Diplomat: Доморощенный терроризм представляет собой растущую угрозу для безопасности Казахстана и других республик Центральной Азии

Самая большая опасность для граничащих с Центральной Азией стран, будь то Россия или Китай, а также для глобальной безопасности в целом заключается в вероятности широкомасштабного исламистского восстания, которое может трансформировать регион в очаг глобального экстремизма

Издание Diplomat опубликовало аналитическую статью Джошуа Уокера и Кевина Кирни под названием «What Central Asia Means to the United States» — «Что Центральная Азия значит для Соединенных Штатов».

В ней говорится так: «Географическое положение Центральной Азии делает ее регионом большой стратегической важности – как в отношении интересов безопасности, так и в плане экономического потенциала. К северу от нее расположена Россия. К востоку — Китай. К югу — Иран, Афганистан, Пакистан и Индия.

Регион со всех сторон окружен державами, которые неоднократно вовлекались в международные кризисы и представляют критическую важность для американских интересов.

Во внешнеполитическом плане, Центральная Азия в силу особенности географического расположения приобретает значение важного партнера для Соединенных Штатов в борьбе с терроризмом, в особенности с учетом ее близости к Афганистану и Пакистану. Во внутриполитическом плане, доморощенный терроризм представляет собой растущую угрозу для безопасности, отмеченную недавними инцидентами в Казахстане и Кыргызстане.

В порядке реагирования на такие усугубляющиеся проблемы саммит C5+1 принял проект регионального диалога Глобального контртеррористического форума (Global Counterterrorism Forum (GCTF) Regional Dialogue). Его задачей станет «противостояние вызовам иностранных террористических боевиков и радикализации насилия в Центральной Азии». В диалоге примут участие политики и эксперты по данным вопросам из Центральной Азии и других стран с целью обмена своими особыми взглядами и передовым опытом.

Центральная Азия всегда будет иметь тесные связи с Россией и Китаем. Россия представляет собой прошлое, ценную культурно-историческую связь, а Китай — будущее, предполагающее значительный экономический потенциал и возможности. Это не означает того, что Соединенные Штаты должны считать отстраненными себя от участия в судьбе Центральной Азии. Вовсе нет.

Соединенные Штаты как огромная либеральная экономика, никак не связанная географически с регионом, могут продвигать себя в качестве дееспособного третьего варианта, который включает в себя альянсы с другими демократиями либерального международного порядка (к примеру, с Европейским Союзом, Индией, Японией и Турцией). Третьего варианта – для Астаны, Бишкека, Душанбе, Ашхабада и Ташкента. Другими словами, Соединенные Штаты могут выступать в качестве противовеса подавляющему присутствию в регионе громадных соседних держав».

C5+1 представляет собой платформу, которая объединяет США и пять стран Центральной Азии в целях обсуждения и рассмотрения вопросов, представляющих взаимный интерес. При первой встрече на уровне министров С5+1, которая состоялась в Самарканде в ноябре 2015 года, главы внешнеполитических ведомств шести государств договорились о разработке региональных проектов по улучшению безопасности, содействию экономическому сотрудничеству, а также по повышению устойчивости к последствиям изменения климата. При второй аналогичной встрече, проводившейся в Вашингтоне в августе 2016 года, шесть министров договорились о запуске пяти согласованных проектов, под реализацию которых Соединенные Штаты планируют выделить $15 млн. В их числе — региональный диалог Глобального контртеррористического форума.

Издание National Interest Online опубликовало аналитический материал Николая Пахомова под названием «Central Asia Is Crucial—But Nobody Seems to Care» — «Центральная Азия имеет решающее значение – но, кажется, никого это не волнует».

В нем излагается следующее: «Сегодня в Центральной Азии, судя по анализу разворачивающейся там сейчас «большой игры», нет определенной доминирующей силы или явного претендента – или, если уж на то пошло, ряда претендентов — на такую роль. Каждый из ныне действующих в регионе игроков имеет свои преимущества и недостатки.

Хотя непросто определить центральную зону современной мировой политики при сохраняющейся значимости Европы и исключительной важности Ближнего Востока и Азиатско-Тихоокеанского региона в плане глобальной безопасности, значение Центральной Азии при такой постановке вопроса трудно переоценить.

В краткосрочной перспективе мусульманские простонародные массы центрально-азиатского региона, которых вряд ли можно считать состоятельными, представляют собой один из наиболее перспективных источников набора рекрутов для исламского экстремизма.

Гулмурод Халимов, бывший таджикский полковник, в прошлом возглавлявший подразделения ОМОН министерства внутренних дел своей страны, а теперь ставший одним из высокопоставленных военных руководителей ИГИЛ, является лишь наиболее известным среди тысяч террористов центрально-азиатского происхождения.

Однако самая большая опасность для граничащих с Центральной Азией стран, будь то Россия или Китай, а также для глобальной безопасности в целом заключается в вероятности широкомасштабного исламистского восстания, которое может трансформировать регион в очаг глобального экстремизма».

Бывший командир ОМОН МВД Таджикистана Гулмурод Халимов в 2003 — 2014 годах обучался в американских тренировочных центрах методам борьбы с терроризмом. Он пропал в конце апреля 2015 года, а через месяц объявился в Сирии.

В сентябре 2016 года иранское информационное агентство IRNA сообщило, что Гулмурод Халимов стал военным руководителем группировки Исламское Государство, министром войны.

***

© ZONAkz, 2016г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

Новости партнеров

Загрузка...