Arab News: Хрупкая иранская сделка

В ходе длительных переговоров в Женеве, Лозанне и, наконец, Вене иранские и американские команды часто, находясь на одной и той же стороне, бились с тем, чтобы убедить других членов группы Р5+1 смягчить свои позиции по отношению к Ирану. Переговоры отняли столь много времени по той причине, что Керри и Зариф, часто работая вместе, пытались найти такую формулировку, которая может скрывать реальные и высвечивать периферийные проблемы. Керри хотел обмануть Конгресс США; Зариф желал ввести в заблуждение исламский Меджлис в Тегеране

Издание Arab News опубликовало аналитическую статью Амира Тахери под названием «A fragile Iran deal» — «Хрупкая иранская сделка».

ядерная сделка

В ней говорится так: «В то время как борьба из-за так называемой ядерной сделки с Ираном продолжается в Тегеране и Вашингтоне, с каждым днем становится все более очевидным то, что «шанс на выдающееся прижизненное достижение» президента Барака Обамы, возможно, не переживет его президентства.

Аналогичная картина складывается на иранской стороне. Фракция Акбара Хашеми Рафсанджани, членом которой президент Хасан Роухани является, надеется использовать сделку в качестве плацдарма для завоевания ключевых центров власти. И, тем не менее, сделка может обернуться уничтожением клана Рафсанджани. «Сделка» имеет много фундаментальных недостатков. Наиболее важным является то, что она достигнута между двумя фракциями в Вашингтоне и Тегеране, и не пользуется поддержкой двух соответствующих стран.

Поскольку Обама и Роухани знали, что их сделка не может заручиться поддержкой, соответственно, американского и иранского законодательных органов, они составили план по их обходу. Обама согласился позволить Конгрессу дать представление по иранскому соглашению, но не в качестве договора, и только после того, как оно приобрело видимость законности при наличии сомнительной резолюции, принятой Советом Безопасности Организации Объединенных Наций.

Поддержит ли Конгресс сделку или отклонит ее в ходе голосования по ней, обязательство США в отношении резолюции Совета Безопасности ООН остается. Основным результатом голосования Конгресса, которое почти наверняка окажется не в пользу сделки, явится появление знака того, что США в качестве государства-нации не поддерживает ее.

Обама, возможно, перемудрил. Его «сделка» не держится ни на чем, кроме исполнительного указа, конституционного средства, с помощью которого президент может навязать определенные меры. Однако исполнительный указ, выпущенный одним президентом, может быть отменен другим. Конечно, вполне возможно то, что Обама мог бы заботиться меньше о том, что произойдет после того, как он покинет Белый дом с заявлением об «избавлении мира от Ирана с ядерным оружием».

Серия разоблачений, некоторые из которых связаны с просочившимися в прессу неофициальными инструкциями американцев и иранцев, показывает то, что две фракции находились практически на одной и той же матрице с самого начала.

Бывший иранский министр иностранных дел Али-Акбар Салехи в ходе увлекательного интервью, которое он дал на прошлой неделе, раскрыл то, что в период президентства Махмуда Ахмадинежада Иран при посредничестве Омана выдвинул пять условных предпосылок для начала секретных переговоров с США. «Мы были удивлены, когда Обама принял все из них», — вспоминает Салехи.

И это было до того, как Джон Керри, который имеет долгую историю контактов с Тегераном, включая встречи с бывшим президентом Мухаммедом Хатами в Давосе, стал государственным секретарем.

Салехи вспоминает, что, когда он проинформировал новоизбранного президента Роухани о секретных переговорах, последний был «поражен» готовностью Обамы лезть из кожи вон для умиротворения Тегерана. Для Тегерана Обама и Керри составили идеальную команду.

В ходе длительных переговоров в Женеве, Лозанне и, наконец, Вене иранские и американские команды часто, находясь на одной и той же стороне, бились с тем, чтобы убедить других членов группы Р5+1 смягчить свои позиции по отношению к Ирану.

В не подлежащем оглашению брифинге в Тегеране, который, тем не менее, частично сделался достоянием гласности, заместитель министра иностранных дел Аббас Аракчи привел ряд случаев, когда Керри боролся за то, чтобы склонить других к принятию позиции Ирана.

Один случай имел место тогда, когда французы и англичане настаивали на том, чтобы Иран официально обязался не финансировать и не вооружать ливанский филиал Хезболлы. «Естественно, мы отказались, — сказал Аракчи. — И это был (Джон) Керри, который убедил других снять этот вопрос». В другом случае Россия добивалась того, чтобы запрет на продажу оружия Ирану был немедленно отменен. Иран не хотел этого, по-видимому, по той причине, что он чувствовал, что ему предстоит столкнуться с подталкиванием к приобретению российского оружия.

Российский министр иностранных дел Сергей Лавров позже выразил удивление, когда иранский министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф и Керри объединили усилия для того, чтобы сохранить действие запрета, хотя и с небольшими изменениями.

В еще одном случае, указываемом политическим генеральным директором МИД Ирана Хамидом Баееди-Нежадом, который был членом команды переговорщиков, Керри принял сторону Ирана с тем одержать верх над англичанами и французами, которые настаивали на оставлении в силе в течение еще пять лет запрета на продажу самолетов Тегерану.

«Вся проблема была улажена, когда Керри дал слово от нашего имени», — сказал Баееди-Нежад. Керри также поддержал требование Ирана о том, чтобы запрет на поездки в отношении нескольких гражданских и военных должностных лиц, а также некоторых арабских террористов, связанных с Ираном, был снят. Французы, англичане и немцы выступали против этого, отчасти потому, что среди названных имен фигурировали осужденные террористы, которые отбывали срок в их тюрьмах.

Керри показал свою заинтересованность в угождении Ирану более конкретно тогда, когда он добивался снятия запрета в отношении Аниса Наккаша, ливанского «боевика», который был близок к Имаду Мугнии, когда-то возглавлявшему службу безопасности Хезболлы и предположительно участвовавшему в подготовке самоубийственного теракта, унесшего жизнь 241 американского морского пехотинце в Бейруте в 1983 году. Столкнувшись с европейскими возражениями, Керри изрек свою знаменитую фразу: «Мы смотрим в будущее, а не в прошлое!».

Несмотря на помощь со стороны Керри, иранская команда потерпела неудачу в одном вопросе – убеждении Германии отменить ордера на арест, выданные в отношении четырех высокопоставленных иранских деятелей, включая Рафсанджани, за заказ убийства иранских курдских лидеров в Берлине в 1990 году. Немцы настаивали на том, что их судебная система независима и что они не могут отменить ее решения.

Переговоры отняли столь много времени по той причине, что Керри и Зариф, часто работая вместе, пытались найти такую формулировку, которая может скрывать реальные и высвечивать периферийные проблемы. Керри хотел обмануть Конгресс США; Зариф желал ввести в заблуждение исламский Меджлис в Тегеране.

Посредством отклонения предлагаемой «сделки» Конгресс США поведает миру о том, что договоренность представляет собой соглашение между Обамой и иранской фракцией».

***

© ZONAkz, 2015г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

Новости партнеров

Загрузка...