Генерал Власов: герой обороны Москвы, главный предатель СССР, человек-загадка

11 июля 1942 года немцы взяли в плен заместителя командующего Волховским фронтом генерал-лейтенанта Власова. Через полгода он предложит Гитлеру создать РОА – русскую армию для освобождения России от коммунизма

В 1990-е годы Власова сделали практически полноформатным героем. Это было нетрудно. Он, прежде всего, действительно был талантливый военачальник. До войны власовскую 99-ю стрелковую дивизию постоянно ставили в пример – за отличную боевую выучку красноармейцев и командиров, за слаженность действий на учениях. Нарком обороны маршал Тимошенко считал эту дивизию лучшей в Красной Армии. Комдива наградили орденом.

Началась война, и Власов опять показал себя достойно. Его 20-я армии во время обороны Москвы прославилась даже больше, чем панфиловская дивизия. Армия Власова закрывала столицу с севера и северо-запада и сумела решить, пожалуй, самую трудную, самую острую проблему зимней кампании 1941-го: в первых числах декабря остановила прорыв 4-й немецкой танковой армии в районе Красной Поляны, откуда до Кремля по прямой было 30 километров.

Власов
Власов среди героев Московской битвы

Власова называли спасителем Москвы. Наградили ещё одним орденом. По горячим следам былинники речистые написали о нём книгу «Сталинский полководец» (в это же время Александр Бек пишет «Волоколамское шоссе» про Бауржана Момышулы).

Потом наступил 1942 год. Он оказался для Красной Армии не менее тяжёлым, чем сорок первый. В марте Власов был назначен заместителем командующего Волховским фронтом. А в конце апреля одновременно стал командиром злополучной 2-й ударной армии, которая вскоре попала в окружение. Никакой вины Власова в этом не было. Историки давно разобрались, что, прежде всего, в провале той операции был виноват Сталин. «Гений всех времён и народов». Вот что пишет по этому поводу авторитетный военный эксперт Борис Иванович Гаврилов (Институт российской истории РАН):

«Невысокий уровень стратегического руководства применительно к Волховскому фронту проявился в приказе Ставки ввести 2-ю ударную армию в узкую щель, едва пробитую в обороне врага. Глубоко ошибочными оказались и дальнейшие распоряжения Сталина, когда неосмотрительная поспешность сменилась чрезмерным промедлением с приказом о выводе армии из окружения. Может быть, Сталин сознательно жертвовал окруженной армией, рассчитывая до последней возможности отвлекать на неё вражеские войска непосредственно из-под Ленинграда?».

Власов делал всё, чтобы спасти вторую ударную. Однако она была обречена. Красноармейцы сотнями и тысячами умирали от голода. Тех, кто пытался прорваться, добивали фашисты. Командарм мог улететь в тыл на последнем самолёте, но отказался оставить солдат. 11 июля 1942 года, ровно 75 лет назад, он попал в плен. И тут начинается совсем другая история.

В декабре сорок второго Власов и ещё несколько высокопоставленных советских военных, оказавшихся в плену, приступают к организации «Комитета освобождения народов России» (КОНР) и «Российской освободительной армии» (РОА). Власов пишет Открытое письмо «Почему я встал на путь борьбы с большевизмом». Немцы сбрасывали это письмо в виде листовки с самолётов над советскими окопами и распространяли в тылу.

Власов в плену
Власов в плену

Почему он это сделал?

До «перестройки» Власов однозначно и без малейших нюансов считался трусом и мразью. Дескать – спасал свою шкуру, поэтому пошёл в немецкие холуи. Хотя советских генералов немцы в плену голодом не морили и камни таскать не заставляли. Бывший командарм мог тихо пересидеть войну в лагере. Но он выбрал другой путь. Почему? В начале 90-х, как я уже упомянул, из Власова стали делать борца с советской тиранией. Русского патриота, который пытался при помощи Гитлера освободить Россию от Сталина.

Кем он был на самом деле? Я раньше как-то не вникал глубоко в биографию этого человека, а тут недавно вник. Тем более, что в 2016 году вышло в свет серьёзное трёхтомное исследование «Генерал Власов. История предательства». Оно включает в себя многие документы довоенного и военного времени, материалы уголовного дела (Власова и других руководителей РОА судили в 1946 году в Москве и повесили), воспоминания сослуживцев. Так кем же был Власов? Если честно, цельного впечатления у меня нет до сих пор. С одной стороны, этот человек, безусловно, имел представления об офицерской чести. Он трижды во время войны – в июне 1942 года, в апреле и мае 1945-го – мог спасти свою жизнь, бросив солдат. И трижды не стал этого делать. О первом случае, когда советский генерал-лейтенант Власов имел возможность улететь в тыл, оставив в окружении 2-ю ударную армию, я уже упоминал. В апреле 1945 года власовская РОА тоже была обречена, за генералом прислал самолёт испанский диктатор Франко, но Власов не оставил солдат. В мае судьба дала генералу ещё один шанс: американцы готовы были увезти его к себе и спасти от сталинской расправы. Опять отказ. После этого командующий РОА попал в руки советских «органов».

На допросах в Лефортово, где Власов должен был ползать на коленях и каяться, каяться, каяться, он вместо этого заявляет следователю, что вступил на путь борьбы, «считая, что завоевания русского народа в годы гражданской войны большевиками сведены на нет». «Я был уверен, – говорит дальше Власов, – что интересы русского народа Сталиным и Советским правительством принесены в угоду англо-американским капиталистам».

Власов
Генералы Власов и Жиленков на встрече у Геббельса, февраль 1945

Процесс над верхушкой РОА был закрытым. Почему? Ведь бывших полицаев и старост в СССР судили открытым судом. Устраивали показательные процессы. А самых главных предателей почему-то приговорили к позорной смерти тихо, почти тайно.

В воспоминаниях генерала Петра Григоренко, который прошёл войну, преподавал в Военной академии имени Фрунзе, а затем стал одним из самых известных советских диссидентов, этому обстоятельству даётся очень интересное объяснение. Позволю себе большую цитату:

«В 1959 году я встретил знакомого офицера, с которым виделся еще до войны. Мы разговорились. Разговор коснулся власовцев. Я сказал:

— У меня там довольно близкие люди были.

— Кто? — поинтересовался он.

— Трухин Федор Иванович — мой руководитель группы в академии Генерального Штаба.

— Трухин!? — даже с места вскочил мой собеседник. — Ну, так я твоего воспитателя в последнюю дорогу провожал.

— Как это?

— А вот так. Ты же помнишь, очевидно, что когда захватили Власова, в печати было сообщение об этом и указывалось, что руководители РОА предстанут перед открытым судом. К открытому суду и готовились, но поведение власовцев все испортило. Они отказались признать себя виновными в измене Родине. Все они — главные руководители движения — заявили, что боролись против сталинского террористического режима. Хотели освободить свой народ от этого режима. И потому они не изменники, а российские патриоты.

Их подвергли пыткам, но ничего не добились. Тогда придумали "подсадить" к каждому их приятелей по прежней жизни. Каждый из нас, подсаженных, не скрывал для чего он подсажен. Я был подсажен не к Трухину. У него был другой, в прошлом очень близкий его друг. Я "работал" с моим бывшим приятелем. Нам всем "подсаженным" была предоставлена относительная свобода. Камера Трухина была недалеко от той, где "работал" я, поэтому я частенько заходил туда и довольно много говорил с Федором Ивановичем. Перед нами была поставлена только одна задача — уговорить Власова и его соратников признать свою вину в измене Родине и ничего не говорить против Сталина. За такое поведение было обещано сохранить жизнь.

Кое-кто колебался, но в большинстве, в том числе Власов и Трухин, твердо стояли на неизменной позиции: "Изменником не был и признаваться в измене не буду. Сталина ненавижу. Считаю его тираном и скажу об этом на суде". Не помогли наши обещания жизненных благ. Не помогли и наши устрашающие рассказы. Мы говорили, что если они не согласятся, то судить их не будут, а запытают до смерти.

Власов на эти угрозы сказал: "Я знаю. И мне страшно. Но еще страшнее оклеветать себя. А муки наши даром не пропадут. Придет время и народ добрым словом нас помянет". Трухин повторил то же самое. И открытого суда не получилось, — завершил свой рассказ мой собеседник.

— Я слышал, что их долго пытали и полумертвых повесили. Как повесили, то я даже тебе об этом не скажу…

И я невольно подумал: "Прости, Федор Иванович».

Власов
Награждение генерала Власова в 1942 году

Так что же, Власов и власовцы герои? Нет, они точно не герои. Эти люди в разгар самой страшной войны перешли на сторону врага. Правда, РОА практически не воевала на Восточном фронте. Ну так что же? Шла смертельная схватка, и любая помощь фашистам отнимала силы у нашей стороны, добавляла гирьку на чашу чужой победы.

Но и в Гражданскую войну, которая временами велась с не меньшим ожесточением, чем Великая Отечественная, одни русские офицеры считали Ленина и Троцкого исчадием ада, каким позже будут считать Гитлера – а другие русские офицеры в это время воевали на стороне красных.

Белые легко заключали союзы с иностранными государствами. Зазывали их в Россию, чтобы помогли свалить большевиков. А красные вообще отдали Германии Украину. Правда, вскоре забрали назад.

Я бы добавил также, что «герои» вроде Амангельды Иманова или Тухачевского, если разобраться, никакие не герои, а злодеи. Один хуже другого. Но им ставят памятники. Или давайте вспомним, что уже на нашем веку некоторые советские генералы, присягавшие социалистической Родине, становились затем лидерами этнократических государств и прямо участвовали в боевых действиях «против Москвы». Они лучше, чем руководители РОА? Навряд ли.

Генерал Власов стал Главным Предателем по разнарядке. Так уж фишка выпала. Судя по всему, этот человек действительно был «идейным». Ненавидел Сталина. Считал его кавказским отморозком, захватившим власть в России. Ужасы коллективизации (Власов крестьянский сын) и тотальные «кадровые чистки» в армии должны были вызывать у Власова, как и у многих других русских людей недоумение, страх, бессилие и другие малоприятные чувства.

Но сопротивления Сталину не было! Все – «кулаки», бывшие дворяне, генералы Красной Армии – шли в 30-е годы под нож репрессий как овечки. Наверно прав Олег Ефремов, сказавший, что Сталин сломал что-то очень важное в русском национальном характере. И не только в русском. И вот блестящий генерал Власов, умный, знающий себе цену, несущий эти калечащие душу чувства в себе, идёт на войну и опять видит, как жестокие бессмысленные приказы Сталина и его холуёв гробят десятки тысяч наших солдат. После этого Власов попадает в плен. И возникает намёк на возможность, соблазн, самообман – «я могу отомстить этой усатой твари»… Может быть так? Иллюзий по поводу Гитлера наш умный генерал в 1942 году уже точно не испытывал. Но он, кажется, надеялся, что есть шанс переиграть, перехитрить немцев. Разделаться при их помощи с большевиками, а потом как-то вывернуться из-под Гитлера. Но переиграл самого себя. Вошёл в историю как едва ли не главный Иуда двадцатого века.

А может быть правы те, кто говорит – не надо усложнять. На самом деле всё началось с того, что Власову просто не хватило духу застрелиться как царский генерал Самсонов, который в 1914 году оказался в таком же положении, как Власов. Он тоже командовал 2-й армией, она попала к немцам в окружение в Восточной Пруссии, и Самсонов в безнадёжной ситуации пустил себе пулю в лоб.

Да и сам Власов на том допросе, где он обличал Сталина, отвечая на вопрос, почему сдался в плен, ответит: «смалодушничал». Пожалуй, он был всё-таки честный человек.

***

© ZONAkz, 2017г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...