Интеграция идет хорошо, только мимо

Заявленные в договоре о ЕАЭС цели не выполнены, социально-гуманитарная рецессия продолжается

«Если Евразийский союз будет развиваться на бумаге, то паритет России с Китаем нарушится и страны Центральной Азии будут экономически поглощены Пекином», – прогнозирует Елена Кузьмина, заведующая сектором экономического развития постсоветских государств Института экономики РАН. Прозвучало это в ходе международной научной конференции «Интеграционные проекты в Евразии: проблемы социально-экономического развития» (проводился Казахстанско-немецким университетом и Фондом Розы Люксембург).

«Денег хватает только на пантеоны, а в остальном Казахстан страна бедная», – отметил Петр Своик, заместитель председателя ОСДП. Сказано это было в связи с тем, что Керстин Кайзер, руководитель Фонда Розы Люксембург в России, акцентировала: представляемую ею организацию в первую очередь интересуют люди, их перспективы и доступ к общественным благам. «Вопрос прав человека для Фонда главный», – акцентировала она. С этого ракурса в основном и рассматривались интеграционные процессы на евразийском пространстве.  

«Простые люди хотят жить в большом общем пространстве – данные социологических опросов», – подчеркнула Саодат Олимова, директор научно-исследовательского центра «Шарк». Правда, сама социолог из Душанбе признала: «Теперь сфера влияния России проходит по Ферганской долине. Таджикистан отошел в сферу влияния Китая». Но при этом 98% таджикских трудовых мигрантов работает на территории России.

Тему общего рынка труда в ЕАЭС осветил в своем докладе Акимжан Арупов, директор Института мировой экономики и международных отношений. На его взгляд, общий рынок труда на постсоветском пространстве был всегда с момента распада СССР. «В Москве очень четко представлены практически все бывшие советские республики, да еще со специализаций в сферах деятельности», – отметил он. «Начинается правовое оформление того, что практически всегда было. Трудящиеся должны работать официально», – указал г-н Арупов.

В настоящее время любой гражданин страны-члена ЕАЭС может не регистрироваться – это послабление в режиме пребывания. Дети трудовых мигрантов имеют право на посещение школ, поступление в вузы. Что касается утечки мозгов, то она объективно имеет место. Маленькая зарплата, непрестижная работа, бытовая неустроенность создают условия для роста криминала. Диспаритет экономического развития создает дополнительные стимулы для миграции. Акимжан Арупов считает, что нужно отрегулировать ситуацию с юристами, педагогами, медиками и фармацевтами, которые при работе в другой стране союза нуждаются в дополнительном подтверждении своей квалификации.

«В Казахстане рассматривают ЕАЭС как экономическое объединение, – подчеркнул Булат Султанов, директор Исследовательского института международного и регионального сотрудничества при КНУ. – Ни о каком воссоздании СССР речь не идет, надо изживать стереотипы». Казахстан заинтересован в проектах, позволяющих вырваться из географического тупика и выйти к открытому морю. Поэтому здесь востребованы и интеграция в рамках ЕАЭС, и совмещение евразийских хозяйственных конструкций с Экономическим поясом Шелкового пути. «В Казахстане действует 4 Университета Конфуция, 11 тысяч казахстанских студентов обучается в Китае», – сообщил г-н Султанов. «Все интеграционные проекты по линии постсоветской Центральной Азии провалились, поскольку элиты местных государств не готовы делиться своими властными полномочиями», – констатировал докладчик.

«Между Китаем и Европой живет около 150 млн. потребителей, которые наверняка получат выгоду от интеграции», – прогнозирует Бертрам Йоос, заместитель генерального консула ФРГ в Алматы.  

«Евразия – это имидж, – считает Маркус Кайзер, президент КНУ. – Можно думать, что это территория между Европой и Азией, можно про постсоветское пространство. Евразия – она прошлое или будущее? То есть смотрят назад (ностальгия) или вперед?». Он заметил, что в Турции тоже используют термин «Евразия», хотя по территории она гораздо меньше «Большой Евразии».

«Евразия именно на Западе вызывает противоречивые эмоции. Евразия – это реальность. Взгляд на нее зависит от того, кто именно смотрит», – указала Керстин Кайзер.

Хуберт Тилике, редактор журнала «WeltTrends», обратил внимание на то, что «общественности в ЕС мало известно о деятельности ЕАЭС». В политических и экспертных кругах Европейского союза сначала данное объединение называли «театром по интеграции», потом «контрпроектом Евросоюзу». США к ЕАЭС настроены особенно критически. «Политические вопросы – самые важные из тех, которые тормозят экономическое развитие», – подчеркнул г-н Тилике.

«Экономика Казахстана имеет ярко выраженный сырьевой характер, – особо выделил Петр Своик. – Наши элиты являются очень важной частью компрадорской модели». Вместе с падением мировых цен на сырье валовые экономические показатели Республики Казахстан отошли на 2004-ый год. Если что-то менять в рамках Евразийской модели, то нужна своя база для инвестиций и кредитов, четкий план что строить. Но таких планов нет ни в Москве, ни в Астане. А если такого не делать, то г-н Своик прогнозирует скорое поглощение экономики Казахстана Китаем.

Елена Кузьмина в своем докладе рассмотрела позиции России и Китая на поле Центральной Азии. В видимой части статистики Пекин явно доминирует, но у Москвы есть скрытые инвестиции. Они выражаются в списании долгов, беспошлинной продаже нефти и нефтепродуктов, покупке инфраструктурных объектов, продаже военной техники по внутрироссийским ценам, подготовке офицерского корпуса. За период падения сырьевых цен, санкций и контрсанкций количество гастарбайтеров на российской просторах сократилось несущественно, а вот объем их денежных переводов на родину уменьшился сильно. «В целом экономические позиции РФ и КНР в Центральной Азии сопоставимы», – описала текущую ситуацию г-жа Кузьмина. Но если ЕАЭС полноценно не заработает и тренд на усиление Китая сохранится, то российское влияние в обозримой перспективе сильно уступит Китайскому. «ЕАЭС нужно не только развивать, но и определиться со специализацией входящих в него стран», – акцентировала Елена Кузьмина.

«Создание единого социального пространства и унификация стандартов и процедур», – напомнил о целевых ориентирах Евразийского союза Юрий Булуктаев, главный научный сотрудник КИСИ. Но если взять пенсионное обеспечение, то сразу видны разные модели государственного поведения. Возраст выхода на пенсию тоже существенно отличается – к примеру 63 года для мужчин и 58 для женщин в Казахстане против 60 и 55 в России. Исследователь особо выделил противоречивость государственного управления, когда движение одновременно осуществляется и к рынку, и от него. По его мнению, для достижения заявленной цели в виде улучшения качества жизни необходимо «достраивать интеграционные институты».

Мадина Нургалиева добавила, что и в системе здравоохранения слишком разные модели стран-участниц ЕАЭС. Евразийский лидер в плане медицинской помощи по совокупным параметрам и показателям – Беларусь. «Здравоохранение – проблемная зона для всех государств Евразийского союза, – подытожила г-жа Нургалиева. – Должен был запуститься единый фармацевтический рынок ЕАЭС, но так и не запустился».

Кайрат Иманалиев, председатель ОО инвалидов «Намыс», дополнил общую картину ситуацией с инвалидами. Армения, Россия и Казахстан подписали и ратифицировали Конвенцию о правах инвалидов. В России 8,7% населения официально признаны инвалидами, в Кыргызстане – 0,2%. Содержание законов о социальной защите инвалидов очень сильно отличается. Однако есть и общие моменты в ЕАЭС: «Уполномоченного по правам инвалидов нигде у нас нет».

«В целом в Казахстане отсутствует закрытость по вопросу экономического сотрудничества», – сообщила по результатам профильных социологических исследований Гульмира Илеуова, директор ОФ «ЦСПИ «Стратегия». Наивысшие показатели в этом рейтинге у России, на втором месте по разным позициям (бизнес, технологии, товары, инвестиции, наука) могут оказываться Германия, Япония, Китай, Турция.

Андрей Чеботарев, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива», видит два сценария развития ЕАЭС. Первый предполагает снятие ограничений и изъятий с выходом на поступательное развитие, а второй консервацию текущего положения вещей.

«Где это дно, обо что мы ударимся и как дальше пойдет – все еще под вопросом», – резюмировал Петр Своик.      

***

© ZONAkz, 2016г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...