Завершение сезона протестов в Казахстане

После 6 июля поводом для выражения митингового недовольства может стать разве что девальвация тенге

Акции протеста в Казахстане делятся на спонтанные и плановые. К первым относятся переименование Астаны в Нур-Султан, последствия взрыва боеприпасов в Арысе, погром иностранных рабочих на Тенгизе. Вторые привязаны к календарным поводам – день выборов, объявление итогов выборов, инаугурация нового президента. После Дня столицы – 6 июля – календарные поводы для выражения недовольства берут паузу. Теперь для властей главное – не давать поводов к спонтанным проявлениям протеста.

Общаются две женщина вечером 6 июля в Алматы. «У тебя WhatsApp работает?» – «Нет» – «Значит, акции протеста опять в городе…». Собеседница в ответ кивнула. Информационные сообщения в «традиционных» (веб-сайты так уже можно именовать) масс-медиа появились позже, чем люди сопоставили одно с другим на основе повседневных наблюдений.

Еще совсем недавно казалось, что казахстанское общество готово к абсолютно любым событиям без реакции на них. Но стоило Нурсултану Назарбаеву сделать пару шагов назад от штурвала высшей государственной власти, как активная часть населения пришла в движение. Впрочем, не только активная, если речь идет о пострадавших в Арысе – там само развитие событий вытолкнуло обывателей в зону протеста.

В Казахстане требуется какой-нибудь знаковый повод для митинговой активности. Просто так, среди рабочей недели люди выражают недовольство лишь в чрезвычайной ситуации. 6 июля был удобным днем именно для плановых протестов. Потому что за ним начинается пик сезона отпусков. Здесь как в фокусе сошлись лучи активности и обделенных у «кормушки» властно-финансовых групп, и социально неустроенных слоев населения, и политических активистов, и информационная деятельность Мухтара Аблязова, которому нельзя покидать поле политического позиционирования, ибо останется только уголовное.

Власть долго делала ставку на замкнутое герметичное информационное пространство. Ее не смущало даже то, что этого не получилось сделать СССР в эпоху Холодной войны. В результате русскоязычный и казахоязычный сегменты информационной сферы Казахстана получились с одной стороны миниатюрные, а с другой полупустые по содержанию. Уполномоченные государственные органы так долго и кропотливо в ручном режиме «пропалывали» информационное поле страны, что теперь любое мало-мальски протестное событие гремит в нем как набатный колокол.

Коллеги верховной власти по ЕАЭС из Москвы используют совершенно другую модель для приглушения недовольства. Кремль «топит» протестные информационные импульсы в постоянно увеличивающемся разнообразии тем и направлений пользовательского внимания. В итоге хипстеры (по-старому дегенераты), зоозащитники, профсоюзные деятели, игроманы, любители здорового образа жизни, сторонники теории заговора, верующие, посетители порносайтов, охотники и рыболовы очень мало пересекаются в своих информационных потоках. Попутно власть сама задает и создает тренды, предлагая населению Украину, Грузию, противостояние с Западом. Далеко не все поддерживают Кремль в его борьбе с «пиндосами», но здесь важен принцип: противники обострения отношений с США находятся в специально отведенной для них информационной резервации и им требуется отдельный бюджет времени, чтобы поддерживать Алексея Навального или возмущаться повышением расходов на вывоз мусора. В итоге протест системно дробится до максимально возможного дискретного состояния.

Из заявлений и административных установок Касым-Жомарта Токаева видно, что он дает государственному аппарату и силовикам вполне адекватные и логичные команды по работе с протестными слоями населения и обществом в целом. Однако интеллектуальный и поведенческий разрыв между президентом и чиновничьим корпусом (в основной своей массе) очень большой и потребуется время для перенастройки бюрократии. Пока можно отметить, что «силовики» 6 июля вели себя достаточно корректно. Данное обстоятельство тем более важно в свете задержаний пожилых женщин и женщин с детьми, которые тоже принимали участие в несанкционированных акциях протеста.

Если посчитать число публикаций в Казнете относительно грядущей девальвации тенге, то их вроде бы не очень много. Однако упоминавшиеся выше миниатюрность и малотемье местного информационного массива приводят к тому, что при «серфинге» по его волнам про девальвацию национальной валюты в конце августа обязательно прочитаешь. Отличаются только коридоры, в которых тенге предписано рухнуть.

Теперь властям стоит обратить самое пристальное внимание на устойчивость курса тенге к доллару, рублю и сому. Население Казахстана в основной своей массе не имеет четких критериев того, как падает покупательская способность национальных денежных единиц по отношению к потребительским товарам и услугам, а вот курсовые показатели к иностранным валютам всегда перед глазами. Если тенге стабилен – значит, экономика устойчива и широковещательно обещанное улучшение жизни вполне может произойти. Покатилась отечественная денежка вниз – все плохо и власти врут, будто трудятся над ростом экономики и повышением доходов населения. Слова о том, что девальвация национальной валюты ведет к процветанию бизнеса, государства и общества недавно уже произносились и никто в них не поверил, а вот осадок остался.

Не стоит забывать, что 30 августа в стране День Конституции. То есть в календарном измерении это первая точка после 6 июля, к которой тем или иным недовольным силам и людям удобно приурочивать акции протеста. Если к указанной дате власти подойдут с очередной/внеочередной девальвацией – активного возмущения не избежать.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...