Немного дифтонгов в барреле нефти

«Злоба дня» царит в большинстве публикаций, посвященных запланированной к 2025 году смене казахской графики. И вместо свободного обмена мнениями, в нашей прессе кипят страсти, наполненные злобой – и отнюдь не в переносном смысле

Когда принимались решения о переводе тюркских языков СССР на латиницу, а затем на кириллицу, политический подтекст был очевиден. Сталин предполагал «импортировать революцию» в Турцию и включить её в СССР. Турция перешла с арабской письменности на латинскую, значит, автоматически это должны сделать тюркские народы. Это облегчит проникновение идей социализма на территорию южного соседа. Но Ататюрк выбрал ориентацию на Запад, идею «мировой пожар раздуть» забраковали. И кириллица должна была стать рубежом для «вражеской пропаганды» и одной из скреп «единства советских народов». Мнение самих народов, особенности их языков в расчет не принимались. Дело историков обсуждать и оценивать результаты. Скорее всего, однозначных выводов не будет – были плюсы, были минусы, а над оценками историков всегда довлеет «политическая злоба дня».

К сожалению, та же «злоба дня» царит в большинстве публикаций, посвященных запланированной к 2025 году смене казахской графики. И вместо свободного обмена мнениями, в нашей прессе (и в СМИ нашего ближайшего соседа) кипят страсти, наполненные злобой – и отнюдь не в переносном смысле.

Вроде бы в первую очередь должны звучать мнения (желательно, альтернативные) специалистов. Между тем, редкие голоса, пытающиеся вести дискуссию на научном уровне, не слышны в буре эмоций. Сторонники перехода на латиницу обвиняют оппонентов в недостатке патриотизма и покушении на казахстанский суверенитет, а те, в свою очередь, говорят об ущемлении прав русскоязычного населения и о «ноже в спину» ближайшему союзнику. Публикации, исходящие от представителей правительственных структур, носят успокаивающий характер. Но на вопрос, почему реформа «назрела», отвечают только декларациями о «цивилизационном выборе», «укреплении тюркского братства» и т.п.

смена казахской графики

Между тем, сомнения – непременный этап поиска истины. К сожалению, они не развеяны. Наименее убедительными выглядят пока научные аргументы. Любой филолог-первокурсник знает, что латиница и кириллица — алфавиты близкородственных индоевропейских языков. Они похожи, имеют общее происхождение и равным образом изначально не «заточены» под тюркские. Но за долгие десятилетия турки привыкли к латинской графике, а казахи – к славянской. Кочующие из статьи в статью псевдонаучные аргументы, что-де, к примеру, в некоторых западных языках дифтонги есть, а в славянских нет – рассчитаны на дилетантов. Непрофессионалов сразит мудреное слово «дифтонг» и они не зададут следующий вопрос – ну и что? Обозначать-то дифтонги все равно придется примерно теми же значками, что и теперь. Некоторые казахские филологи, наоборот, отмечают, что кириллица, за счет бОльшего количества знаков, адекватнее передаёт фонетические нюансы (пресловутый «Шымкент» тому примером). Или нет? Ах, как хотелось бы прочитать на эту тему что-то более квалифицированное, чем нелепости о дифтонгах или букве «ять» в безударном положении (в безударном, равно как и в ударном положении находятся звуки, а не буквы), которая, к тому же нужна казахскому языку, как арбе третье колесо.

Хотелось бы поподробнее узнать, что таится за красивым словосочетанием «цивилизационный выбор»? Выбор Южной Кореи и Японии не стал поводом для смены алфавитов (происходящих от китайского) на латиницу. Да и к чему? Образованные люди в Японии и Корее владеют английским. Вроде бы та же цель поставлена и перед нашим образованием? И уж с чем-чем, а с латиницей никаких проблем у нашей молодежи нет. Зато от смены алфавита испытают культурно-психологический шок старшие поколения казахов, привыкшие читать, писать и заполнять документы, пользуясь именно кириллицей. Масштабы этого шока предсказать сложно. В отдельных публикациях прогнозируется полное забвение огромного массива советской казахской литературы, вторжение в казахскую речь фонетических англицизмов и американизмов, углубление пропасти между поколениями казахского народа и его социальными стратами, разрыв традиций, грамматическая и терминологическая путаница. Всё это, кстати, имело место в Турции после волевого решения Ататюрка. Кстати, «укрепление тюркского братства» на практике будет означать усиление претензий Турции на лидирующее положение в тюркском мире (пример с укреплением «славянского братства» у нас перед глазами).

Об экономической стороне вопроса – о цене, которую налогоплательщикам придется заплатить за «переход», и вовсе ничего конкретного не сообщается.

Создается впечатление, что тех, от кого зависит принятие решений, эти вопросы не интересуют. В лучшем случае, воспринимаются как вторичные по отношению к «политической злобе дня». Широкого обсуждения не будет. Не будет всенародного референдума. Решение формально примет Мажилис, причем самый пылкий «одобрямс» выскажут как раз представители диаспор.

Поэтому «оставим ненужные споры», не будем прикрываться дифтонгами и цивилизационными выборами и поговорим откровенно. То есть, обратимся все к той же политической злобе дня. Казахстан находится в сложном экономическом положении. Наши проблемы вызваны отнюдь не антироссийскими санкциями, как приходится читать в некоторых СМИ, ликующих по поводу любых неудач России и мечтающих о дальнейшем распаде «империи». По большому счету наши экономические проблемы предопределила почти тотальная зависимость республиканского бюджета от мировых цен на сырье. А в этом плане у Казахстана с Россией общая судьба, общие интересы, которые в прогнозируемом будущем вынудят обе страны сотрудничать все теснее. Не исключено, что нас ещё ждут большие сюрпризы – вплоть до создания единого банка, введения единой валюты Евразийского союза, более тесной координации в военной сфере. Вслух об этом в руководстве говорить избегают, более того, всячески от таких предположений открещиваются, что и неудивительно — нетрудно спрогнозировать реакцию «определенных кругов» и у нас, и за рубежом.

А причем здесь латиница? А вот причем. Возвращение к ней всегда воспринималось националистически настроенной частью интеллигенции, как способ лишний раз «показать фигу» бывшей «империи», продемонстрировать ей казахстанскую самостоятельность. А медлительность, которую в этом вопросе проявляло казахстанское руководство, приравнивалась чуть ли не к измене. А на Западе в декларациях о смене алфавита каждый раз усматривают символическое дистанцирование от российской политики, даже если ничего за ними не следует. Так что, скорее всего, это очередной пропагандистский маневр, призванный сбалансировать неизбежные шаги в противоположном направлении. Ну и заодно — надо же занять чем-то пытливые умы мудрецов из СМИ и Интернета. Возможно, в тактическом плане это решение себя и оправдает. Но не придется ли в более длительной перспективе заплатить за него слишком дорогую цену? Политикам менее чем кому-либо дано предугадать, чем отзовется их слово. Вот почему хотелось бы верить, что ещё не все дискуссии свернуты.

***

© ZONAkz, 2017г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...