Токтар Аубакиров: Надеюсь, что мой внук повторит меня

О работе казахстанского кабмина в условиях кризиса, системных проблемах, неправильной трактовке патриотизма и причинах, из-за которых современные дети перестали мечтать о космонавтике, рассказал герой Советского союза, Халык кахарманы, заслуженный летчик-испытатель СССР Токтар Аубакиров

Астана. 30 ноября. КазТАГ – Оксана Скибан. О работе казахстанского кабмина в условиях кризиса, системных проблемах, неправильной трактовке патриотизма и причинах, из-за которых современные дети перестали мечтать о космонавтике, рассказал в интервью агентству КазТАГ герой Советского союза, Халык кахарманы, заслуженный летчик-испытатель СССР Токтар Аубакиров.

***

— Токтар Онгарбаевич, чем Вы сейчас занимаетесь, почему избегаете разговоров об отечественной космонавтике?

— Ничего не собираюсь говорить на этот счет и дальше. Сейчас веду нормальную работу и мне нравится. Очень хороший коллектив, командный, несмотря на то, что людей очень много в этой компании.

— Не хотите вернуться в политику? Умный человек там точно не помешал бы, здравомыслящий.

— Спасибо, что вы меня считаете таковым.

— На самом деле! Ведь сегодня очевидно, что политические круги слишком узки и в них нет ярких личностей.

— Хочу вам сказать, что они есть, просто эти люди не могут себя еще раскрыть. Знаю, среди нынешних депутатов (парламента – КазТАГ) есть люди одаренные. В научном плане очень умные люди есть.

— Но а что касается Вас?

— Меня? Я уже был. Много раз. Трижды был депутатом. Трижды не везло. Все время закрывали (распускали парламент – КазТАГ). Зачем я буду мешать? Если я еще раз пойду, еще раз закроют, распустят парламент. Поэтому пусть они работают, пусть сидят. Многие туда приходят, сами понимаете, на теплое место. Никто никого никуда не гонит, никто не заставляет тебя говорить, а нажать кнопку «да», если еще это спустили особенно сверху, то все, «привет, мы понимаем». Без всяких разных поправок. Не хочу быть среди многих, так сказать, белой вороной.

— Просто Ваша фигура в свое время в оппозиционных рядах заметно выделялась.

— Что такое оппозиция? Сейчас оппозицию воспринимают в Казахстане как некий инструмент, который создаст вражду между народом и правительством. Это совсем не то. В моем понимании, наоборот, эти люди создают прецедент, чтобы действующее правительство не дремало.

Понимаете, если мы не будем подталкивать правительство к действиям, то правительство решит, что никто не просит, никто не требует, будет думать, давайте это на завтра, на послезавтра отложим. Всегда у нас оттягивается время, а потом, когда мы хватаемся, оказывается, паровоз-то идет уже на полном ходу и надо как-то заскакивать. Мир не стоит на месте. Мир движется. От всего где-то можно отстать и догнать очень трудно.

Не говорю, что в правительстве сидят неталантливые люди. Есть талантливые и есть там те, кто решает вопросы, но человеческая суть такова. Надо все время, чтобы кто-то стоял за спиной. Тот, который мог бы тебя столкнуть и сесть на это место. Вот что такое оппозиция! Те, которые говорят, вот неправильно делаете, мы готовы это заменить и наше видение по этому вопросу вот такое-то, более передовое. А та оппозиция, которая просто, извините, еще хуже, чем действующее правительство, – это не оппозиция.

— Получается, что у нас оппозиции вообще нет в Казахстане, потому что некому правительство подталкивать, чтобы не дремало?

— Вы за последние пару лет слышали хоть один голос где-нибудь оппозиционный?

— Кроме «Нур Отана» есть фракции «Ак жола», коммунистов. Азат Перуашев на слуху, Айкын Конуров…

— Перуашев? Он что-нибудь новое или экстраординарное в противовес тому, что предложили до этого, говорил? Нет. Он просто говорит, что «да, есть, но это надо было бы так сделать». Как человек, будем говорить, от бизнеса, он все понимает, где надо ему что-то поиметь. Это очень здорово, но это называется не партия, не оппозиция, а лоббизм.

— А как Вы относитесь к предложению мажилисмена Конурова, который предлагает цену на хлеб установить 300 тенге за буханку?

— Причем самое главное, он расписывает, как это можно сделать! Но никто не обращает внимания на то, что в своем последнем выступлении перед тем, как отпустить тенге в свободное плавание, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев сказал, что цены на хлеб никто никогда не будет менять. На социальные услуги никто менять не будет. Всех предупредил.

Не прошло и месяца, все эти слова ушли куда-то по ветру. Почему так? Почему то же правительство, члены кабмина идут вопреки указаниям президента, я не понимаю. И почему они до сих пор находятся на своих должностях?! Я думаю, если только паровоз сошел с рельсов, надо его убирать подальше!

— Вы считаете, что кабмину пора в отставку?

— Не могу сказать, что всему кабмину, но какой-то части ребят, которые там сидят. Могли бы спокойно уйти в свободное плавание и никто бы от этого не пострадал.

— А есть замена?

— Есть. Нашли же замену Келимбетову (экс-председатель Национального банка – КазТАГ). Кстати, мне очень жаль, что Кайрат Нематович, куда бы ни пришел, он везде проваливал. Почему прежде никто не увидел этого? Почему на такую ответственную должность его рекомендовали? Его же рекомендовало правительство перед президентом! И я думаю, в общем-то, получилось, что просто человек занимал место: и когда был в правительстве, и когда был руководителем в «Самрук-Казыне».

— Вас много раз приглашали в Россию, почему не уехали?

— Не много раз. Приглашал президент Путин к себе советником по военно-космическим делам. Однако никогда не бывает так, чтобы, служа одному царю, ты преклонялся перед другим. Значит, надо службу прекращать. Я ему сказал, что я служу своему отечеству, своему народу и поэтому никуда уехать не могу.

— Это потому, что Вы — патриот. Кстати, на Ваш взгляд, как понимают сейчас патриотизм и что это значит лично для Вас?

— Кто как понимает. Нам, к сожалению, не хватает патриотизма. Пусть вначале это было бы слово, а потом бы это перешло в сознание. Надо побольше говорить о патриотизме. Побольше давать примеров. Мы только мертвых можем восхвалять. Живые примеры восхвалять никто не может, но это неправильно. Если есть пример, почему бы этим примером не пользоваться? Почему бы не организовывать школы патриотизма, изучения патриотических начинаний? Думаю, что это было бы очень даже неплохо.

Любой, сидя за швейной машинкой или стоя у станка, думал бы: «Я делаю для своего народа, от имени своего народа». Вот так надо, а не как сейчас: я делаю для себя, чтобы деньги заработать. В этом все дело, понимаете? И такое отношение поставлено у нас на широкую ногу. Девиз — зарабатывай везде, где успеешь.

Есть возможность зарабатывать — не сиди дома, огород сажай, зарабатывай. Но никому нет дела, что человек, когда огород сажает, в землю кидает, какие гербициды или удобрения, чтобы получить побольше урожая. Он не думает о том, что травит свой народ. Это неправильно. Должно быть патриотическое начало.

Понимание патриотизма заключается, прежде всего, в мыслях о будущем, что о нем надо беспокоиться, а не о том, чтобы жить только сегодняшним днем, а после — хоть трава не расти.

— Сейчас, как бывший общественный деятель…

— Бывших не бывает.

— Тем более. На Ваш взгляд, судя по социально-экономической ситуации в стране, что можете сказать, какие прогнозы на будущее можете сделать?

— Это объемный вопрос. Надо отметить, что мы хотим идти в ногу с миром, но не получается. Для того чтобы идти вместе с миром, нужен широкий шаг, а у нас ноги короткие пока что. Наша экономика зиждется на сырьевой базе. Президент все время говорит, что надо уходить от сырьевой направленности, надо создать промышленность в государстве.

Что на деле? Да, ура, собираем автомобили. Пришли отдельно колеса, мы их поставили и кричим: «Ура! Мы собрали автомобиль». Но извините, ребята, это не то. Мы собираем — это тогда, когда налажено производство, когда мы производим детали этого автомобиля…

— Что нам мешает? Есть же потенциал, человеческие ресурсы, столько безработных на рынке труда.

— К сожалению, вы ошибаетесь. У нас сырье-то есть, но нет рабочего потенциала. В Казахстане еще, когда были в составе СССР, именно тогда в последний раз готовили кадры: слесарей, сварщиков, комбайнеров и еще много других нужных специальностей. Сегодня даже швей не готовим!

Чтобы подготовить человека на того же слесаря, нет технической базы. Государству бы об этом побеспокоиться, позаботиться, но, увы! Все сводится к тому, что говорят, мы из-за рубежа привезем. А что, Казахстан уже превратился в Кувейт и у нас все казахстанцы имеют лицевой счет от продаж нефти и мы, как кувейтцы, можем не работать, поэтому можно и специалистов не готовить?

В стране были закрыты совхозы, колхозы, но где сейчас люди, которые там жили? В Астане и в Алматы на рынках торгуют! Они — в больших городах. Все областные города обросли людьми. Если раньше количество городских жителей насчитывалось по 100-200 тысяч, то сейчас по 500 тысяч и больше.

Это оттого, что позакрывали молокоперерабатывающие предприятия, маслозаводы, мелкие фермы, а раньше ведь в каждом регионе, в каждом районном центре они были. Сейчас же возим творог из северного Казахстана куда-то в Жезказган. Это ненормально. Свое должно быть в каждом регионе. Тогда же и себестоимость товара будет намного ниже за счет отсутствия транспортных расходов.

Где эти рабочие руки? Взять для примера хотя бы национального авиаперевозчика — пилот что ни турок, то англичанин, казахстанцев нет. Те, кто был когда-то, в связи с возрастом ушли, а молодых мы не готовили, а зачем? Точно так же и в любой другой сфере.

— Всегда актуальные вопросы: кто виноват…

— Виновата система. Система, а именно тот момент, когда говорим, думает ли правительство о будущем. Вот вам и ответ!

— … и что делать?

— Есть направление, которое придумано верно — это обучение за госсчет нужных для страны специалистов за рубежом. Это суперидея. Постепенно весь процесс обучения и использования таких специалистов меняется в более правильную сторону. Потому что уже поняли, что они отучиваются и остаются там, устраиваются на работу. Так еще отправляют ведь туда даровитых ребят.

Редко кто едет ради того, чтобы только там побыть. Те как раз-таки и возвращаются, и здесь занимают высокие должности, хотя собой ничего не представляют. А талантливые ребята остаются там. Это надо остановить. Но в Казахстане для них нет работы — вот в чем дело. Они приезжают сюда, им говорят, чтобы шли куда-то менеджерами.

— А что касается предприятий, рабочих специальностей?

— Нужно отправлять таких специалистов за границу, но заключать контракты, чтобы они возвращались и не просто возмещали деньги за учебу, но и за моральный ущерб, если вдруг решат остаться там… Тогда будет совсем по-другому. Но государство должно обеспечить такого специалиста должной работой.

Сейчас индустриализация, мы должны готовить специалистов в этом направлении. Не так, чтобы только гуманитарные науки – и все, вперед, поехали. Кстати, как продолжается эта тема, так она и идет. Самое главное – количеством, есть заказ столько-то отправить, ага, значит, столько-то и отправим. А что, на кого – это не первоочередное. За этим процессом так никто и не смотрит, какие специальности нужны для индустриализации, по каким отраслям.

Все надо посмотреть, посчитать, сколько предприятий и сколько еще откроем. И ориентироваться в плане подготовки специалистов на это, а не плодить юристов, финансистов, чтобы они заполняли рынки занятости. Во всех университетах сейчас один туризм преобладает. До этого был бум юристов. Так и будем из крайности в крайность… Инженеры нужны!

— Последний вопрос, хоть мы и условились не касаться темы космоса, но все же. Почему сейчас дети больше не мечтают стать космонавтами? Помните, лет 20 назад многие ребята в школьных сочинениях на тему «Кем я хочу стать» писали: «космонавтами».

— Психология изменилась. Все видят, когда один живет богато и ни в чем не нуждается, и остальные хотят. Потому что этот богатый раньше был обычный, работал где-то, а потом раз-раз-раз – и стал денежный, а другой никак не может вылезти из нужды. О каком патриотизме, о какой космонавтике человек будет думать?

Конечно, прежде всего, дети бедного стремятся выбраться из нищеты, а дети богатого думают, что они должны не растерять свое богатство. А что даст космонавтика? Похлопали, «ура-ура» покричали, встретили, а потом все, до свидания. А что это прогресс, наука и этим надо заниматься во имя будущего человечества и не только страны, об этом никто не думает. Многие думают, что пусть это другие делают, только не я.

Сейчас люди стали прагматичными, потому что это в семьях преобладает. В школе та же самая ситуация. У учителей вечная гонка то за планами, то за программой. У всех заботы. Когда у большинства людей такие большие, тяжелые, неподъемные заботы, то на воспитание ребенка и тем более, чтобы он думал о таких высоких материях, нет времени.

— Так вообще в стране не будет космонавтов.

— Будут. Все равно среди того меньшинства, которое есть, будут мальчишки и девчонки, которые будут дерзать. Меня никто не тянул за руку. Я не мечтал ни о чем другом, только чтобы летать.

— Почему Ваши дети не пошли по вашим стопам?

— Сегодняшние дети выбирают свою стезю. Думаю, конечно, может быть, кто-то бы пошел, но моя супруга когда-то сказала, что в нашей семье хватит одного летчика. Надеюсь, что мой внук повторит меня!

— Спасибо за беседу!

***

© ZONAkz, 2015г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...