Наш земляк Михаил Полторанин рассказывает

Как газета “Правда” открыла Назарбаеву путь в большую политику, чем казахский феодальный монополизм лучше российского и почему из евразийской интеграции ничего не выйдет

Читателям моего поколения, пожалуй, не надо представлять Михаила Никифоровича Полторанина. А вот для молодёжи приходится давать биографическую справку. Это тот самый человек, мои юные друзья, который написал за Ельцина его знаменитую, разошедшуюся в самиздате речь на октябрьском (1987 г.) пленуме ЦК КПСС (“я вынужден просить Политбюро избавить меня от мелочной опеки Раисы Максимовны, от её ежедневных звонков и нагоняев” и т.д.), кто спас Бориса Николаевича на водах, когда тот в пьяном виде выпал из лодки, (“сейчас я уже не знаю, правильно ли поступил”, — наполовину всерьёз комментирует Полторанин). До 1994 года Михаил Никифорович работал министром печати и вице-премьером российского правительства, но когда увидел, как “реформаторы” разворовывают страну, ушёл из исполнительной власти.

Наш земляк Михаил Полторанин

Сейчас бывший вице-премьер уже на пенсии (он на полгода старше вашего президента), живёт в уютном и просторном, но далеко не рублевского формата подмосковном доме — такие дома у европейского и американского среднего класса, а в Казахстане — у акимов самых бедных сельских районов, — и пишет книги. Их трудно назвать мемуарами, скорее это документальные политические триллеры.

Полторанинская “Власть в тротиловом эквиваленте” стала, можно сказать, общероссийской сенсацией. Автор книги ожидал, что его посадят или начнётся парламентское расследование в отношении героев произведения, но пока не посадили и не началось.

Значительная часть биографии Михаила Никифоровича связана с Казахстаном; он родился в Восточно-Казахстанской области, с разницей в 15-20 лет мы с ним учились у одних и тех же преподавателей КазГУ и работали в “Казахстанской правде”. Казправдинские “старики” любили рассказывать молодёжи, как в начале 70-х бывший штангист Миша Полторанин, когда перевозили на новую квартиру старшего коллегу, Геннадия Николаевича Жданова (тот солидно кивал, подтверждая), взвалил на спину железный сейф и поднялся с ним по лестнице. Вес сейфа в рассказах значительно колебался, никогда не опускаясь ниже 150 килограммов.

Вскоре после этого события Полторанин стал корреспондентом газеты “Правда” в Казахстане. Тут начинается первая из историй, которые я выбрал в книге Михаила Никифоровича, а потом обсудил с ним дома у Полтораниных, добирая интересующие меня детали.

Итак, на дворе стоял 1976 год. Собкор главной газеты страны нашёл громкую тему, которую до него боялись тронуть. Дело в том, что “Казахстанская Магнитка” (так в советское время называли в газетах и по телевизору Карметкомбинат) была построена специально для переработки местного сырья. “Запасы железной руды на местных месторождениях огромны, — пишет Полторанин. — С их учётом и возводили в гигантской степи гигантский объект – даже канал Иртыш – Караганда протяжённостью 430 километров к нему провели. Но технологию переработки сырья дельцы из Госплана и Минчермета заложили такую, что предприятию не годилась в принципе руда Казахстана – её предстояло возить – и начали возить! – из Курской области. Или надо было, не откладывая, поднимать шум в Москве, чтобы Совмин СССР принял решение о демонтаже одних технологических линий и замене другими, приспособленными под казахстанскую руду (с определённым уровнем содержания в ней железа, серы и фосфора)”.

Местные руководители очень не хотели ссориться с Госпланом СССР. За это можно было дорого поплатиться. А писать от своего имени Полторанину было не с руки: чтобы статья дала резонанс, требовался автор более высокой весовой категории, чем корреспондент. И вот собкор “Правды” ходит с готовым текстом по карагандинскому начальству, уговаривает поставить подпись. Но все отказываются: “даже генеральный директор Карметкомбината, смелый человек Олег Тищенко не решился, сказал, что его после этого сожрёт госплановская мафия”.

Тищенко посоветовал Полторанину поговорить с секретарём парткома его комбината Нурсултаном Назарбаевым. Сказал, что тот “любит быть на виду”. Полторанин засомневался: “он мне не очень подходил. Секретарь парткома – ну кто он такой?” Однако больше никто из начальников не подписывался на рисковое дело, и собкор поговорил с Назарбаевым. Тот согласился. “Мы с ним добавили кое-что про жуткие социальные условия на комбинате”, — вспоминает Полторанин, и злая статья “Причислен к отстающим” вышла за подписью никому не известного 36-летнего Н.Назарбаева.

Публикацию заметили в Москве, на самом верху. Политбюро ЦК КПСС поручило рассмотреть статью на заседании Президиума Совета Министров СССР с приглашением автора. “Нурсултан было занервничал,- пишет автор книги “Власть в тротиловом эквиваленте”, — но сообща мы набросали ему проект выступления на том заседании. И он выглядел там более чем убедительно. Брежнев сказал Кунаеву: “Такой парень толковый, а ходит у тебя на десятых ролях”.

Назарбаев вернулся в Темиртау народным героем. Проектировщикам намылили шею, на комбинате повысили зарплаты, в городе стали строить больше жилья, школ и детских садов, улучшилось снабжение товарами: по всем позициям для Темиртау ввели коэффициент 1,3 — так это называлось на языке Госплана.

Михаил Никифорович вспоминает, как к нему подходил самый главный карагандинский начальник — первый секретарь обкома партии – и сетовал: что ж вы не уговорили меня подписать статью?! Потом с тем же вопросом подошёл второй по значимости человек: председатель облисполкома.

Но кто не успел, тот опоздал, а кто смел, тот два съел, учит народная мудрость.

У Нурсултана Назарбаева начался вертикальный подъём в стратосферу большой политики. В 44 года он стал премьер-министром Казахской СССР. По тогдашним временам — очень рано.

Михаил Полторанин к этому времени жил в Москве и работал спецкором “Правды”. Коллеги по-дружески, с оттенком белой зависти назвали его киллером: почти каждая командировка спецкора Полторанина заканчивалась снятием с должности обнаглевшего районного или областного чиновника. Потом Ельцин пригласил Михаила Никифоровича возглавить “Московскую правду”. Так начался недолгий период близкого сотрудничества Полторанина с мятежным российским политиком, будущим президентом.

Назарбаев в должности Предсовмина, а потом первого секретаря ЦК Компартии Казахстана часто бывал в Москве. “Привозил чёрную икру”, — вспоминает Полторанин. А обжившийся в Москве земляк знакомил казахского лидера с нужными людьми: “с крупнейшими российскими учёными и разными баламутами типа Гавриила Попова”.

Следующий эпизод относится к 1992 году, когда Назарбаев уже стал президентом независимого Казахстана, а Полторанин российским вице-премьером.

— Как-то Назарбаев был в Швайцарии и где-то там дал интервью, — рассказывает мне Михаил Никифорович. — И помощники Ельцина сразу бегут к шефу с этим текстом: в нём не очень лестно сказано о российском президенте. А Назарбаев в это время уже летит в Москву, они заранее договорились, что завтра состоится официальная межгосударственная встреча. И вдруг мне из самолёта звонят от Назарбаева – Ельцин отменил встречу! Теперь куда им самолёт поворачивать? Они в Москву летят из Цюриха…

— А что именно Назарбаев сказал?

— Ничего особенного. Что Борис Николаевич импульсивный человек, непредсказуемый – вот так он отозвался. Дескать, с ним трудно решать вопросы. А теперь Назарбаеву в самолёт звонят, мол, Ельцин отказывается от встречи. И вот, как я уже сказал, казахи мне перезванивают, тогда считалось, что я ближе всего к российскому президенту – и говорят, Нурсултан Абишевич просит, то-то то-то. Я звоню Ельцину. Он говорит: да ну его, этого Назарбаева! Что он там себе позволяет?!

Я отвечаю: Борис Николаевич, вы вообще представляете, что это такое? Это же дипломатический скандал. Вы же стали президентом страны, не забывайте, вы уже не секретарь Свердловского обкома. “Ну ладно, скажите, пусть летят”. Я позвонил, они прилетели.

И Назарбаев, конечно, сжимал это в себе, злился, но Ельцин потом, когда отошёл… Он дал Назарбаеву дачу здесь в Москве. В сосновом бору. Мы туда приезжали, Назарбаев прилетал с Сарой Алпысовной, привозил барана, Ельцин со своей Наиной, я тоже с супругой. Три семьи. Ели этого барана, всё прочее, и Ельцин говорил – ну ладно, Нурсултан Абишевич, я тебе дам ещё несколько миллиардов долларов льготного кредита, ты не сердись. Барин такой. А Нурсултан брал. Но всё равно он цену ему знал, я видел, как Назарбаев кривится, когда Ельцин в очередной раз выкаблучивался. Нурсултан знал ему цену.

При этом Полторанин много раз повторяет, что сам он далеко не сразу разобрался в Ельцине. Что тот очень сильно менялся. В 1987 году, когда позвал нашего земляка на работу в “Московскую правду”, это был один человек, потом совсем другой, потом третий.

Из постсоветских лидеров Полторанин считает самыми крупными фигурами Лукашенко и Назарбаева:

— Все остальные помельче. И Ельцин, несмотря на то, что он ростом большой – тоже помельче. Он к началу 1993 года вообще уже ничего не решал. Почему мы с ним разошлись? Потому, что приехала огромная группа американцев и делала здесь политику. Ну, у меня в книге об этом всё подробно рассказано. Ельцин за несколько лет угробил Россию.

Михаил Никифорович называет политическую систему, сложившуюся в России и Казахстане, “монополистический феодализм”: “несколько семей или кланов стали хозяевами собственности”. Такой порядок вещей пришёл на смену гораздо более прогрессивному монополистическому социализму, который, по мнению Полторанина, можно было улучшить, скорректировать – но не разбивать кувалдой. При этом казахстанскую политико-экономическую ситуацию бывший вице-премьер оценивает более высоко, чем российскую: у Назарбаева есть стратегия, видение дальней перспективы. А российские лидеры живут сегодняшним днём.

Но правильнее всего, считает Полторанин, действует Лукашенко. Он оставил государственную собственность на крупнейшие предприятия, не продал их иностранцам и поэтому сохранил настоящий суверенитет.

Говорю Михаилу Никифоровичу, что в Белоруссии многие городские жители не любят Лукашенко. За авторитарный стиль, за то, что во всё вмешивается, устраивает выволочки в манере колхозного бригадира. Младшего сына везде с собой водит как наследника. В Минске президента даже стали называть сначала Колин Папа, а потом сеньор Папаколли.

— Они с жиру бесятся. Он один сохранил суверенитет. Один! И теперь людям кажется, что Лукашенко грубоватый. Им хочется лёгкого такого, либеральчика. Что ж, они дождутся, получат либеральчика.

 — Сейчас три наших лидера создали таможенный союз и активно углубляют интеграцию. Что вы думаете по этому поводу?

— Я думаю, что это всё фуфло. Вы за бумаги загляните – там же ничего не делается. Никакой интеграции на самом деле нет.

— Но многие товары уже ходят свободно, формируется единый рынок.

— Процесс интеграции ни к чему серьёзному не приведёт, потому что у России, Белоруссии и Казахстана абсолютно разные цели. И вообще, мы с Казахстаном под одной командой, у нас один хозяин, я имею в виду всемирный олигархат. Мы будем делать то, что они скажут. Они позволят нам торговать друг с другом молоком, но никак не высокотехнологичной продукцией. Не для этого они разваливали нам СССР.

Наш земляк Михаил Полторанин

(Продолжение следует)

***

© ZONAkz, 2014г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...