает и пытается преподнести В.Резван, если следовать логике которого, следует подвергать остракизму всех, кто живет в одном городе или даже дышит А. Кажегельдиным одним воздухом на планете Земля.
— В прошлом интервью Вы заявили о том, что если Тимур Кулибаев станет тормозящей силой, то вам с ним не по пути. Теперь, по мнению подписантов заявления, получается, что “тормозом” оказались именно Вы? Давайте по-честному и открыто: кто стоит за этой партией? Тимур Кулибаев?
— Я никогда не уходил от этого вопроса. В ответ на мой предельно честный ответ – возникает больше слухов и домыслов. За партией Тимур Кулибаев не стоит. По причине, о которой я также неоднократно говорил. Последние события показывают, что истинный тормоз регистрации партии – не я, а грязные методы работы администрации президента.
— А как вообще Вы пришли в эту партию? Были ли какие-то уговоры между Вами и… скажем Тимуром?
— Главной целью моего перехода в ноябре 2003 года в команду Тимура Кулибаева было создание политической структуры. Об этом мы говорили у него дома при первой встрече и неоднократно после моего переезда в Астану.
— Ержан Калиевич, кто Вам угрожал в Казахстане, что в итоге Вы вынужденно покинули страну? Те заявления о том, что Вы пытаетесь зарегистрировать партию с помощью и требованию Запада, звучит как-то не искренне… Власть Назарбаева чихать хотела на Запад с его международными организациями…
— Позвольте, прежде всего, не согласиться с Вашей последней ремаркой. Одним небольшим, но наглядным штрихом. Если бы режиму было начихать на мнение Запада, то министр иностранных дел страны не ставил бы посреди года вопрос о необходимости срочного выделения 10 миллионов долларов на пиар-деятельность в западных странах. Конечно, есть и подхалимы, которые убеждают, окрыляют и вдохновляют президента “чихать” на запад. Как это было и в случае с Милошевичем и Саддамом Хусейном. Что из этого впоследствии вышло – знает весь мир. Отвечать по всей строгости международного права пришлось не тем, кто желал здоровья в моменты, когда их боссы чихали на запад и сдувал пылинки с костюмов президентов, а тем, кто сам был в этих костюмах. Это первое.
Второе. Единственный способ цивилизованно зарегистрировать партию, если такой путь в стране отсутствует – возможен только лишь при участии и под давлением международного сообщества. К сожалению, опыт нашей партии подтверждает, что в Казахстане возникновение независимых общественно-политических сил государством не приветствуется. Если мы действительно хотим снять с предпринимателя, собственника, интеллигента, студента, да и любого гражданина пиявку под названием бюрократическо-полицейское государство, то необходима лишь мощная независимая партия с реальным электоратом. Если принять условия чиновников, то партия становится очередной погремушкой в их руках. Жизнь предпринимателя, гражданина и общества в целом от этого не изменится. Так что, позволю не согласиться с Вами и в этом. Мое стремление работать с международным демократическим сообществом – единственный и наиболее эффективный инструмент, способствующий регистрации партии и обеспечения её независимости от паразитирующей бюрократии.
Третье. После съезда партии, в ходе моей личной встречи с Т.Кулибаевым, им были выдвинуты условия регистрации партии. Мой последовавший отказ вызвал раздражение. Далее была и встреча с некоторыми высокопоставленными чиновниками. Озвученные угрозы были более чем конкретны. Начавшийся саботаж и официальное давление было сигналом, что и неформальные методы расправы, обещанные за отказ принять условия, не за горами. Мне не приятно говорить обо всех деталях, но если давление продолжится, мне есть что сказать казахстанским и западным СМИ. Кто источник угроз, думаю, теперь общественности ясно.
Принимая во внимание реальную угрозу моей жизни, прошу президента страны гарантировать мое конституционное право на безопасное проживание на территории Республики Казахстан и восстановить мое конституционное право осуществления политической деятельности, а также остановить различные формы психологического давления, оказываемые на меня и членов партии в связи с моим отказом удовлетворить неконституционные и незаконные условия регистрации.
— Ержан Калиевич, как Вы восприняли объединение двух оппозиционно-демократических партий Казахстана – ОСДП и “Настоящий Ак жол”?
— Положительно. Это огромный шаг вперед. Но лишь первый и не определяющий. Успех будет зависеть от дальнейших. Бойкот предстоящих выборов должен стать стартовой акцией, которая продемонстрирует силу объединяющейся оппозиции. И необходимость изменения правил игры на политическом поле. Нынешний набор правил – контр-продуктивен.
— Считаете ли Вы, что данный объединительный процесс даст импульс новому политическому подъему в обществе?
— Несомненно. Если объединившиеся силы будут смотреть не друг на друга, выискивая соринки в глазу, а посмотрят вместе вперед, в направлении главной стратегической цели – построения демократического либерального общества.
— Как вы считаете, почему западные политики осторожно комментируют так называемый “вопрос Рахата Алиева”, хотя зарубежные СМИ довольно бурно пишут на эту тему? Меня интересует такой вопрос: Тот разлад в семье президента, который прослеживался в течение ряда последних лет, наконец-то выплеснулся наружу вулканическим извержением. Получается, что Назарбаев не может ладить в семье, не говоря уже о правлении страной. Складывается впечатление, что страны Запада и их политики как в рот воды набрали, наверное, в надежде заполучить казахстанскую нефть. Например, в США из-за одной Моники Левински такой шум подняли, что президент чуть не ушел в отставку. А у нас зять президента обвиняется в тяжком преступлении…
— Поведение западных стран отличается определенными закономерностями. Первый импульс дают неправительственные организации и пресса. Второй этап – официальная реакция политиков и лишь на третьем этапе вырабатывается официальная позиция страны по тому или иному вопросу. В упомянутом Вами случае с Моникой Левински причиной возмущения общественности и политиков была ложь, высказанная высшим государственным должностным лицом, которое должно не только проявлять уважение к конституции, но и выступать их гарантом. Если должностное лицо пренебрегает конституцией – оно должно быть смещено. Такова демократическая логика. На западе “вопрос Алиева” находится в первой фазе. Однако, то, что он уже сказал о пытках, мотивах политреформ – подняли аналитический уровень и государственных и негосударственных структур западных стран, которые уже меняют взгляд на нашу страну.
В Казахстане инертность населения объясняется тем, что государством ему так и не был дан весь демократический инструментарий. Репрессивные меры направлены на то, чтобы сформировать полностью советский алгоритм поведения человека. Граждане не столько инертны, сколько зашуганы и запуганы. К примеру, посмотрите, с каким страхом у нас относятся к самой идее критики главы государства. В нормальных демократических странах глава государства – главный объект внимания СМИ, граждан, НПО и партий. При этом его критикуют не только оппозиционные партии, но и сама правящая партия. Другой пример – Казахгейт. Шокирующие факты возможной связи главы государства с агентом иностранной разведки не только не вызвали никакой реакции со стороны населения, но до сих пор не стали объектом разбирательства со стороны других ветвей власти с тем, чтобы хотя бы формально смыть тень, брошенную на репутацию Главы государства.
— Ержан Калиевич, Ваши дальнейшие планы?
— Я готов к долгосрочному пребыванию и работе на западе. Чем сильнее на меня будет давление, тем более сильным будет противодействие. Подчеркну, я не в состоянии аффекта.
***
Вопросы подготовлены редакцией газеты “Тасжарган”.