Позади празднование десятилетия Астаны в качестве столицы Казахстана. Помимо различных культмассовых мероприятий оно было отмечено проведением 17-й ежегодной сессии Парламентской Ассамблеи ОБСЕ.
В качестве послесловия к этим событиям мы предлагаем вам интервью с лидером партии “Азат” Булатом Абиловым, который в те дни наряду с другими представителями казахстанских политических объединений был приглашен в Астану на встречу с руководством ОБСЕ.
***
— Булат Мукишевич, прониклись ли вы праздничной атмосферой новой столицы и рабочей атмосферой сессии ОБСЕ?
– Идеология и стилистика торжеств были выдержаны в духе советской пропаганды застойных лет. Все происходящее представляло собой причудливую смесь из элементов Фестиваля молодежи и студентов и Олимпиады-80. “Все флаги едут в гости к нам”, и далее в этом роде. Таким образом, делегаты Парламентской Ассамблеи ОБСЕ автоматически становились участниками праздника, а работа ее сессии превратилась в туристический вояж с осмотром новостроек, обильными приемами, с культурной программой, похожей на ту, которой потчевали в былые времена делегатов партийных и комсомольских съездов.
— Судя по всему, я несколько поторопился, назвав атмосферу сессии Парламентской Ассамблеи ОБСЕ в Астане рабочей?
– Я недоумевал, почему свои речи и комментарии участники сессии ОБСЕ в основном посвящали градостроительным аспектам столицы Казахстана, и посему складывалось ощущение, что это не ассамблея политической организации, а семинар архитекторов. Хотя мы ожидали, что сессия будет посвящена тому, насколько честно Ак Орда выполняет свои обязательства по реформированию политической системы Казахстана и демократизации общества.
— Представители казахстанских политических партий и НПО имели возможность обсудить эту тему с делегатами ассамблеи ОБСЕ?
– Видите ли, программа их пребывания была составлена таким образом, что большая часть времени была отведена для бесед с астанинскими чиновниками. Для проведения встречи с представителями НПО и политических партий было выделено лишь по одному часу, а выступления ограничивались регламентом в две минуты, наверное, взяли пример с нашего ЦИКа (на предвыборных теледебатах нам выделяли ровно столько же). Общаясь с представителями делегаций из США, Канады, Германии и Великобритании, я высказал пожелание, чтобы в будущем ОБСЕ не ограничивала себя общением только с акординскими чиновниками и стремилась бы узнать более объективную информацию о том, что творится в стране, из уст неангажированных политиков.
— Меня, мягко говоря, удивила позиция руководителей некоторых партий, в том числе и незарегистрированных, которые за все время беседы не сказали ни одного критического слова по поводу ситуации в Казахстане.
– Абсолютно с вами согласен. У каждой недомолвки свой резон. Поэтому меня это не только удивило, но и насторожило. И рассмешило то, что лидер одной из партий в своей двухминутке вообще забрел в дебри сельскохозяйственной риторики и больше оттуда не выходил.
— О каких проблемах в своей двухминутке вы высказались?
– Я постарался донести до участников ПА ОБСЕ суть основных проблем в нашей стране, тормозящих ее демократическое, цивилизованное развитие, это: госмонополия на электронные СМИ, тотальные фальсификации на выборах с использованием административного ресурса, отсутствие представителей оппозиции в избирательных комиссиях. Действующий председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Финляндии Александр Стубб искренне поблагодарил за откровенный разговор и за расставленные акценты, благодаря которым взгляд на “демократические процессы” в Казахстане становится более трезвым. Хотя для полного понимания ситуации достаточно того факта, что те же Айнур Курманов и Балли Мажец приехали на ассамблею ОБСЕ в составе польской делегации. Удивительно, казахстанцы едут в свою столицу, и для того, чтобы послушать доклад о ситуации с правами человека в собственной стране, им приходится быть в составе иностранной делегации. И почему власти боятся их? Может, уже настало время нашим чиновникам относиться к этому более спокойно, без рукоприкладства в отношении Балли Мажец, не доводить все до постыдного скандала.
— На этой встрече всем был задан вопрос по поводу возможного проведения новых выборов в парламент. Лидеры семи партий уверены в том, что в ближайшем будущем будут проведены внеочередные выборы в мажилис, а ваш прогноз был отрицательным…
– Насколько я понял президента – высокий 7-процентный барьер для прохождения партии сохранится, но если вторая по результатам выборов партия не проходит этот порог, набирая, например, 6,9 или 5%, то ее автоматически пропускают в законодательный орган, т.е. это будет символическим представительством из 5 депутатских мест. На мой взгляд, лучше снизить процентный барьер до 5 или 3% или вообще убрать; как сказал тот же финский министр – в их стране нет никакого барьера, набирай хоть 1% и проходи в парламент, ты все равно кого-то представляешь, это чей то голос, вот она – реальная демократия. И если брать во внимание тот факт, что 50% из числа тех, кто имеет право голоса, вообще не ходят на выборы, то твой 1% можно со смелостью умножать на два.
— То есть вы в ближайшем будущем не ожидаете ни обещанной либерализации политической системы, ни прогнозируемых многими внеочередных парламентских выборов?
– Президент Назарбаев политик искусный, в его речах вы услышите только определенные “месседжи”, он обычно не озвучивает сроки исполнения. Так что судьба обещанных поправок весьма туманна. Во-первых, на мой взгляд, в новых выборах Ак Орда не заинтересована, потому что председательское кресло в ОБСЕ уже никуда не убежит, а значит, и смысла рисковать нет. Во-вторых, власть не отрицает того, что в стране социально-экономический кризис. В лучшие годы 10%-го экономического роста приходилось идти на тотальные фальсификации, чтобы “Нур Отан” вытащить за уши и подарить ему дутое первенство. Представьте, каким должен быть уровень фальсификаций результатов выборов сейчас, когда 70% населения обеднело и не может оправиться от шока, вызванного безудержным ростом цен и тарифов, и, прямо говоря, матом кроет партию “Нур Отан”; когда власть на местах и в центре не пользуется доверием граждан. Резона проводить парламентские выборы в этих условиях нет. Есть такая закономерность: чем выше цены на нефть – тем ниже уровень демократии. Чем хуже социально-экономическая ситуация – тем выше степень фальсификаций.
Единственное, на что сейчас может решиться власть: это провести выборы в маслихаты по партийным спискам. Это еще предположить можно. Распустить нынешние составы, изменить кое-что в законах, и многие проблемы спустятся вниз, пар социального недовольства будет несколько выпущен. Галочка для той же ОБСЕ.
— Вы предполагаете, что выборы в нижнюю палату парламента пройдут в срок?
– Календарно следующие выборы должны пройти в августе 2012 года, а президентские – в декабре того же года. Вероятен следующий сценарный ход: глава государства обращается к нации – зачем, мол, проводить выборы два раза подряд с интервалом в три месяца, тратить огромные бюджетные деньги, людей отрывать от работы, я поступлю демократически, отниму у себя остающиеся по сроку три месяца президентства, давайте проведем президентские и парламентские выборы одновременно. Но вполне вероятно, принимая во внимание ушлость нашей власти, что выборы могут состояться на год раньше – в 2011 году. Чтобы вновь застать всех врасплох, не дать как следует подготовиться.
— Тут скорей стоит ожидать появления нового правительства, а не парламента?
– Не будем желаемое выдавать за действительность, кабинет Масимова продолжает действовать непрофессионально, с оглядкой на больших экономических игроков. Тому подтверждение – экспортные пошлины, 110 долларов для нефтяных компаний, и то не для всех. Вопрос с пошлинами для горнорудных компаний вообще заглох. “Евразийцы”, “Казахмыс” имеют большое покровительство в Астане, вопрос прикрыли, а бюджет потерял миллиарды долларов.
Для сравнения: в России используется иная экономическая практика. В течение нескольких лет таможенные пошлины составляли 300 у.е., с 1 августа там вводят новые тарифы почти в 500 у.е. – а мы трусливо 100 берем, теряем 400! Наша партия не раз выступала с инициативой введения природной ренты, хотя бы в виде экспортных пошлин. Те, кто получил доступ к нашему сырью почти бесплатно, теперь за счет мировой конъюнктуры получают сверхприбыли. Казахстан экспортирует 60 млн. тонн, умножить на 500 у.е. – это 30 млрд. долларов в год мы можем получать в бюджет дополнительных денег. У нас за 8 лет в Национальном фонде накопилось всего 25 млрд.
— В СМИ просочилась информация о том, почему вопреки убыткам, которые несет наш бюджет, деньги Национального фонда размещены на зарубежных счетах. Мол, многие высокопоставленные чиновники получают с них свои дивиденды?
– Да, это не исключается. Таков закономерный итог деятельности непрозрачной политической и экономической системы. Получается, что средства Нацфонда не работают на экономику страны и на повышение уровня жизни миллионов казахстанцев. Происходит это в условиях, когда в стране по-прежнему нет нормальных дорог, приличной инфраструктуры, сельское население не имеет доступа к элементарным благам цивилизации, но деньги Нацфонда служат не им, они поддерживают западную экономику. Вполне возможно, что большие чиновники с этих вложенных 25 млрд. долл. получают свои несколько процентов.
С такими результатами страна подошла к 10-летию своей новой столицы, я уже не говорю о достижениях в сфере политического устройства в виде монопартийного парламента, торжестве коррупции и безнаказанности. На мой взгляд, юбилей Астаны мог быть намного скромнее, а бюджет его торжеств – справедливо распределиться по всем регионам, и казахстанцы по всей стране могли бы реально ощутить это событие. И не только регионы делали бы подарки центру, но и наоборот, чтобы столица была не только дорогой и золотой в смысле потраченных на нее денег, но и стала любимой.
“Тасжарган” № 26 (103) от 9 июля 2008 г.


